В Тирасполе создадут музей жертв большевицких репрессий

Музей и храм во имя свв. Новомучеников и исповедников Русской Церкви возведут по инициативе президента ПМР Вадима Красносельского.

В Тираспольской крепости будет создан музей жертв большевицких репрессий. Об этом заявил президент Приднестровья Вадим Красносельский посетивший место возведения храма во имя свв. Новомучеников и исповедников Русской Церкви.

Здание погреба бастиона «Святого Владимира» Тираспольской (Срединной) крепости, заложенной летом 1793 года по указу Императрицы Екатерины II и возведенной при личном участии Александра Суворова по проекту Франца де Волана, включено в реестр памятников истории. Здесь расположен один из филиалов Тираспольского объединенного музея, а также приход во имя свв. Новомучеников и исповедников. Рядом с пороховым погребом ведется строительство храма. Недавно Архиепископ Савва совершил чин закладки новой церкви. Стены храма уже возводят.

Вадим Красносельский поручил организовать в здании погреба музей жертв большевицких репрессий. Выбор места обоснован исторически. Здесь покоятся останки сотен расстрелянных в 1930-е годы: в прошлом году их эксгумировали и перезахоронили, основав своего рода мемориальный комплекс. Будущий храм и музей войдут в его состав.

По инициативе Вадима Красносельского в помещении погреба будет размещена также экспозиция, посвященная казачеству. Он обратил внимание на необходимость приведения в надлежащий вид территории вокруг мемориально-исторического комплекса и создания соответствующей инфраструктуры.

«Это место хранит память об истории Тирасполя, о суворовских временах, о русско-турецком противостоянии. Здесь сохранен дух русского воинства. Эта земля пропитана кровью жертв репрессий. Будущий комплекс важен для сохранения истории, он станет православным центром, будет интересен с туристической точки», — уверен Вадим Красносельский.

Открытие храма и музея запланировано на 30 октября 2019 года.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Поможем в установке первого памятника графу Ф.А. КЕЛЛЕРУ!

Новости проекта установки первого памятника графу Ф.А. КЕЛЛЕРУ

Дорогие единомышленники! Работа над проектом установки бюста графа Фёдора Артуровича Келлера успешно продолжается.

Бюст уже находится в литейной мастерской, где скульптор В.А. Тищенко подготовила восковую модель для отливки из бронзы. Отливка и последующие работы (шлифовка и т.д.) должны быть завершены к марту.

Попутно начата подготовка постамента будущего памятника.

Гранитный постамент стоит недешево. И в настоящий момент на его оплату не достаёт 40 000 р. Мы будем признательны всем за любую посильную лепту! Помочь установке памятника можно, переведя любую сумму на указанные ниже реквизиты:

РЕКВИЗИТЫ ОБЩЕСТВА

Карта Сбербанка: 5469 5500 4529 6537
Яндекс-деньги: 41001639043436
Пайпэл: elenasemyonova@yandex.ru
Веб-мани: WMZ Z394357048005; WMR R203398837668; WME E246509408441

На снимке восковая модель бюста Ф.А. Келлера, подготовленная для отливки. Фото В.А. Тищенко.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

АКТ РАССЛЕДОВАНИЯ ПО ДЕЛАМ О ЗЛОДЕЯНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ В 1918 ГОДУ В Г. НОВОЧЕРКАССКЕ И ДРУГИХ МЕСТНОСТЯХ ДОНСКОЙ ОБЛАСТИ

12 февраля 1918 года после самоубийства выбранного в революционное время донского войскового атамана генерала Каледина в г. Новочеркасск вступили большевистские казачьи части под командой войскового старшины Голубова, а вслед за ними красноармейцы и матросы. Вечером Голубов с вооруженными казаками ворвался в зал заседаний избранного казачеством войскового круга (краевое законодательное учреждение) и закричал: «В России совершается социальная революция, а здесь какая-то сволочь разговоры разговаривает». Вслед за тем Голубов и его спутники сорвали офицерские погоны с войскового атамана Назарова и председателя круга войскового старшины Волошинова.

Большевики арестовали их и при криках и насмешках уличной толпы и звуках музыки отправили на гауптвахту, где посадили в темный подвал и где их затем морили голодом.

В городе начались произвольные обыски и аресты, первоначально в поисках офицеров и партизан, а затем под предлогом розыска оружия. Красноармейцы и неизвестные личности обходили квартиры и обыскивали живущих без соблюдения каких-либо формальных гарантий и предъявляя лишь в отдельных случаях мандаты за подписью комиссара, кратко гласившие, что «товарищу такому-то разрешается производить обыски и аресты».

При этих обысках, часто повторных, похищались разные вещи, преимущественно золотые, а также и деньги, и иногда квартиры подвергались полному разгрому (Могилевского, Цыкунова, Щедрова, Бояринова, Авдюхиной и многих других). Не избежали той же участи и некоторые казачьи учреждения, как, например, офицерское собрание и кадетский корпус, откуда были расхищены мебель, белье, музыкальные инструменты, обмундирование и книги. Часть имущества Черкасского окружного по крестьянским делам присутствия была распродана между служащими, а лучшие вещи взял себе большевистский комиссар Койбаш.

14 февраля банда матросов и красноармейцев, человек в пятьдесят, частью пьяных, прибыли вместе с подводами к лазарету № 1, где лежало около ста офицеров и партизан, тяжело раненных и больных. Большевики ворвались в палаты и, нанося раненым оскорбления, начали выносить их на носилках в одном нижнем белье на улицу и грубо сваливать друг на друга в сани. День был морозный и ветреный, раненые испытывали холод и просили позволить им одеться, но большевики, глумясь, заявили: «Незачем, все равно расстреляем», — причем ударили одного раненого по переломленной ноге шиною. По уходе большевиков в лазарете было обнаружено пустыми 42 койки. Часть больных скрылась, откупившись у большевиков за деньги, а остальные в тот же день были заколоты, изрублены и застрелены за городом и брошены без погребения. Из числа погибших установлены фамилии 11 лиц: Видов, Марсов, Черемшанский, Агапов, Попов, Бублеев, Антонов, Кузьмичев, Белосинский, Матвеев и Соловьев, в возрасте от 14 до 22 лет, офицеры, юнкера, кадеты и добровольцы.

Тогда же эти большевики разграбили не только вещи раненых, но и имущество лазаретного цейхгауза.

В ночь на 19 февраля войсковой атаман Назаров, председатель войскового круга Волошинов, боевые генералы и штаб-офицеры Усачев, Исаев, Груднев, Ротт и Тарарин были расстреляны большевиками за городом и брошены в поле в одном белье, а некоторые и совсем нагими. Войсковой старшина Волошинов не был убит сразу, а лишь тяжело ранен, и когда большевики ушли, дополз до крыльца ближайшего дома Парапонова и попросил дать воды и спасти его. Хозяева дома дали Волошинову напиться, но в помощи отказали. Вскоре приехали четыре красноармейца, один из них приказал Волошинову опустить руки, которыми он прикрывал лицо, а затем выстрелил в него, целясь в глаз, и ударил несколько раз прикладом ружья. Волошинов после того все еще продолжал сидеть, и тогда красноармейцы отнесли его на место расстрела остальных офицеров и там добили. На теле Волошинова были обнаружены помимо трех огнестрельных ран штыковые раны в левую руку и в нос и сплошной кровоподтек на левом боку.

20 февраля большевики расстреляли арестованных в тот же день двух полковников — Князева и Полякова, и капитана Лемешева — боевых офицеров, незадолго до того возвратившихся с войны и мирно проживавших в Новочеркасске со своими семьями. На трупе Князева обнаружены огнестрельная рана в груди, раздробление черепа в затылочной части и девять глубоких штыковых ран в спину; на трупе Лемешева — до десяти глубоких штыковых ран и царапин на спине и боках и развороченная грудная клетка с вынутыми легкими, и на трупе Полякова рана в затылочной части черепа, до пяти глубоких штыковых ран и разорванная грудь, причем сердце было вынуто и валялось рядом с трупом.

Все эти и многие другие в точности не установленные жертвы приносились во имя якобы борьбы с контрреволюцией. Политику террора проводили в жизнь созданные большевиками в Новочеркасске учреждения — Совет пяти и Железнодорожный военно-революционный трибунал.

Совет пяти заменил собою городскую милицию, избранную населением уже во время революции, и исполнял, кроме того, функции суда. Этот Совет, руководствуясь, согласно директивам центральной советской власти, «революционной совестью», но не законами, выносил постановления об арестах и расстрелах жителей и сам же приводил в исполнение свои приговоры. Палачами выступали иногда находившиеся в его распоряжении вооруженные рабочие, а иногда отдельные должностные лица из его состава, например, секретарь председателя Совета Карташев. Отряды рабочих задерживали арестуемых от имени Совета пяти без предъявления каких-либо письменных документов и уводили их к Васильевской мельнице или к керосиновым бакам, что по дороге к Кривянке, и там их убивали, без следствия и суда. Таким путем были расстреляны до 20 профессиональных преступников, отпущенных из тюрем, а затем задержанных по указаниям сыскной полиции; матросы, обвинявшиеся в грабежах; партизаны и мирные жители, навлекавшие на себя гнев большевиков.

Такие же обязанности в полосе железной дороги нес Новочеркасский железнодорожный военно-революционный комитет и состоявший при нем трибунал того же названия. И эти учреждения производили аресты, суд и расправу без каких бы то ни было гарантий для обвиняемых. Уголовные преступники и генералы казались трибуналу одинаково опасными и вредными, и людей иногда убивали только потому, что на них было надето офицерское пальто (убийство Орлова-Денисова). Трибунал казнил до ста жертв, которые погибли частью около мельницы Васильева над рекою и частью около депо близ полотна железной дороги.

Волна дикой безудержной расправы большевиков со своими часто призрачными врагами, с людьми беззащитными и обезвреженными, нередко старыми, немощными и больными, прокатилась по всей области войска Донского.

Суд революционной совести превратился в сплошной самосуд толпы или отдельных матросских и красноармейских банд по самым различным поводам и предлогам. Прежде всего, уничтожали своих боевых противников, хотя бы они складывали оружие или беспомощно лежали в больничных войсках. Затем истребляли богатых и просто обеспеченных людей как «буржуев», священников за их несогласие с разбойным большевизмом и за духовный сан, просто интеллигентных людей за их интеллигентность и по доносам как «контрреволюционеров». Иногда казнили за неосторожное слово, за ношение погон, за службу в полиции в дореволюционное время и по другим случайным и порою вздорным поводам.

В конце февраля 1918 года в Персиановке, дачной местности близ г. Новочеркасска, было убито 6 мальчиков-партизан в возрасте от 14 до 18 лет, преимущественно учеников средней школы. Большевики-красноармейцы раздели их донага, выстроили в ряд на улице и тут же расстреляли, а их одежды, пререкаясь, поделили между собой. Тогда же в Персиановке по доносам местных жителей было расстреляно еще десять человек, старик-священник Иоанн Куликовский, отставной военный врач Дьяконов, 64 лет, отставной генерал Медведев, Быкадорова, 67-летняя старуха, и несколько казаков. Убийства сопровождались грабежами и погромами домов и садов. Большевики объявили местным жителям, что дома со всем имуществом принадлежат им, и последние совместно с членами персианского большевистского комитета расхищали вещи, разбивали ульи на пасеках (на даче Калинина), вырывали в садах деревья и кусты из земли (на даче Семена Грекова), грабили инвентарь, иконы, книги. Тогда же большевики разгромили церковь артиллерийского лагеря, откуда унесли св. Евангелие, покрывало, одежды, чаши, напрестольную плащаницу.

На станции Батайск, близ г. Ростова-на-Дону, в феврале и марте 1918 года местный Военно-революционный комитет арестовал во внесудебном порядке, а затем расстрелял без следствия и суда более 60 человек, преимущественно офицеров и интеллигентов, которых обыкновенно хватали по внешнему виду, прямо с поездов.

На станции Степной, Владикавказской железной дороги, в начале 1918 года, по показанию бывшего председателя местного Военно-революционного комитета Ионова, отряд приезжих красноармейцев, не считаясь с существованием комитета, произвел самостоятельно расстрел 17 «кадетов». Стоявшие на станции красноармейцы добровольно сбегались, чтобы принять участие в этих убийствах.

В хуторе Бобриках, Таганрогского округа, большевистские комиссары в феврале 1918 года производили бесчисленные реквизиции и грабежи у жителей, отбирая деньги, хлеб, скот и хозяйственный инвентарь. Комиссар Краснолобов награбил с мирного населения до 120000 рублей. Когда же грабежи и составленный комиссарами проект передела всех земель вызвал возмущение двухсот крестьян, большевистская власть усмирила недовольный народ стрельбой в толпу, а затем истязаниями задержанных лиц и расстрелами.

15 февраля 1918 года в селе Аксае толпа матросов расстреляла генерала от инфантерии Сидорина, арестованного ранее только за то, что в его квартире останавливались офицеры отряда генерала Корнилова, не признававшего власти большевиков. Матросы вывели Сидорина из арестного помещения к полотну железной дороги и дали в него три залпа, после чего генерал упал под откос к реке Дон и после четверти часа мучений скончался.

В мае того же года близ станции Каял, Владикавказской железной дороги, по приказанию комиссара большевистского чрезвычайного штаба красноармейцы арестовали и в тот же день расстреляли у полотна железной дороги семидесятилетнюю помещицу Садомцеву. Ее не спасло ни то обстоятельство, что крестьяне отобрали все ее земли и разграбили ее инвентарь, ни то, что она покинула свой дом и проживала у соседа Занько, ни заступничество за нее ее прислуг, считавших ее за хорошую и добрую женщину и пытавшихся спасти ее через местные земельные комитеты, которые «с сожалением» отказали в этой помощи как безоружные.

На станции Морозовской красноармейцы убили помощника начальника этой станции Константина Чубарина за то, что им были недовольны железнодорожные служащие, а в хуторе Гребцовском Черкесского округа расстреляли в феврале содержателя земской почты казака Федора Васильева только за то, что в домашней беседе он неодобрительно отозвался о красноармейцах.

Составлено 20 мая 1919 года. Екатеринодар.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

ИСТРЕБЛЕННОЕ КУПЕЧЕСТВО ДОРЕВОЛЮЦИОННОЙ РОССИИ И РОССИЙСКАЯ «ЭЛИТА»

В дореволюционной России существовало такое сословие, как купечество, полностью истреблённое, наряду и с другими. Все мы знаем знаменитые фамилии купцов меценатов, которые строили храмы и театры, занимались не просто благотворительностью, но создавали вокруг себя, а значит и в целом для России, среду обитания.

Некоторые олигархи в последнее время взяли «моду» прикидываться этаким православными меценатами,только вот незадача, со свиным рылом, нельзя влезть в Калашный ряд.

ИСТРЕБЛЕННОЕ КУПЕЧЕСТВО ДОРЕВОЛЮЦИОННОЙ РОССИИ И РОССИЙСКАЯ "ЭЛИТА" Против

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Процесс раскулачивания. Советские власти грабили русских крестьян как иностранные оккупанты

Большевики ломали хребет русской деревне, уничтожали русское крестьянство. Задним числом этому злодеянию пытались придумать мифические оправдания. Советские мифы про раскулачивание разоблачают Дионис Каптарь (писательский псевдоним Дмитрий Зыкин) и социолог Сергей Задумов.
Кого же советская власть определяла как кулаков?
Как раскулачивали? Отбирали дома, имущество, выселяли. Кого реально выселяли? Да кого попало. На спецпоселения привозили пойманных красноармейцев, детей без матери, старух и стариков…
Были ли сталинский порядок? В реальности был сталинский безпорядок. Дети без обуви и верхней одежды в школу ходить не могут. Более того, сами учителя без обуви и еды, побираются у крестьян.
Раскулачивали тоже кого попало. От людей, которые сдавали дома, подрабатывали частным извозом, до родителей чекистов или просто обычных людей по ложным доносам.
Газета «Беднота» побывала в деревнях и написала Ягоде про перегибы. В списки на раскулачивание попадала половина села. Раскулачивали бедняков и середняков. Те, кто проводили раскулачивание, не просто отнимали чужое имущество, они его забирали себе лично. Грабили людей советские активисты.
Советская власть, кстати, признавала, что раскулаченные оказались лучшими представителями крестьянства. Уже высланные они быстро налаживали новое хозяйство и жили лучше окружающих деревень. «Повторное окулачивание». Отправленные на заводы «кулаки» быстро оказывались ударниками труда…

+РУССКАЯ ИМПЕРИЯ+
https://RusImperia.Org
#РусскаяИмперия

Хроники революции. Масонский Февраль 1917-го (ФИЛЬМ)

Историк Елизавета Пашкова о том, что представляло собой масонство в начале XX века, какова роль масонов в событиях 1917 года и чем занимались в России секретари американской организации YMCA. Ведущий — Андрей Фефелов

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

РУССКИМ О РОССИИ: ПОЛИТИКА РУСОЦИДА

«Славянские варвары – природные контрреволюционеры, особенные враги демократии». «Ближайшая мировая война сметёт с лица земли не только реакционные классы и династии, но и целые реакционные народы». «Необходима безжалостная борьба не на жизнь, а на смерть с предательским по отношению к революции славянством… – истребительная война и безудержный террор», — таков был завет коммунистического идеолога Фридриха Энгельса. Надо признать, что большевики исполняли его весьма точно.

Против русского народа была развязана война, имеющая целью не только духовное, но и физическое его истребление.

Русские дворяне, интеллигенция, офицеры, купцы и священство уничтожались в период Красного террора и позднее. «Под видом «зеленых» (мы потом на них и свалим) пройдем на 10 — 20 верст и перевешаем кулаков, попов, помещиков. Премии 100000 рублей за повешенного», — писал вождь мирового пролетариата в 20-м году. И вешали. Вырезали. Топили, следуя указанию вождя.

Русские города и веси выкашивал голод 20-х, коему бесстыдно радовался Ленин.

Деревни Великороссии и Малороссии вымирали в 30-х.

Русских и украинских крестьян раскулачивали и отправляли на север – часто на верную смерть.

Большая часть узников ГУЛАГа были русскими.

Сегодня в русофобской истерии некоторая часть украинской общественности пытается представить голодомор геноцидом исключительно украинского народа. Это ложь. Голодомор – трагедия всей России. Трагедия русских. И украинцы стали жертвой его, не как украинцы, а именно как русские, как часть единого русского народа. Достаточно сказать, что по проекту коллективизации предназначались для выселения из мест прежнего проживания — 2,3 млн. чел., и чётко указывалась разнарядка:

— доля РСФСР – 79%;

— доля Украины- 17%;

— доля Белоруссии – 4%.

«Раскулачили» таким образом почти 5% русских людей. Или одного из каждых 20 русских крестьян. Доля семей, состоявших из 8 и более человек — была 5%. Абсолютное большинство детей погибли от голода и лишений в ссылках в первый же год.

Проект высылки кулаков разработала «Комиссия ЦК ВКП(б) по переустройству деревни» под руководством наркома земледелия СССР Якова Эпштейна-Яковлева, прилежного ученика Троцкого, который еще на IX съезде РКП(б) очертил методы концепции мобилизации крестьян в трудовые армии, превращения их в «солдат труда», с наказанием за ослушание — вплоть до «заключения в концентрационные лагеря».

Осуществляло раскулачивание ОГПУ во главе с Генрихом Ягодой. Именно он стал автором директивы № 44.21 от 2 февраля 1930 года об аресте 60 тыс. кулаков. Уже к 15 февраля 1930 года «были выведены из строя» по терминологии ОГПУ 64500 человек. «План-заказ» на 60 тыс. кулаков был перевыполнен.

В общей сложности раскулачиванию было подвергнуто 2,15 млн. русских крестьян. России это большевистское преступление обошлось минимум в миллион русских жизней… Для наглядности приведём лишь один пример. В справках Отдела по спецпереселенцам ГУЛАГа ОГПУ «Сведения о выселенном кулачестве в 1930-1933 гг.» находим:

— отправлено в Северный край — 282 тыс. чел.

— состоит на учете на 1 января 1934 года — 79,5 тыс.

То есть в местах высылки «кулаков» оказалось – в 4 раза меньше, чем было отправлено. Куда же пропали 200 из 282 тыс., отправленных в Северный край?

Ещё в 1918 году большевики ввели закон против антисемитизма. Расстрелять по нему могли и за неосторожное слово, и за хранение запретной литературы. Например, Нилуса. Впоследствии закон был заменён до боли узнаваемым сегодня эквивалентом: статьёй 59-7 Уголовного Кодекса («Пропаганда или агитация, направленные к возбуждению национальной или религиозной вражды или розни»).

Именно на заре большевизма и период расцвета его, слово «русский» впервые было поставлено вне закона. «Русский» — значит, патриот, националист, антисемит – враг, которому нет места в стране торжествующего Интернационала.

Одной из иллюстраций этого процесса служит травля поэтов крестьянского направления в начале 20-х годов. В 1923 году за «разжигание национальной вражды» предстали перед судом Сергей Есенин, Сергей Клычков, Петр Орешин и Алексей Ганин. «Разжигание» заключалось в том, что в столовой на Мясницкой неизвестный обозвал их антисемитами, дебоширами, пьяницами и русскими хамами, за что тут же был ответно обруган Есениным «жидовской мордой». Будь «морда» иной, поэта бы, наверное, простили, но… «Пострадавший» Марк Роткин немедленно привёл милицию, и Есенина с друзьями задержали. «Русские мужики – хамы!» — бросил Роткин им вслед. Разумеется, называть русских хамами «разжиганием» не было, а, вот, «морда» — дело совсем иного рода. В тот же день вечером в Литературном институте были отменены все лекции и объявлен экстренный митинг по случаю «антисемитского буйства группы поэтов». Руководил митингом Борис Фридман. Страницы московских газет тех дней пестрели «мнениями народа», и «политическими оценками»… «Поэтов под народный суд!», «Им нет места в нашей семье!», — требовала пресса от имени «народа»…

В этот период Алексей Алексеевич Ганин написал свой знаменитый манифест, в котором с беспощадной точностью определил существо большевистской, антинациональной системы:

«В лице господствующей в России РКП мы имеем не столько политическую партию, сколько воинствующую секту изуверов-человеконенавистников, напоминающую если не по форме своих ритуалов, то по сути своей этики и губительной деятельности средневековые секты сатанистов и дьяволопоклонников. За всеми словами о коммунизме, о свободе, о равенстве и братстве народов — таятся смерть и разрушения, разрушения и смерть».

Для нас теперь нет никакого сомнения, что та злая воля, которая положена в основу современного советского строя, заинтересована в гибели не только России, как одной из нынешних христианских держав, но всего христианского мира.

Всякий, кто умеет честно, по-человечески мыслить, тот из всего существующего положения в России ясно увидит, к чему на самом деле стремится эта изуверская секта.

Завладев Россией, она вместо свободы несет неслыханный деспотизм и рабство под так называемым «государственным капитализмом». Вместо законности — дикий произвол Чека и Ревтрибуналов; вместо хозяйственно-культурного строительства — разгром культуры и всей хозяйственной жизни страны; вместо справедливости — неслыханное взяточничество, подкупы, клевета, канцелярские издевательства и казнокрадство. Вместо охраны труда — труд государственных бесправных рабов. Три пятых школ, существовавших в деревенской России, закрыты. Врачебной помощи почти нет, потому что все народные больницы и врачебные пункты за отсутствием средств и медикаментов влачат жалкое существование. Высшие учебные заведения терроризированы и задавлены как наиболее враждебные существующей глупости».

13 ноября 1924 года чекисты открыли «Дело «Ордена русских фашистов»». По нему в качестве «главаря» был арестован великий русский поэт Алексей Ганин и ещё 13 человек, большей частью, также поэты. Ганин и несколько его «однодельцев» были расстреляны без суда, остальные сосланы на Соловки, откуда вернулись лишь двое.

Литературовед Лидия Гинзбург в 1926 году записала в дневнике: «У нас сейчас допускаются всяческие национальные чувства, за исключением великороссийских. Даже еврейский национализм, разбитый революцией в лице сионистов и еврейских меньшевиков, начинает теперь возрождаться… Это имеет свой хоть и не логический, но исторический смысл: великорусский национализм слишком связан с идеологией контрреволюции (патриотизм), но это жестоко оскорбляет нас в нашей преданности русской культуре».

В 1930 году на XVI съезде ВКП(б) в качестве главных угроз социалистическому строительству отмечались опасность национализма, «великодержавный уклон», «стремление отживающих классов ранее великорусской нации вернуть себе утраченные привилегии».

После убийства Алексея Ганина до конца 30-х годов плеяда крестьянских поэтов, как носителей русской идентичности, была уничтожена полностью. Особенно ярок в этом смысле пример поэта Павла Васильева. «Певец кондового казачества», «осколок кулачья», «мнимый талант», «хулиган фашистского пошиба» — это всё он, Павел Васильев… Главный удар по нему был нанесён Максимом Горьким. Одновременно две центральные и две «литературные» газеты опубликовали 14 июня 1934 года первую часть его статьи, в которой говорилось:

«Жалуются, что поэт Павел Васильев хулиганит хуже, чем хулиганил Сергей Есенин. Но в то время, как одни порицают хулигана, — другие восхищаются его даровитостью, «широтой натуры», его «кондовой мужицкой силищей» и т.д. Но порицающие ничего не делают для того, чтоб обеззаразить свою среду от присутствия в ней хулигана, хотя ясно, что, если он действительно является заразным началом, его следует как-то изолировать. А те, которые восхищаются талантом П. Васильева, не делают никаких попыток, чтоб перевоспитать его. Вывод отсюда ясен: и те и другие одинаково социально пассивны, и те и другие по существу своему равнодушно «взирают» на порчу литературных нравов, на отравление молодёжи хулиганством, хотя от хулиганства до фашизма расстояние «короче воробьиного носа».

Вскоре после этого Васильев подрался с поэтом Джеком Алтаузеном, оскорбившим грубым словом его спутницу. 24 мая 1935 года в «Правде» появилось открытое письмо, гласившее: «Павел Васильев устроил отвратительный дебош в писательском доме по проезду Художественного театра, где он избил поэта Алтаузена, сопровождая дебош гнусными антисемисткими и антисоветскими выкриками и угрозами расправы по адресу Асеева и других советских поэтов. Этот факт подтверждает, что Васильев уже давно прошел расстояние, отделяющее хулиганство от фашизма…»

В недрах НКВД было сфабриковано «дело террористической группы среди писателей, связанной с контрреволюционной организацией правых», целью которой была подготовка террористического акта в отношении лично товарища Сталина и других видных партийцев. Согласно версии «следствия», убить Вождя должен был никто иной, как Павел Васильев…

15 июля 1937 года, в закрытом судебном заседании Военной коллегии Верховного суда СССР под председательством Ульриха, «без участия обвинения и защиты и без вызова свидетелей», состоялось скорое разбирательство дела. На другой день поэт Павел Васильев был расстрелян в Лефортовской тюрьме и похоронен в общей могиле «невостребованных прахов» на новом кладбище Донского монастыря в Москве. Вместе с ним был расстрелян и сын Сергея Есенина Юра, ещё подросток…

Великодержавный шовинизм в те годы приписывали многим неугодным писателям и поэтам. Удостоился обвинения в нём даже Владимир Арсеньев, автор «Дерсу Узала». Арсеньеву повезло: он умер раньше, чем набиравшая обороты кампания травли обернулась для него арестом. Зато его вдова свой срок получила…

Следствием национальной политики большевиков стали и новые границы, произвольно проведённые ими. Особенно пострадали при этом русские казаки, чьи земли были подарены горцам, казахам, украинцам. Огромную часть территории нынешнего Казахстана составляют казачьи земли, исторически не имевшие никакого отношения к этой республике. Также для подавления казачества отдавались в руки горцев казачьи станицы на юге России. Впоследствии ленинский почин был развит его наследниками: Сталиным, подарившим родной Грузии земли Осетии и Абхазии, и Хрущёвым, присоединившим Украине Крым, а Чечне – ещё уцелевшие тёрские казачьи станицы. О том, как эти меры осуществлялись в отношении последних, недвусмысленно свидетельствуют следующие выдержки из документов 1920 г.:

«По вопросу аграрному признать необходимым возвращение горцам Северного Кавказа земель, отнятых у них великорусами, за счет кулацкой части казачьего населения и поручить СНК немедленно подготовить соответствующее постановление».

Владимир Ленин

«Выселено в военном порядке пять станиц. Недавнее восстание казаков дало подходящий повод и облегчило выселение, земля поступила в распоряжение чеченцев. Положение на Северном Кавказе можно считать несомненно устойчивым…».

Из телеграммы Сталина Ленину

«Выселение станиц идет успешно… Сегодня у меня происходило совещание с чеченцами — представителями аулов. Настроение чеченцев превосходное, они рады до бесконечности и заявляют, что наш акт для них великое историческое событие».

Из телеграммы члена Реввоенсовета Кавказской трудовой армии Врачева Орджоникидзе и Сталину.

«Ст. Калиновскую сжечь; станицы Ермоловская, Закан-Юртовская, Самашкинская, Михайловская — отдать беднейшему безземельному населению и в первую очередь всегда бывшим преданным Соввласти нагорным чеченцам: для чего все мужское население вышеозначенных станиц от 18 до 50 лет погрузить в эшелоны и под конвоем отправить на Север, для тяжелых принудительных работ; стариков, женщин и детей выселить из станиц, разрешив им переселиться в хутора или станицы на Север; лошадей, коров, овец и прочий скот, а также пригодное для военцели имущество передать Кавтрудармии — ее соответствующим органам, причем лошадей распределить по указаниям Штаба фронта».

Приказ временно исполнявшего обязанности командующего Кавказской трудовой армией Медведева

В 1946 году на Нюрнбергском трибунале был осуждён нацизм… Человеконенавистническая идеология, следуя которой нация избранная сочла себя вправе уничтожать другие нации, зачисленные в неполноценные. А как назвать систему, при которой одна-единственная нация, нация, составляющая большую часть населения государства, де-факто оказывается в положении «неполноценной» и подвергается нескончаемому моральному и физическому террору? И какого приговора достойна она?

Миллионы русских, погибших во Второй Мировой войне, защищая свою землю, проклянут тех, кто станет оправдывать и прославлять нацизм. Миллионы русских, уничтоженных большевиками, проклинают оправдание коммунистического режима и прославление своих палачей.

Россию невозможно возродить на фундаменте нескончаемого кощунства подобных оправданий и прославлений. Россия может быть возрождена лишь на фундаменте Православия и Русскости. Лишь прекратив кощунство, лишь восстановив в себе русскость, мы сможем восстановить и наше Отечество, являющееся по слову последнего Императора, государством русского народа, в котором живут и другие народы.

Русская Стратегия

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

В.Ю. Даренский: «Нашему поколению выпала честь возрождать Белую Россию…». Часть 2. Русский интеллектуальный спецназ

В.Ю. Даренский: «Нашему поколению выпала честь возрождать Белую Россию…». Часть 1.
Представляем вниманию читателей беседу с членом Союза писателей России, доктором философских наук, членом Русского просветительского общества имени Императора Александра III Виталием Юрьевичем Даренским.
— В этом году мы отметили 100-летия нашего великого писателя и мыслителя А.И. Солженицына. И весь годы мы наблюдаем совершенно невообразимую ярость против него не только в рядах необольшевиков, но и части т. н. «православных патриотов». В связи с этим два вопроса. Во-первых, чем обусловлена такая ненависть – особенно в среде последних? И во-вторых, почему такого накала не вызывает, скажем, имя академика Сахарова?

– Это было очень «знаковое» явление. Истерика и беснования, с одной стороны, необольшевиков, ностальгирующих по СССР, а с другой – либералов, ненавидящих Россию как таковую, совершенно естественны. Ведь с Солженицыным невозможно бороться на уровне серьезных аргументов, поэтому с ним борются только с помощью хамства и самой примитивной лжи. Чего только стоит обвинение его в каком-то «предательстве»! Необольшевики всерьез отождествляют советский тоталитарный режим с Россией как таковой. Это, как минимум, полное отсутствие логического мышления, а как максимум – клиническая шизофрения. На самом деле Солженицын боролся с советским режимом именно потому, что защищал Россию и был русским патриотом. Он как мыслитель понимал, что СССР – это антирусский проект, это уничтожение России как таковой и превращение ее в гетто для людей без Бога, без национальности и без души – по модели «скотофермы» Джорджа Оруэлла. Как на фронте он воевал против внешнего врага – гитлеровцев, так и в эмиграции он точно так же воевал против врагов своей Родины – но уже врагов внутренних, против советского режима, уничтожающего подлинную Россию. Предателями на самом деле являются как раз те, для кого СССР и Россия – это одно и то же. Эти люди уже не знают России, их родина – это советское гетто. Вот это и есть настоящее предательство Родины. И они в глубине души знают это, знают, что это они – настоящие предатели, они – не русские, а «советские» люди без национальности, лишенные исторической памяти, воспитанные на лжи, хамстве и ненависти к правде, и именно поэтому так ненавидят Солженицына, который стал их живым разоблачением.
В выступлениях против Солженицына особенно выражалось не только невежество – ведь большинство из выступавших его явно вообще не читали, а историю знают максимум в объеме советского учебника для 7-го класса, то есть не знают вообще – но в первую очередь сама дикость и неразвитость этих людей, их абсолютная неспособность к дискуссии и подзаборное хамство. Но это не просто идеологическая позиция, это антропологический тип людей – «новых варваров», которые намного хуже варваров древности, потому что те хоть стремились к знаниям и развитию, а эти наивно считают собственную дикость результатом «просвещения». На каком, например, уровне тупости нужно находиться, чтобы верить в сплетню о том, что «Солженицын призывал сбросить на СССР атомную бомбу», не пытаясь проверить эти утверждения? А проверить было бы полезно, и тогда все стало бы свои места. В 1982 году Солженицын демонстративно отказался от встречи с президентом Рейганом, указав в своем письме к нему на то, что «некоторые американские генералы предлагают уничтожать атомным ударом – избирательно русское население». А в речи в Нью-Йорке перед представителями профсоюзов АФТ – КПП он возмущался ложью о том, «будто бы я приехал призывать Соединённые Штаты освобождать нас от коммунизма. Кто хоть сколько-нибудь следил за тем, что я писал и что говорил много лет в Советском Союзе, а потом уже на Западе, тот знает: я всегда говорил противоположное… Мы должны стать сами на свои ноги». Солженицын всегда говорил на Западе: «Не надейтесь победить СССР военным путем, но знайте: русский народ сам освободится от советского рабства!» Так и произошло – и за это пророчество его ненавидят.
Хотя подавляющее большинство этих ненавистников просто страшно невежественны, но были и несколько исключений, например, протодиакон Владимир Василик, который имеет кандидатскую степень и преподает в университете. Если тем дикарям говорить глупости как-то еще простительно, но ему непростительно абсолютно. Например, он повторял традиционный бред о «власовщине» Солженицына. Откуда вообще взялся этот бред, вообще непонятно, ведь Солженицын нигде не писал о своей поддержке власовцев, он всегда считал войну с Гитлером безальтернативной, поскольку речь шла о выживании народа. Но вот у этого Василика хорошо видно, как возникает этот миф из явных подтасовок и отсутствия логического мышления. Он цитирует такие строки из «Архипелага»: «Мы не забыли и всенародное движение и Локтя Брянского: создание автономного русского самоуправления еще до прихода немцев и независимо от них, устойчивая процветающая область из 8 районов, более миллиона жителей. Требования локотян были совершенно отчётливы: русское национальное правительство, русское самоуправление во всех занятых областях, декларация о независимости России в границах 1938 г. и создание освободительной армии под русским командованием» (Дальше там есть еще и такие строки, которые он не цитирует, а зря: «С хлебом-солью встречали немцев и донские станицы. Уж они-то не забыли, как их вырезали коммунисты: всех мужчин с 16 до 65 лет. В августе 1941 под Лугой ленинградский студент-медик Мартыновский создал партизанский отряд, главным образом из советских студентов: освобождаться от коммунизма»).
О чем здесь вообще идет речь? О том, что большевики до того довели народ, что ему даже Гитлер стал казаться меньшим злом! Солженицын нигде далее не пишет, что он их поддерживает, но он ставит четкий диагноз власовщине как естественной реакции народа на советский террор. Вот эта главная мысль Солженицына, я думаю, на самом деле хорошо понятна нынешним совкам и поэтому вызывает у них такое бешенство и истерические визги на тему «литературной власовщины». И вторая его мысль злит их не меньше: оказывается, что, оставшись без советской власти, народ не только не превращается в стадо, но наоборот, проявляет высокую самоорганизацию и очень четко формулирует свои требования. А то, что эту самоорганизацию использовали гитлеровцы – так это вы сами, товарищи, виноваты: не нужно было вызывать такую ненависть к себе своим 25-летним террором. Вам просто вернулся «бумерангом» геноцид миллионов людей, который не простили те, кто чудом выжил. И власовщина, и бандеровщина – это порождения самой советской власти, ответ на ее дикий террор. И не нужно, товарищи, делать вид, что вы этого не понимаете. Вот об этом смело написал Солженицын, и именно за это его ненавидят. Я даже уверен, что если бы он действительно «поддерживал власовцев», как врет Василик и иже с ним, то его ненавидели бы намного меньше. Мало ли кто власовцев поддерживает? Нет, его ненавидят как раз за то, что он сам воевал в Красной Армии против власовцев, и всегда считал их врагами, но он сказал, откуда эти враги взялись – большевики сами их создали и получили «ответку» за свой террор. Отсюда их ложь и истерика.
Почему-то в 1914-м году никто из царской армии не переходил к немцам чтобы воевать «против царя», хотя первые «власовцы» появились уже тогда – и это были именно большевики, призывавшие «развернуть штыки» против собственного государства. Об этом совковые «патриоты» очень не любят вспоминать – о том, что сам большевизм зародился именно как национальное предательство! И почему-то даже в 1945-м немцы не переходили на нашу сторону, хотя и понимали, что «Гитлер капут». И почему-то царскую армию в Галиции в 1914-м русины встречали с восторгом, а уже их дети и младшие братья всего лишь через 30 лет прятались от Красной Армии в леса и стреляли ей в спину. Никогда в русской истории не было такого, чтобы 1 миллион бывших сограждан перешел на сторону врага (и это, не считая гражданских служащих, которых было в разы больше). Это было только при большевиках. Вот за эту правду и ненавидят Солженицына; и еще больше за то, что он пришел к этому выводу сам, без посторонней помощи – то есть проявил такое стремление к правде, к которому эти дикари и близко не способны. Поэтому не нужно удивляться, если иногда антисолженицынские бредни повторяют и люди не совсем уж дикие и необразованные – здесь действует эта зависть к его нравственной и интеллектуальной смелости, до которой им далеко.
Это относится ко всем так наз. «православным патриотам», которые не любят Солженицына, зато преклоняются перед Сталиным, который якобы «восстановил Империю». Сталин восстановил не православную Империю, а создал безбожный концлагерь, возродив систему государственного рабства по образцу деспотий Древнего Востока. По отношению к этим наивным людям – как и по отношению к диким товарищам – справедливы слова Н. Некрасова:

Люди холопского звания –
Сущие псы иногда:
Чем тяжелей наказания,
Тем им милей господа.

Второй пункт ненависти к Солженицыну – в том, что он на конкретном историческом материале показал, чем был 1917 год – уничтожением великой страны предателями, карьеристами и дегенератами, а вовсе не «революцией», якобы совершенной народом. 90 процентов народа было просто в шоке от происходящего и не участвовало в этом беспределе. Третий пункт – в его характеристике советской цивилизации как неуклонной деградации народа и сознательном геноциде его лучшей части. Само его понятие «отрицательного отбора» как главного принципа советского общества, в котором выживали и продвигались худшие, а не лучшие – естественно, страшно бесит потомков этих худших, ведь они на самом деле знают, о ком идет речь. «Отрицательный отбор», запущенный 100 лет назад, продолжает работать и сейчас, и поэтому и нынешняя номенклатура враждебна Солженицыну, как и советская. Все инициативы В.В. Путина по увековечению его памяти на самом деле этой новой номенклатуре очень не нравятся, чему я сам был свидетель.
Правда об «отрицательном отборе» прочно объединяет в ненависти к Солженицыну и «красных», и «либералов», поскольку его продуктом в равной степени являются и те, и другие, и они интуитивно знают это, хотя открыто, конечно, в этом не признаются. Эта гнилая пена, захватившая власть над Россией 100 лет назад, сейчас держит ее так же крепко, как и раньше, лишь поменяв внешнее название. «Либералов» как профессиональных русофобов еще с эмигрантских времен бесит русское мировоззрение Солженицына. Еще в 1970-е годы эта публика объявила его «русским фашистом». Поскольку этой характеристики с тех пор уже удостоились все без исключения выдающиеся деятели русской культуры нашего времени, то ее давно следует воспринимать как самый высокий комплимент. У этой публики авторитетен А. Сахаров – человек, совершенно чуждый России, невежественный в истории, с крайне наивным прожектом мироустройства, не понимавший, что Запад видит мир только как систему своей глобальной диктатуры, в которой России уготовано место нового Сомали. С Солженицыным его сейчас вообще несерьезно и сопоставлять, хотя в определенный момент они как символы стояли рядом.

— Ревнители «красного проекта» – кто они на Ваш взгляд? Фанатики или сознательные разрушители нашей страны, вражеские агенты? Чем они руководствуются, двигая «ресоветизацию»? Этим ведь активно занимаются сегодня первые лица центральных СМИ – Соловьёвы, Сёмины, Киселёвы, Медведевы и иже с ними. Какова цель этой необольшевистской пропаганды на уровне государственных СМИ? Что за этим стоит?

— Неосовки или ревнители «красного проекта» – обычно и не фанатики, и не вражеские агенты, а просто неразвитые и невежественные люди с самым примитивным мировоззрением, не знающие подлинной истории и дикие в нравственном отношении. Это их личное несчастье, но они могут превратить его в несчастье и новую катастрофу для самой России. Они не понимают, что являются таким же разрушителями страны, как и «либералы» – наоборот, они по своей тупости наивно считают, что только они ее и могут спасти.
Это тип людей, выращенный за 70 лет советского эксперимента, и он не может быть иным. Это люди с «физиологическим мышлением», вся история для них сводится к «росту материального благосостояния», а все сколько-нибудь более высокие ценности и понятия для них не существуют. Россия как священное Православное Царство, которое существовало до 1917 года – для них совершенно потусторонняя реальность, они в принципе не могут понять, что это такое. А из-за незнания истории единственный пример «достижений» для них – это СССР, поскольку они не знают, что было до 1917 года, и что было в других странах. Их «историки», например, всерьез думают, что без садистской коллективизации была бы невозможна механизация сельского хозяйства – и им даже в голову не приходит тот факт, что она во всем остальном мире прошла без коллективизации, но при этом даже раньше (до 1917 года она началась и в России, но Гражданская война все уничтожила).
Когда же неосовки еще ссылаются и на «великие» экономические «достижения» советской эпохи, то такие «аргументы» лишь демонстрируют их глупость и невежество. Если бы эти люди хоть немного знали историю, а не мифы из советских учебников, то они бы понимали, что не будь 1917-го – эти достижения были бы намного большими и при этом не стоили бы таких чудовищных жертв. При Николае Втором экономика росла быстрее, чем при Сталине, а Российская Империя уже была третьей экономикой мира после Британской Империи и США, но по темпам роста опережала их настолько, что к 1930-м становилась бы уже первой в мире. Именно для этого и была Западом организована якобы «революция» 1917-го, чтобы уничтожить своего главного геополитического конкурента. В 1920 году экономика была отброшена на полвека назад – на уровень 1870-х и т.д. Поэтому хвалиться потом советскими «достижениями» – это то же самое, как если бы ты хвалился тем, что отстроил дом после того, как сам же его и сжег, да еще с половиной жителей.
Особенно интересно с так наз. «рабочим вопросом». Н. Хрущов уже 1960-е годы наивно возмущался тем, что он до революции был простым слесарем и жил лучше в материальном плане, чем рабочие в СССР при его правлении. И ничего удивительного. Зарплата рабочих в Российской Империи в 1914 году по реальной покупательное способности была самой высокой в мире (точнее, делила 1-2 место с США)! А вот многие ли из нынешних «профессиональных историков» знают об этом? По моим наблюдениям, почти никто. Как и о том, что рабочее законодательство в России 1914 года было самым прогрессивным в мире (т.е. защищающим их права и ограничивающим длину рабочего дня). Нищие рабочие, живущие в бараках были и тогда, но ведь в СССР они просуществовали до 1970-х годов! Я сам их в детстве видел. И где же все эти «завоевания Октября»? То же самое и в селе. Советские колхозники достигли уровня жизни дореволюционных «середняков» (а это 70 процентов всех крестьян, а были и намного богаче), только к 1970-м годам, да и то далеко не все, потому что уже началась разруха села. Почти никто не знает и том, что по потреблению многих важных продуктов на душу населения СССР вообще так и не догнал Россию 1914 года (рыба, птица, яйца, ягоды и др.). В царской армии на рядового солдата полагалась норма фунт (400 гр.) мяса в день. В советской – такой нормы не было даже у генералов. Все знают, что Россия до 1917 года была мировым лидером по экспорту зерна, но почти никто не знает сейчас, что она же была и одним из мировых лидеров по экспорту самых высокотехнологичных промышленных товаров, и что русским ученым тогда принадлежало 2/3 мировых научных открытий и технических изобретений. На этих традициях некоторое время развивалась и советская наука, но с 1960-х годов, когда пришли уже советские поколения, сразу же начала безнадежно отставать. Страшно сказать, насколько наш народ не знает свою историю!
Именно в советский период русский народ в наибольшей степени продемонстрировал ту «долготерпеливость», о которой так любят упоминать. О людоедском периоде советской истории и говорить нечего, но и позднее, когда геноцид закончился, все держалось на терпении и страхе. Народ был замучен и оскорблен пустыми магазинами, многочасовыми очередями за самым элементарным. (Кстати, полет Гагарина, как рассказывала мне моя мать, у большинства людей тогда вызвал вовсе не официальный восторг, а наоборот, приступ злобы: «На кой черт нам этот космос, когда и на земле жизнь невыносимая?». Ведь как раз тогда начался тотальный дефицит, например, в магазинах вообще не было молока, и чтобы его купить для моего брата 1961 года рождения, мать ходила в 4 часа утра на базар, и то не всегда удачно). Народ в основной массе был всегда оскорблен и озлоблен, но боялся это проявлять в открытую. (Исключение составляли те, кто при совке «хорошо устроился», но это не более 1/5 части населения). Поэтому итог был давно предопределен: и если Российская Империя была уничтожена искусственно, путем спецоперации ее геополитических конкурентов (теми же тайными методами были одновременно с ней уничтожены империи Германская, Австро-Венгерская и Османская), то СССР рухнул сам по себе и настолько неожиданно для конкурентов, что они и сами были в шоке. И если Россия боролась с большевиками 3 года Гражданской войны и 2 года Крестьянской войны 1921-1922 гг. (ныне почти забытой), то СССР вообще никто не вышел защищать. Более того, насколько я помню, 90 процентов народа смотрело на это со злорадством. Как оказалось, народ ничего не забыл и ничего не простил. В свое время большевики пришли в Россию так же, как татаро-монголы – у них почти не было поддержки среди населения, и они победили за счет дикой жестокости и геноцида, страшно запугав всех – и только лучшая, белая часть народа не испугалась, но была утоплена в крови. И поэтому в 1991 году их страна рухнула, как гнилой сарай, при почти всеобщем ликовании.
Однако парадокс истории состоит в том, что глубинную и подлинную суть каждой эпохи раскрывает не она сама, а следующая за ней эпоха, показывающая подлинный результат ей предшествующей. Так, пресловутые «достижения СССР» были совершены еще старым, царским русским народом, попавшим под власть большевиков и просто боровшимся за выживание. Но этот мученический подвиг народа большевики самым лицемерным образом приписали себе и своей власти, а на самом деле это была лишь варварская растрата могучих человеческих ресурсов, созданных Российской Империей. А когда к 1960-м годам русский народ иссяк и на его месте действительно возник новый «советский народ», он сразу же начал стремительно деградировать, что и привело к закономерному итогу в 1991-м. Причина деградации очевидна: народ без Бога, живущий лишь удовлетворением материальных потребностей, а под «культурой» понимающий лишь эгоистическое развлечение – это «труп смердящий», ни на что не годный. Народ превратили в стадо скотов без Бога, без души и без совести, а они тупо радуются, что «Гагарин в космос полетел». Такой тип людей уже достиг дна деградации и обречен на вымирание.
Мой земляк, родившийся под Луганском, известный и яркий поэт Белого Движения Владимир Смоленский (он воевал в Добровольческой армии, с которой эвакуировался из Крыма, жил в Париже) написал об этом так:

Не прощено и не раскаяно
В гордыне, ужасе и зле
И в страхе бродит племя Каина
По русской авельской земле…

Стоит вдуматься в эти страшные слова. Здесь нет злобы ни к кому, здесь просто явлено духовное видение Истории. Ведь в Истории кроме причинно-следственных связей между событиями есть другой, намного более глубокий уровень, на котором действуют не материальные, а духовные законы. И по этим высшим законам уничтожение Православного Царства – это не просто «революция», это катастрофа всемирно-исторического масштаба, которая начинает уже необратимое скатывание человечества к царству Антихриста и Апокалипсису. И поэтому все последующие зверства большевиков уже были абсолютно неизбежны – это страшная Божия кара народу за то, что предал Царя, а потом по своей трусости предал Белое Движение, пытавшееся спасти Россию от антихристовых варваров. Но кара эта была не только в физической смерти и страданиях, но и в том, во что в конце концов превратился этот народ.
Сам СССР был создан людьми, воспитание и представление о жизни которых было заложено еще до 1917 года, ещё в России. Большевики лишь воспользовались ими, как «расходным материалом», уничтожив при этом миллионы лучших людей всех сословий, в том числе, крестьянского. Когда же они естественно кончились, кончился и СССР. В связи с этим я ввел понятие «паразитарная цивилизация» по отношению к СССР – там израсходовали человеческий ресурс царской России, создав на его месте «совка» – жалкого западопоклонника, бездаря и лентяя. А этот последний уже и создал то, что мы имеем несчастье созерцать сейчас. Поэтому дело не в коммунистической идеологии как таковой – а в типе человека. Если ностальгия по СССР станет эпидемией, то этот совок будет воспроизводиться и дальше. В 1991 году он, как Голем, уничтожил свою страну, которая его же и породила, а в XXI веке может уничтожить и саму Россию навсегда. Нынешнее вырождение народа и государства – это главный продукт 70-летнего совка. Нынешнюю «эрэфию» и нынешнюю бандеровскую Украину создали именно совки. Поэтому борьба с коммунизмом – это не борьба с прошлым, это борьба за будущее. Если не умрет совок, то умрет Россия – причем уже окончательно. Россия может возродиться только как православная монархия – или ее не будет вообще, причем скоро, еще при нашей жизни. Кто это понимает – это русские, а кто не понимает – это люди без национальности и без истории – продукт СССР.
Тенденция к «ресоветизации» исторической памяти, которая сейчас наблюдается даже в центральных СМИ, на мой взгляд, имеет две причины. Во-первых, это элементарная борьбы нынешней власти за электорат. Этим людям специалисты объяснили, что Белая Россия, боясь развала государства, все равно проголосует против любых радикалов, а вот самих этих радикалов тоже можно привлечь на свою сторону – именно такой открытой поддержкой совковой идеологии. Те люди из СМИ, о которых Вы упомянули, – у них нет никакого мировоззрения вообще, они приспосабливаются к любой ситуации и лишь по-холопски выполняют заказ своих работодателей, и не более того. Поменяется ситуация, и они с тем же рвением хоть завтра будут проповедовать нечто прямо противоположное. Таким образом, за всем этим стоит вовсе не какой-то «идейный поворот», а самый обычный цинизм и прагматизм.
Во-вторых, некоторый «идейный» (в самом негативном смысле) аспект здесь все же имеется. Он связан с явлением, которое уже получило название «номенклатур-большевизма». Современный политический строй России – это бюрократический авторитаризм, который является прямым продолжением советского строя. Правящей замкнутой касте нужно какое-то идеологическое обоснование своего положения, и оно уже нашлось в виде символа «великой России». Однако, как эти люди понимают «великую Россию»? Та Россия, которая была до 1917 года, им неизвестна и непонятна, и тогда под Россией они просто понимают ее антипода в виде СССР. Тут сразу же оправдывается и преемственность – тем более что она у них часто семейная: ведь нынешняя правящая бюрократия по статистике на 80 процентов – дети и внуки советской, в том числе, и партийной номенклатуры. По большому счету, в 1991 году власть не поменялась, а только сменила вывеску. В 1990-е модно было быть «либералами», а теперь «патриотами» совкового разлива, но суть дела от этого не меняется. И этот фактор еще более усугубляет ситуацию.

— Что необходимо нам для преодоления большевизма и восстановления русскости?

Это относится к процессам, которые в исторической науке называются «процессами большой длительности», при которых меняется менталитет народа и его историческое самосознание. Эти процессы невозможно слишком уж ускорить, но, тем не менее, и без сознательных усилий они тоже не происходят. Эта именно та сфера «малых дел» отдельных людей и малых групп, о которой любили говорить в XIX веке. Эту идеологию исповедовал и А.С. Пушкин. Государственные усилия в этом направлении могут скорее принести вред, поскольку будут восприниматься как очередной «официоз». Сейчас вообще парадоксальная ситуация: государство, по сути, не заботится ни о какой «русскости», но все равно значительная часть населения – левые и либералы – серьезно думают, что сейчас государство официально навязывает идеологию «русского национализма». Есть такие бесноватые, для которых все, что не русофобия и не совок – это уже автоматически «русский фашизм».
В советское время параллельно с деградацией в народе сохранялось и стремление к возрождению, не смотря ни на что. В 1960-1970-е это были именно малые группы писателей и ученых – а это максимум несколько сотен человек, а сейчас людей с русским мировоззрением миллионы – «из искры возгорелось пламя». И этот процесс продолжается. В первую очередь, нужна просветительская деятельность во всех ее формах, потому что невежество ужасное, причем среди так называемой «интеллигенции» не менее дремучее, чем среди остальных. Интеллигенции намного труднее преодолевать свои русофобские и советские мифы, поскольку эти люди наивно думают, что они «образованные» и уже все знают, не догадываясь, что их образование и гроша ломанного не стоит. Я работаю в этой сфере, я знаю, что говорю.
Кроме того, нужно специально готовить людей для ведения полемики. Дело в том, что «красные» и «либералы» уже в силу своей идеологии имеют набор отработанных демагогических аргументов и всегда настроены на агрессивную полемику. У русских же людей идеология не разрушительная, а созидательная – она направлена не на полемику, а на выстраивание цельного мировоззрения, а не борьбу с кем-то. Поэтому для полемики им приходится заимствовать чужие методы. Нужно отработать четкую систему аргументов против той демагогии, к которой приучены наши противники. Эта система существует, ее нужно только упорядочить и пропагандировать.
Приведу пример. Необольшевики обычно изображают из себя борцов за так называемую «социальную справедливость», поскольку мыслят шкурными категориями и у них вся история сводится к борьбе материальных интересов. Им на это следует отвечать, что, во-первых, что их идеология – это на самом деле не справедливость, а зависть и жадность. Во-вторых, они уже показали, что их «справедливость» – это установление всеобщей нищеты. В-третьих, история показывает, что наиболее эффективно социальная справедливость достигается в том, что называется «социальное государство». А первым в истории социальным государством была Российская Империя до 1917 года – у нее было самое гуманное в мире рабочее законодательство, система помощи бедным и безработным на государственном и честном уровне и т. д. Но все это было уничтожено как раз под их лозунгами «социальной справедливости».
В представлениях неосовков, Россия до 1917 года – это непрерывно голодающая страна и 1 процентом грамотного населения. Конечно, с таким уровнем невежества бороться трудно, но можно. Для начала стоит сказать, что в Российской Империи последний голод был в 1892 году, но никто не умер, потому что государство очень оперативно оказало бесплатную помощь (это, кстати, страшно разозлило Ленина – в частных письмах он писал, что лучше бы побольше крестьян сдохло – это дало бы рост революционных настроений). Голод вернули большевики – в 1921, 1932-33 и 1947 годах от их политики умерло в общей сложности не менее 25 млн. человек (плюс 23 млн. жертв Гражданской войны, которую они развязали – это тоже в-основном жертвы голода и эпидемий). Моя мать пережила голод 1947 года 8-летней девочкой и рассказывала, что весь год колхозники работали, как обычно, «за палочку» (так трудодень отмечали в журнале), а потом осенью им ничего не дали за это, и в магазине нет еды – выживайте, как хотите. Весной уже никто ходить не мог – лежали по хатам и умирали, и тут власть смиловалась – привезла какой-то крупы по мешку на всех. А Российская Империя преодолела голод раньше других стран – англичане морили голодом свои колонии еще и в ХХ веке.
По поводу образования нужно напомнить некоторым, что система церковно-приходских школ, созданная К.П. Победоносцевым, охватила к 1914 году уже 75 % детей европейской части России. Например, действительный статский советник Илья Николаевич Ульянов за 16 лет своей деятельности в должности сначала инспектора и директора народных училищ Симбирской губернии (1869-1886) открыл 434 школы. К 1918 году по плану 100 процентов детей в европейской части охватывались школьным образованием, помешал 1917-й год. Революция затормозила преодоление неграмотности на 20-25 лет.
По поводу «народной революции» следует объяснить наивным людям, что «стихийные» выступления заканчиваются максимум грабежом магазинов, а «революции» – это всегда заранее спланированные операции, которые одна часть элиты проводит для уничтожения другой, желая стать на ее место. Такие процессы имели место еще в Античности, и ничего нового в этом нет. Особенность ХХ века в том, что на этом дело не ограничилось, и после переворота в элитах внешние кураторы запустили механизм «управляемого хаоса», сначала приведя к власти террористов-большевиков, доставив их из эмиграции, а потом организовав гражданскую войну путем прямой и косвенной поддержки обеих сторон. Внешние кураторы, «мировая закулиса» (И. Ильин) изначально планировали катастрофу в несколько этапов, а деятелей «февраля» потом просто «кинули», как отработанный материал.
Стоит объяснить некоторым, что если не было бы 1917-го, не нужна была бы и новая индустриализация – ведь она уже произошла при Николае Благочестивом. Потом большевики все разрушили гражданской войной и объявили – мы отстали на 50 лет! Это вы, товарищи, отстали, а до 1917 года Россия была самой передовой страной и ни от кого не отставала, а как раз наоборот – опережала по темпам развития другие передовые страны мира.
И такой войны с Гитлером не было бы – скорее всего, он бы вообще не напал. Хуже, чем в Великую Отечественную русские никогда не воевали. В Первую мировую войну при царе с немцами были равные потери и осталось несколько месяцев до победы, но сатанинская революция все пустила прахом. А при Сталине потери в живой силе 1:4, в авиации 1:9, по танкам 1:15 не в нашу пользу. При царе общие потери полтора миллиона – при Сталине почти тридцать. Самая наглая ложь, глупость и лицемерие большевиков состоит в приписывании себе заслуги победы в Великой Отечественной войне. В этой войне победил народ – вопреки бездарной и преступной советской власти. Победил просто чтобы выжить, а вовсе не защищая эту власть и товарища Сталина. И тот народ еще вовсе еще не был советским – это был еще старый, царский народ. Советским народ стал только к 1960-м годам, когда численно стали преобладать советские поколения. Поколения 1920-х годов рождения, которые уже были относительно советскими, были почти полностью выбиты в первые месяцы войны и сыграли в ней явно далеко не главную роль. Красная Армия начала серьезно сопротивляться только тогда, когда пришли дивизии из мобилизованных старших возрастов, многие из которых прошли царскую армию. В конечном счете, в Великой Отечественной войне победил русский православный мужик, который все простил советской власти – и голод, и коллективизацию, и убийство родственников, и унижения самой советской жизни, превратившей людей в безликую «массу», работавшую за пайку и за трудодень, как древнеримские рабы. Но этого народа давно уже нет. И когда сейчас какое-нибудь чмо самодовольно заявляет: «Мы победили Гитлера!», я обычно отвечаю: «Кто “мы”? Тебя тогда и в проекте не было».
А вот отрывок из мемуаров Альберта Шпеера, который с 1942 года занимал должность рейхсминистра вооружений и боеприпасов: «Несмотря на весь технический и производственный прогресс, объем военного производства времен Первой мировой войны не был достигнут даже на пике военных успехов, в 1940-41 гг. В первый год войны с Россией производилась всего одна четверть артиллерийских орудий и боеприпасов от уровня осени 1918. Даже три года спустя, весной 1944 г., когда мы после всех наших успехов приближались к наивысшей точке нашего производства, выпуск боеприпасов все еще был менее того, что в Первую мировую войну давали вместе тогдашняя Германия и Австрия с Чехословакией».
Вот, оказывается, что Николай Благочестивый воевал с более сильным врагом, с более мощной военно-промышленной машиной, чем гитлеровская Германия. Это были три мощнейшие империи того времени – Германская, Австро-Венгерская и Османская, плюс предатели-болгары, но не терпел при этом таких катастрофических поражений, как Красная Армия, и война шла на далеких окраинах страны, Минск был тыловым городом. В ту войну жизнь в тылу вообще мало поменялась, даже росло благосостояние крестьян (стоит прочесть «Последнюю осень» И. Бунина как свидетеля). В то время как в Великую Отечественную в советском тылу население сплошь голодало – часто даже намного сильнее, чем под немецкой оккупацией. Гитлеровцы не стали распускать колхозы, считая их «гениальным изобретением большевиков для эксплуатации сельского населения». Характерный факт!
Я могу приводить примеры такой убийственной для наших оппонентов аргументации до бесконечности. Есть масса ценной литературы, где их можно найти. Но нужно организовать системную пропаганду, создать своего рода «русский интеллектуальный спецназ». От государства помощи в этом ждать не приходится, но она и не нужна. Нас миллионы, и эти миллионы людей просто нужно организовать, используя их силы и инициативу.
Продолжение следует
Беседовала Е.В. Семёнова

Русская Стратегия
100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

В.Ю. Даренский: «Нашему поколению выпала честь возрождать Белую Россию…». Часть 1.

Представляем вниманию читателей беседу с членом Союза писателей России, доктором философских наук, членом Русского просветительского общества имени Императора Александра III Виталием Юрьевичем Даренским.
— Каким образом сформировалось Ваше мировоззрение?

– Интерес может представлять мой случай как пример того, как люди пробуждались из духовной тьмы «советской» эпохи и самостоятельно, без чьей-то помощи возвращались к Православию и русскому мировоззрению в целом. Таких людей уже миллионы, но их внутренний путь еще не вполне осмыслен, не вполне отражен в литературе, а ведь он чрезвычайно ценен – по сути, пока что это самое важное из того, что мы успели сделать в этой жизни.
Такой путь многие проделывали и раньше – классический пример здесь являет нам наш новый национальный гений А.И. Солженицын. Поэтому этот путь я называю «солженицынской парадигмой». Мое последнее советское поколение (я закончил школу в 1989 году) в этом отношении было особым, переломным – но оно же и было самым трагическим по своей судьбе: например, из моего класса уже половины нет в живых, причем многие погибли и умерли еще в 1990-е годы. Кроме того, Ворошиловград, ныне Луганск – это ведь не просто провинция, но самая кондовая советская провинция – Донбасс: здесь вся историческая память у людей начинается с Великой Отечественной войны, как с Потопа, будто бы до этого вообще никой истории не было. Сформировавшись с детства в такой среде, крайне трудно возвращаться к подлинной России. Я был обычным советским школьником, но спасло меня то, что мои предки отнюдь не были обычными советскими людьми – они сохранили в себе черты подлинного народа, еще не изуродованные ничем советским. Первым советским поколением мог бы стать я, но не стал.

У родителей и у дедушки с бабушкой была кондовая «кулацкая» натура – они не могли сидеть без дела, они никогда не отдыхали и не развлекались, а работали почти непрерывно все время, когда не спали. Восемь часов на работе, а приходя домой сразу находили, чем заняться. Телевизор почти не смотрели. Отец мой был инженером на военном заводе и всю жизнь занимался секретными разработками, мать тоже там некоторое время работала, но потом перешла в конструкторское бюро, где работа полегче. Отец был самородком в электронике – он дома делал на советских деталях такие усилители звука для местных музыкальных ансамблей, которые по характеристикам превосходили импортные немецкие и японские, которые музыканты иногда «доставали» по страшному «блату», как тогда говорили. Он делал такой усилитель, продавал за 300 руб., и на эти деньги мы летом ездили на море в Лазаревское под Сочи – там такой дешевый кемпинг с деревянными домиками. Еще у нас была пасека – зимой она стояла в омшанике в селе, а летом мы ее вывозили в лес и там жили и работали. Вот это был настоящий крестьянский труд – то, что называется «страда», и трудно переоценить, насколько это важно.

Позднее я понял, что предки мои вообще жили так, как будто никакого государства, никакой идеологии не существует – на эту тему мы вообще никогда не разговаривали. Важно понимать, что когда А.И. Солженицын писал о необходимости «жить не по лжи» как первом шаге к освобождению и возрождению народа, то это не было всего лишь его личной идеей – его устами говорили миллионы людей, которые уже жили не по лжи, не смотря ни на какие внешние обстоятельства. Предки не передали мне ни православной веры, ни каких-то «антисоветских» взглядов, но они передали намного более важную вещь – само традиционное миропонимание, образ мысли и образ жизни русских людей таким, каким он сложился веками и не был разрушен экспериментами ХХ века. Веру и знания потом уже можно приобрести личным поиском, после 1991 года это уже было не трудно, но главное было сохранено. Это то, что в индийской философии называется «дхарма» – это не совокупность знаний, а такая структура души, которая позволяет эти знания найти и усвоить, даже если живая традиция оборвалась. И таких, как я, оказались многие миллионы людей – именно они и сохранили Белую Россию, Россию вечную – ни смотря ни на что. Например, отец мой ничего мне не говорил «антисоветского», но просто ко всякому «официозу» он испытывал страшную брезгливость. Если по телевизору иногда смотрели программу «Время», то он сразу одевал наушники и слушал в своем приемнике BBC и другие западные «голоса». Их тогда глушили, но он сконструировал такой фильтр для приемника, который глушил сам этот «глушак» и звук был чистый. Потом и я начал их слушать – там, конечно, была своя идеология, и я ее тоже сразу видел, но насколько там был совсем другой мир!

До 15 лет я занимался спортом и ни о чем не думал. Но в 15 лет со мной произошел такой экзистенциальный опыт, после которого все изменилось. Время от времени и все сильнее и сильнее на меня нападало такое страшное переживание полной, абсолютной бессмысленности всего происходящего, всей жизни как таковой, что стало совсем невыносимо вплоть до страсти к самоубийству. Я ведь был и не крещеный, благодати на мне не было, и бесы делали со мной, что хотели. Это то, что Сартр описал под названием «тошноты», но еще невыносимее. (Когда в 1989 году «Иностранная литература» опубликовала его «Тошноту», я ее прочитал и сразу узнал – но у меня было страшнее). Собственно, с этого и начинается религиозность – из бездны внутренней пустоты, из De profundis clamavi ad Te, Domine! Этот мир без Бога, без Вечности – эта «скотоферма», по Оруэллу, в которой я имел несчастье родиться – она повергла меня в шок и заставила искать иной мир. Все остальное уже было делом времени.
От экзистенциальной «тошноты» меня излечил Тургенев – причем не романы, а его повести и стихотворения в прозе. В них было такое острое ощущение полноты и радостного трагизма бытия, что эта «тошнота» как-то растаяла и на ее месте стала расти религиозность, которая и привела меня ко Христу. В церковь я стал ходить с 1990-го года, хотя крестился позже. И еще Тургенев во мне заложил такую чувствительность к стилю, что современную прозу, даже и не самую плохую, я читать совсем не могу – она мне кажется грубой и варварской. Как на фоне этой варваризации А.И. Солженицын сумел вернуться к классическому русскому языку в своих ранних рассказах – это особый подвиг. Возвращались и писатели-«деревенщики», но сейчас это опять утеряно. И я прозу почти не пишу, потому что не хочу писать, «как все».
Из тьмы абсурда я выкарабкивался, как мог, подручными средствами. Первым «подручным» средством оказалась книжка Ленина «Философские тетради», которую я в школе стащил из груды макулатуры. В ней оказались большие цитаты из Гегеля, которые вводили меня почти в состояние транса и мистического восторга. Варварские комментарии Ленина выглядели смешно и помогали вернуться на землю. Потом я стал много читать из того, что было доступно – даже первый том «Капитала» в десятом классе прочитал почти весь. С настоящей философией я столкнулся в том же 1989 году, когда журнал «Юность» начал публиковать тексты русских философов – и первым был фрагмент из «Истоков и смысла русского коммунизма» Н. Бердяева, потом были Трубецкой, Ильин и т.д. Я эти тексты перечитывал по десять раз, помнил почти наизусть. В это же время в толстых журналах бушевала публицистика – я больше всего запомнил «Истоки сталинизма» А. Ципко и «Две дороги к одному обрыву» И. Шафаревича. (С А. Ципко 20 лет спустя мне довелось познакомиться на форуме «Великое русское слово» в Ялте, я его благодарил за ту статью, а он, как оказалось, что-то из моих писаний уже читал и знал меня заочно). Наконец, в 1990-м я купил книгу «О Достоевском», в котором были собраны статьи о нем всех лучших философов Серебряного века, и с этой книгой я и ушел в армию, еще советскую. Она стала моим «учебником философии», я ее там прятал и хранил, читал урывками, когда мог…
Кстати говоря, в 1990-1991 годах в советской армии было такое же моральное разложение, как и в армии 1917-го года после февральского переворота. Антисоветские настроения были повальными среди офицеров, а про солдат и говорить нечего – все ждали досрочного дембеля, прибалты давно уже дезертировали и их никто даже не ловил. Поэтому смешно сейчас читать, почему, мол, никто не вышел защищать СССР. Да просто потому, что все были в эйфории от его исчезновения. Особенно запомнился один разговор, когда мы еще были на сборном пункте, какая-то команда узнала, что к ним приехал «покупатель» из ГДР – и они стали радостно мечтать, как перебегут через границу в ФРГ. Рассказывали про солдат, которые переплывают Эльбу и сдаются противнику. И все согласились, что если туда попадут, то сбегут к западным немцам непременно. Вот они, «итоги» Великой Победы.
Когда СССР исчез нас, «хохлов», в Московском военном округе не знали куда девать и стали комиссовать под малейшим предлогом. Меня комиссовали по зрению, т. к. оно у меня еще ухудшилось до 6 диоптрий близорукости. Я вернулся домой, и потом поступил на истфак Донецкого университета. За эти 5 лет, 1992-1997, я и стал тем, кто я теперь есть. На лекции я ходил мало, в основном читал то, что считал нужным. У меня была норма – минимум 120 страниц в день. Но если засиживался ночью, когда все спят, то бывало и 300 страниц в сутки. Я бывший спортсмен (последний вид – марафон), и поэтому применял в самообразовании спортивные методики тренировок. Историю я любил, но больше читал философские тексты – тогда пошел вал изданий классики ХХ века – в ней можно было просто захлебнуться. В Донецке был книжный магазин «Классика» как раз в центре, недалеко от нашей общаги – туда привозили самую новую литературу, которая выходила в Москве и в Питере. Я покупал только самое важное, книги были очень дорогие, но там можно было брать с собой читать за 2 процента от стоимости в сутки. Помню, как я за сутки прочитал «Одномерного человека» Маркузе и еще много так читалось. Я так тратил деньги на книги, что потом по несколько дней ничего не ел. Из художественной литературы тогда была всеобщая влюбленность и в Серебряный век, и в литературу эмиграции. Я тогда говорил, что у меня «два больших Г» – Георгий Иванов и Г. Газданов, я их перечитывал часто, они и сформировали вкус. Достоевского и Толстого я упорно годами читал том за томом чтобы знать почти все, что они написали. «Бесов» и «Воскресение» перечитывал по несколько раз. Борхес – это было как букварь. Из советских я тогда читал в-основном А. Платонова и В. Распутина, потом благодаря книгам В. Кожинова открыл для себя Н. Рубцова и «тихую лирику» – как оказалось, это лучшее, что было в поэзии второй половины ХХ века.
Помню, как я зимой сижу в библиотеке им. Крупской в холодине (отопления нет) и читаю «Феноменологию духа» или «Парменида» Платона – это два самые трудные философские произведения в западной традиции, их как раз хорошо на морозе читать. Или «Упанишады» и Чжуан-Цзы. В истории у меня была влюбленность в Средние века, я решил стать медиевистом, зубрил латынь (у нас ее учили полгода – очень формально). Достиг в этом успеха – помнил несколько од Горация наизусть, читал хроники почти без словаря. Но потом это прошло, диплом пришлось писать по историографии Французской революции. Еще мне повезло с Ветхим Заветом. На филфаке открылись бесплатные курсы иврита и древнееврейской культуры. Там были студенты-евреи, которые потом собирались уезжать в «ха-эрэц», а мы с товарищем пришли и говорим: «Мы не евреи, а историки, нам это нужно для общего образования», и нас взяли. За полтора года я выучил иврит настолько, что помнил наизусть несколько псалмов в оригинале и первую главу книги Бытия («Бэрэшит»), мог немного говорить на бытовые темы. Я стал намного лучше чувствовать и понимать Новый Завет, и все слова Спасителя, когда хорошо узнал ту среду, в которой Он жил и проповедовал. О ветхозаветной религии и истории лекции нам читал ортодоксальный иудей по фамилии Збарский, но были и приглашенные преподаватели. (Так, приезжал из Москвы Л. Кацис, а потом через 25 лет я его встретил на конференции в РГГУ, он вспомнил те донецкие лекции). Там я впервые увидел евреев в таком количестве и был очень удивлен этим типом людей. В них поражает очень сильный контраст между внутренней озлобленностью и внешней насмешливостью и показным легкомыслием. По моим наблюдениям, они живут в неврозе и злобе на весь мир, отсюда и те черты характера, которые часто нас шокируют. Конечно, есть и исключения, но редко. Одним из таких исключений был профессор М.М. Гиршман – очень ценный теоретик литературы, прямой ученик М.М. Бахтина. Он был очень добрый и отзывчивый, я иногда ходил к нему на лекции и общался в коридорах филфака. Другой прямой ученик М.М. Бахтина там был В.В. Федоров – его в Москве очень ценил В. Кожинов. Он православный, вел в Донецке в 1990-е литературный кружок, но вообще он человек закрытый.
В то время я писал стихи, но не думал, что из этого получится что-то стоящее. Как ни странно, у меня поэзия ассоциируется не с молодостью, а со зрелым возрастом. Но началось еще тогда, я даже рассказ написал «Рождение поэта», который показывает, как это произошло. После универа я вернулся в Луганск, поступил в аспирантуру, торговал на рынке нашим медом вместе с матерью и отцом, которые уже были пенсионеры. Потом стал преподавать, в 2001 году защитил кандидатскую по эстетике в Киевском университете (это бывший святого Владимира). И пошла эта трудовая жизнь на износ – полторы ставки в двух университетах, иногда вырвешься на конференцию в Киев, Москву, Одессу, Воронеж и т. д., урывками пишешь статьи в философские журналы. Все время покупал книги и новые, и дешевые в букинисте – у меня сейчас больше 5 тысяч книг. Читал, сколько мог. Так пролетело 20 лет, и не заметил. После войны полтора года работал журналистом, потом вернулся в преподавание, в 2018 защитил докторскую в Белгороде по философской антропологии. Сначала думал защищаться во Владивостоке, полгода там работал, но не сложилось. Пять раз я был лауреатом разных международных конкурсов философских исследований, в 2017 – победителем поэтического конкурса «Русская Голгофа» в Москве, в 2018 – лауреатом конкурса журнала «Москва» по публицистике. Вроде бы что-то сделал уже в этой жизни, но такое впечатление, что будто бы и совсем ничего. Моя философская доктрина – я ее называю «эсхатологическая метафизика», это разновидность православного экзистенциализма – уже сложилась, я ее надеюсь в ближайшие годы изложить в трех книгах. Еще надеюсь написать несколько книг по русской истории.

2. В советское время философия была практически убита и подменена марксизмом-ленинизмом. Можно ли сегодня говорить о возрождении русской православной философии?

– Философия в СССР была уничтожена на официальном уровне, но на неофициальном, «в подполье» традиция не прерывалась. Только ее очень трудно было найти обычному студенту, да и то только в Москве. До 1988 года дожил монах Андроник, в миру известный как «профессор А.Ф. Лосев». Он чудом выжил, хотя и ослеп на Беломорканале, а потом через его квартиру на Арбате прошли тысячи людей – он им передавал «дхарму», многих привел ко Христу. Беседы с ним 1970-х годов были частично записаны и опубликованы В. Бибихиным. Без монаха Андроника точно не было бы и С.С. Аверинцева – лучшего культуролога второй половины ХХ века. В 1960-м году три потом очень известных филолога – В. Кожинов, Г. Гачев и С. Бочаров – нашли в Саранске М.М. Бахтина (в Москве все тогда думали, что он погиб где-то в ссылке еще до войны). М.М. Бахтин им сразу сказал, что он лишь маскируется под литературоведа, а на самом деле он православный философ. Благодаря усилиям В. Кожинова его стали издавать, в том числе и за границей, и он уже через 10 лет стал знаменит на весь мир. В 1973 году были частично опубликованы письма А.А. Ухтомского – это был фактически первый прорыв текстов русской православной философии к массовому читателю. До 1970-х годов писали «в стол» религиозные философы Я. Друскин и И. Левин (сейчас уже все опубликовано) – это ученики Н.О. Лосского, этнические евреи, но продолжавшие аутентичную русскую философскую традицию. То же самое можно сказать и о Я. Голосовкере, оставившем много учеников. Некоторые маскировались уж совсем глубоко – например, В.Ф. Асмус. Он в 1919 году опубликовал в Киеве в деникинской газете статью «О великом пленении русской культуры», где сравнивал большевизм с татаро-монгольским игом и гонениями на христиан первых веков, а потом стал очень респектабельным советским профессором. Но сын его стал известным священником (и ныне служит в Москве), и по воспоминаниям сына, этот советский профессор всегда оставался православным, в конце жизни уже прямо об этом говорил. А ведь В.Ф. Асмус тоже оставил тысячи учеников (он был очень чутким – передавал «дхарму»), и не случайно многие из них потом стали христианами.
В 1960-е годы философия начинает спонтанно возрождаться уже у новых, чисто советских поколений. Так наз. «марксизм-ленинизм» никакого отношения к философии не имел, более того, эта идеологическая схема с самого начала так построена, чтобы убивать на корню всякие ростки подлинно философской мысли. Но ведь на философские факультеты тогда приходила молодежь, которая хотела мыслить – и они бились, как рыба об лед, в этих чудовищных марксистских догмах, и многие в конце концов прорывались на свободу. Большинство просто становились эпигонами модных западных доктрин – это было престижно – но люди, сохранившие русский строй души, открывали для себя русскую философию. Тогда началось ее изучение, и некоторые из этих первооткрывателей еще живы – например, Н.К. Гаврюшин, который сейчас профессор Московской Духовной академии.
Вторым шагом становилось самостоятельное философское творчество. Самым ярким из философов того поколения в СССР был, безусловно, М.К. Мамардашвили. Хотя он изрядно попортил память о себе русофобскими высказываниями конца 1980-х, но это его личные комплексы, и к философии никакого отношения они не имеют. У него как раз и была артикулирована та философия духовного пробуждения, «второго рождения», которая составляла самый главный и самый ценный опыт людей, родившихся в СССР, но не ставших советскими. Я мог бы попасть на его лекцию в Москве в 1989-м году, но по своей глупости не пошел, а в 1990-м он уже умер. Он определял себя как христианский философ, был крещен в Православии, но по стилю был очень светским. Подлинно православным философом стал Г. Батищев – бывший в молодости марксист-романтик, но в начале 1980-х принявший крещение с именем Иоанн. В Псково-Печерском монастыре у него был старец-духовник, который благословил его оставаться в Институте философии и по мере возможности нести людям слово Христово. И у него получилось! Он тоже умер в 1990-м, но оставил воцерковившихся учеников. Один из них – яркий киевский философ В.А. Малахов, а от него «преемство» получил и я.
Был математик из МГУ В.Н. Тростников, который переправил на Запад свою книгу «Им же вся быша» – это цитата из Символа веры, но он не постеснялся так назвать книгу, и она того стоила. Издали ее под названием «Мысли перед рассветом» в Париже в 1980-м году. Это советский человек, который был воспитан на математике и сталинизме, и вот, сам преодолел это все. Его философский подвиг состоял в том, что он новейшее естествознание смог увидеть как четкое подтверждение Библейского Откровения. Мы уже шли по их следам, имея образец. В 1990-е он много печатался в журналах, в 1994-м году я с ним немного общался на одной конференции, я думал, еще наобщаемся, но нет, он тоже умер недавно. Наконец, самый важный для нас человек и мыслитель – тоже математик, академик И.Р. Шафаревич. Он был сподвижником А.И. Солженицына, специфическими темами философии он не занимался, но его историософия для нас важнее Шпенглера и Сорокина, ведь его концепции русофобии как истока «революции» и социализма как рабства, существовавшего еще в древности – это то, что объясняет историю ХХ века.
Наконец, с 1990-х пришло много молодежи, и русская философия возродилась буквально на глазах – сейчас уже есть несколько сотен ярких и талантливых авторов, которые работают в этой традиции. Обычно они себя позиционируют как «историки философии», но это не так. Просто «изучать» русскую философию вообще невозможно – нужно в нее включиться самому и потом говорить изнутри этой традиции. Дело в том, что русская философия основана на преображении ума, выходе его за пределы всякой ограниченности – этим она противостоит западной, в которой ум хочет все подчинить себе, не преображаясь и не меняясь. Поэтому в содержательном отношении русская философия относится к восточной, а не европейской – хотя по историческим обстоятельствам она была вынуждена пользоваться западной терминологией и моделями мысли. В русской философии было такое же «вавилонское пленение» Западом, как и в православном богословии 17-19 веков, о котором писал о. Георгий Флоровский. Сейчас ситуация меняется, русская философия возвращается к своей аутентичности. Этому способствует и то, что на Западе философии уже нет, как и художественной литературы. Эта цивилизация уже мертва в творческом отношении, и русская философия вернулась как раз вовремя. Об этом моя книга «Парадигма преображения человека в русской философии ХХ века», которая вышла в 2018 году в питерской «Алетейе» и уже вся распродана – значит этот подход встретил понимание.
У нашего «поколения 1990-х» уже исчезло былое ощущение разрыва традиций – мы пишем так, как будто советского периода не было вообще, и мы непосредственно продолжаем Серебряный век. И количество русских философов скоро неизбежно перейдет в качество. В. Ключевский писал, что особенностью русского народа является способность очень быстро вставать на ноги после поражений и исторических катастроф. Но это касается не только экономики и военной сферы, но и сферы духа. Сейчас происходит именно это. На самом деле, это началось еще в 1960-1970-е годы, и мы пришли уже на подготовленную почву. Я не застал Лосева и Мамардашвили, но застал С.С. Аверинцева – успел с ним познакомиться в 2001 году на конференции в Киеве. Когда-то я целый месяц не расставался с его «Поэтикой ранневизантийской литературы», это еще советское издание лежало у меня в общаге месяц под подушкой – а вот теперь он стоял скромно в сторонке, пока все коридоре киевского Института философии столпились вокруг С.Б. Крымского, который философствовал в любом месте в любое время. Я подошел к нему, передал привет от общего знакомого и мы разговорились. Потом общались еще и в Лавре на ближних пещерах, куда переместилась конференция.
Потом в 2005 году в Киеве была конференция, на которую приехали богословы из парижского Свято-Сергиева института – это прямые ученики Бердяева, Булгакова, Флоровского, В. Лосского и др. Я там тоже выступал, и познакомился с «Лосским-третьим» – это сын выдающегося богослова Владимира Лосского и внук философа Н.О. Лосского – а также и с деканом института графом Бобринским. В СССР тоже было мощное богословское возрождение в духовных академиях. Из этой плеяды мне посчастливилось познакомиться с архимандритом Ианнуарием (Ивлиевым). Я много ездил на летние богословские институты – московский и киевский – там многих слушал (на киевском были еще и католики с англиканами), но отец Ианнуарий был на две головы выше всех. За ним целый день ходила толпа слушателей и задавала вопросы. Формально он библеист, но на самом деле настоящий мыслитель. Его экзегеза – это экзистенциальная философия, майевтика в духе Сократа или Мамардашвили. А ведь он был советский подросток 1960-х, он пришел к Богу сам, без наставников – это то, что я назвал «солженицынской парадигмой» в русской культуре ХХ века. А мы «прочное звено» и продолжаем традицию.
Я много читал и богословов – от святых Отцов до современных – и очень жалею, что сам не пошел по этой стезе. Но наверно лучше будет, если этот опыт перенести в философию. В этом отношении для меня являются важным ориентиром ныне живущие греческие мыслители – Христос Яннарас и митр. Иоанн (Зизиулас). Получится, если Господь управит…

3. Вы пишете о возрождении классических традиций в русской литературе, вопреки дегенеративным тенденциям «постмодерна». Насколько это возможно и насколько реально происходит?

– Русская литература весь ХХ век сохраняла классическую традицию и противостояла тому «умиранию искусства» и разрушению художественности, которые шли с Запада. И это было трудно вдвойне, поскольку в СССР литературу душил официальный соцреализм. Но и в этих условиях выжили, например, ученики Бунина Паустовский и Катаев, писал свои тайные и гениальные дневники Пришвин – в них он предстал как «Достоевский ХХ века». Ахматова и Твардовский прямо ориентировались на поэтику Пушкина без всяких позднейших «наслоений». Вернувшись с ГУЛАГа, Н. Заболоцкий стал великим неоклассицистом – Державиным ХХ века. Более того, русская литература в ХХ веке совершила немыслимое – вернулась к эпосу в «Тихом Доне» Шолохова. Как бы лично ни относиться к этому дикому и страшному произведению, но если же его читать с умом, то лучшего художественного разоблачения Революции как национальной катастрофы и самоубийства народа, обращения его в скотское состояние – и придумать невозможно. Такой текст могли в то время принять за «советский» только в силу примитивности мышления соответствующих товарищей, курировавших литературу. Сам же Шолохов, как Гомер, пел то, что знал, но явно чувствовал неладное и после каждой написанной главы уходил в тяжкие запои. Хотя в целом «советская литература» – это позорный памятник государственной графомании, но и в этот период великая русская литература, скрываясь и маскируясь, выжила.
С 1960-х годов классическая традиция спонтанно возродилась у новых поколений в виде «деревенской прозы» и «тихой лирики». Остальная же литература в то время была уже давно не русской, а просто русскоязычной, и это явление абсолютно доминирует и в наше время. А.И. Солженицын на вручении своей премии В. Распутину назвал писателей этой традиции «нравственниками» – это точное название, поскольку деревенская тема была лишь точкой отсчета, а на самом деле это было восстановление русского образа мира, нещадно уничтожавшегося советским воспитанием. Писатели-«нравственники» показали глобальную катастрофу всемирно-исторического масштаба – гибель тысячелетней христианской цивилизации и приход на ее место варваров в лживом образе «передовых советских людей». В наше время писатели этой традиции, «солженицынской парадигмы», имеют цель не менее важную – показать, что эта цивилизация на самом деле не погибла полностью, что она жива, она возрождается и сохраняет в себе тот народ, который был некогда крещен святым князем Владимиром, который стоял на Куликовом поле, который стоит и сейчас, сохраняя в своем сердце Святую Русь.
Не хотелось бы называть имена, чтобы никого не обидеть, но можно просто для примера назвать авторов, которые в наше время работают вполне в «солженицынской парадигме»: в поэзии это Николай Зиновьев, а в прозе – недавно почивший О. Павлов. Но на самом деле ценных авторов – десятки.
На фоне общего убожества современного «литературного процесса», моря претенциозной графомании и того вала антихудожественной продукции, который сейчас публикуют некогда авторитетные «толстые» журналы, это теперь единственная традиция, в которой еще может существовать большая литература, могут появляться авторы, которые войдут в историю. Наверняка они уже есть, но только время все расставит по своим местам.
Продолжение следует
Беседовала Е.В. Семёнова

Русская Стратегия

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

При Государе Николае II были заложены основы всех «великих строек коммунизма», которые большевики потом ставили себе в заслугу

В исторической науке, да и в общественном сознании, преобразования и реформы, осуществленные в монархических государствах, принято связывать с личностью царствующего в то время монарха. Никому в голову не приходит называть преобразования Петра Великого, Екатерины II или Александра II реформами Меншикова, Потёмкина или Милютина. Существуют исторические понятия: «Петровские преобразования», «Екатерининский век», «Великие реформы Александра II». Знаменитый Code Napoléon (Кодекс Наполеона) никто не вздумает называть «Кодексом Франсуа Тронше» или «Кодексом Жана Порталиса», хотя именно эти люди являлись непосредственными исполнителями воли Первого консула по составлению законодательного акта. Это так же верно, как и то, что Петербург основал Петр Великий, а Версаль построил Людовик XIV.

Но как только речь заходит об эпохе последнего Государя, почему-то оперируют терминами: «реформа Витте» или «Столыпинская реформа». Между тем сами Витте и Столыпин неизменно называли эти преобразования реформами Императора Николая II. С.Ю. Витте говорил о денежной реформе 1897 года: «Россия металлическим золотым обращением обязана исключительно Императору Николаю II». П.А. Столыпин 6 марта 1907 года, выступая в Государственной думе, сказал: «Правительство задалось одною целью — сохранить те заветы, те устои, те начала, которые были положены в основу реформ Императора Николая II». Витте и Столыпин хорошо знали, что вся их реформаторская деятельность была бы невозможной без одобрения и руководства ею Самодержцем.

Серьёзные современные исследователи приходят к однозначному выводу об Императоре Николае II как выдающемся реформаторе. Историк Д.Б. Струков отмечает: «По своей природе Николай II был весьма расположен к поискам новых решений и импровизации. Его государственная мысль не стояла на месте, он не был догматиком».

Детальное и непредвзятое изучение хода реформ в России в начале ХХ века неопровержимо доказывает, что Император Николай II являлся их главным инициатором и убежденным сторонником. Он не отказывался от преобразований даже в условиях революции 1905-1907 гг. При этом Николай II прекрасно разбирался в вопросах той стороны жизни страны, которую он собирался реформировать. В 1909 году заместитель министра внутренних дел С.Е. Крыжановский докладывал Николаю II свои соображения относительно проекта децентрализации Империи. Позже он вспоминал: «Меня поражала лёгкость, с которой Государь, не имевший специальной подготовки, разбирался в сложных вопросах избирательной процедуры как у нас, так и в западных странах, и любознательность, которую он при этом проявлял».

Более того, несомненно, что реформы никогда не рождались в голове у Государя спонтанно, многие из них он вынашивал ещё до вступления на престол. При Николае II было осуществлено в общей сложности преобразований больше, чем при Петре Великом и при Александре II. Достаточно только перечислить главные из них, чтобы убедиться в этом: 1) введение винной монополии;

2) денежная реформа;

3) реформа образования;

4) отмена крестьянской «круговой поруки»;

5) судебная реформа;

6) реформа государственного управления (учреждение Государственной думы, Совета министров и т.д.);

7) закон о веротерпимости;

8) введение гражданских свобод;

9) аграрная реформа 1906 года;

10) военная реформа;

11) реформа здравоохранения.

При этом следует учесть, что эти реформы прошли практически безболезненно для большей части населения Российской Империи именно потому, что Государь ставил во главу угла не само преобразование, а народ, во имя которого оно проводилось.

Пример Императора Николая II убедительно доказывает, что можно проводить самые масштабные, самые грандиозные реформы и преобразования без гибели и обнищания миллионов людей, как это будет при большевистских «преобразованиях». Но именно при Императоре Николае II были запрограммированы, начаты или осуществлены все «великие стройки коммунизма», которые большевики ставили себе в заслугу: электрификация всей страны, БАМ, освоение Дальнего Востока, строительство крупнейших железных дорог, строительство крупнейших на тот период ГЭС, основание незамерзающего порта за полярным кругом.

Наиболее ярко реформаторская деятельность Императора Николая II проявилась при проведении знаменитой Аграрной реформы 1906 года.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф

против #красных

ВИТЯЗЬ СЛАВЫ

Выдержка из биографии Фёдора Артуровича Келлера: » 19 апреля 1906 года граф Келлер выехал из ворот штаба полка, в это время из мебельного магазина выбежал карауливший его революционер и бросил под коляску завёрнутую в газету бомбу. Келлер поймал бомбу на лету, предупредив этим взрыв, положил её на сиденье, а сам с револьвером бросился преследовать убегавшего террориста-неудачника»

Когда на Киев златоглавый
Вдруг снова хлынул буйный вал,
Граф Келлер, витязь русской славы,
Спасенья в бегстве не искал.

Он отклонил все предложенья,
Не снял ни шапки, ни погон:
«Я сотни раз ходил в сраженья
И видел смерть» — ответил он.

Ну, мог ли снять он крест победный,
Что должен быть всегда на нём,
Расстаться с шапкой заповедной,
Ему подаренной Царем?..

Убийцы бандой озверелой
Ворвались в мирный монастырь.
Он вышел к ним навстречу смело,
Былинный русский богатырь.

Затихли, присмирели гады.
Их жег и мучил светлый взор,
Им стыдно и уже не рады
Они исполнить приговор.

В сопровождении злодеев
Покинул граф последний кров.
С ним — благородный Пантелеев
И верный ротмистр Иванов.

Кругом царила ночь немая.
Покрытый белой пеленой,
Коня над пропастью вздымая,
Стоял Хмельницкий, как живой.

Наглядно родине любимой,
В момент разгула темных сил,
Он о Единой — Неделимой
В противовес им говорил.

Пред этой шайкой арестантской,
Крест православный сотворя,
Граф Келлер встал в свой рост гигантский,
Жизнь отдавая за Царя.

Чтоб с ним не встретиться во взгляде,
Случайно, даже и в ночи,
Трусливо всех прикончив сзади,
От тел бежали палачи.

Мерцало утро. След кровавый
Алел на снежном серебре…
Так умер витязь русской славы
С последней мыслью о Царе.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Российская Держава! 

Два слова, как две громады,
Как гул воздушной армады,
В них — сила, гордость и слава:
Российская Держава!

Гремят слова, от которых
Душа, как птица в просторах,
Взметнется ввысь над полями,
Как мысль, как песня, как знамя!

В них — наша мощь и отвага,
В них — гром солдатского шага,
В них — наша былая слава!

И в будущем мы готовы
На смерть за эти два слова:
Российская Держава!

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Бронзовый памятникъ послѣднему россійскому императору Николаю II и его сыну Алексѣю былъ открытъ въ Новосибирскѣ.

По иниціативѣ новосибирцевъ былъ созданъ оргкомитетъ и объявленъ сборъ средствъ на строительство памятника. Новосибирскъ до 1926 года назывался Ново-Николаевскомъ.

Бронзовый памятникъ послѣднему россійскому императору Николаю II и его сыну Алексѣю былъ открытъ въ Новосибирскѣ. Монументъ былъ открытъ на территоріи ​Александро-Невского собора, его освятилъ митрополитъ Новосибирскій и Бердскій Тихонъ.

«Пелену съ памятника снимали подъ государственный гимнъ Россійской имперіи «Боже, царя храни!».

Послѣдній россійскій императоръ Николай II, его жена и дѣти, а также четверо членовъ свиты были разстрѣляны въ ночь на 17 іюля 1918 года въ подвалѣ Ипатьевского дома въ Екатеринбургѣ. Русская православная церковь 20 августа 2000 года причислила Николая II, его жену и дѣтей къ лику святыхъ какъ принявшихъ мученическую кончину.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Правление Императора Николая ll Александровича

Самым главным показателем эффективности и нравственности власти и благополучия народа является рост населения.

С 1897 по 1914 год, то есть всего за 17 лет, он составил фантастическую для нас цифру – 50,5 млн человек.

Проводилась очень грамотная демографическая и миграционная политика. О задачах в этой области писал Столыпин: «Итак, на очереди главная наша задача – укрепить низы. В них вся сила страны… Будут здоровье и крепкие корни у государства, поверьте, и слова русского правительства совсем иначе зазвучат перед Европой и перед целым миром… Дайте государству 20 лет покоя, внутреннего и внешнего, и вы не узнаете нынешней России!»

«Отдаленная наша суровая окраина вместе с тем богата… громадными пространствами земли…. При наличии государства, густо населенного, соседнего нам, эта окраина не останется пустынной. В нее прососется чужестранец, если раньше не придет туда русский… Если мы будем продолжать спать летаргическим сном, то край этот будет пропитан чужими соками, и когда мы проснемся, может быть, он окажется русским только по названию…»

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Грабеж по-большевицки. К 100-летию продразверстки

По оврагам и по скатам Коган волком рыщет,
Залезая носом в хаты, которые чище!
Глянет влево, глянет вправо, засопит сердито:
«Выгребай-ка из канавы спрятанное жито!»
Ну а кто поднимет бучу – не шуми братишка:
Усом в мусорную кучу, расстрелять и крышка.
Эдуард Багрицкий

Декретом Совнаркома от 11 января 1919 г. в Советской России вводилась продовольственная разверстка. Она означала принудительное изъятие хлеба и продуктов у сельских производителей по «твердым ценам», а фактически – безвозмездно. Русская деревня ответила множеством крестьянских восстаний, с неимоверной жестокостью подавлявшихся карательными, часто интернациональными по своему составу, отрядами. Большевики загоняли страну в порочный круг. Ставка на голое насилие при хлебозаготовках требовала безмерного увеличения аппарата этого насилия, а его разбухание, в свою очередь, влекло за собой неизбежный рост потребных объемов выкачки хлеба. Такого рода динамику характеризуют цифры хлебозаготовок по годам: 1918/1919 гг. – 1 767 780 тонн; 1919/1920 гг. – 3 480 200 тонн; 1920/1921 – 6 011 730 тонн.

Отметим, что попытки введения разверстки хлебов по губерниям для нужд обороны начались еще осенью 1916 г. Тогда же появились первые продуктовые карточки. Временное правительство первым установило монополию на торговлю хлебом. Однако все эти меры коренным образом отличались от продовольственной диктатуры ленинского Совнаркома, до этого разверстка сочеталась с рыночными закупками да и деньги еще не превратились в пустые бумажки («совзнаки», печатавшиеся рулонами). Крайнее насилие и жестокость также были новшеством большевиков.

Последние совершенствовали систему насильственных хлебозаготовок весь 1918 год. Изначально заготовки приняли формы грубых реквизиций и контрибуций. Для их проведения была создана целая продовольственная армия, вооруженная пулеметами и наделенная карательными функциями, ей активно помогали отряды органов ВЧК.
Идеолог диктатуры В. Ленин рассматривал тотальную хлебную монополию важнейшим условием не только удержания власти, но и доведения её до размеров абсолютизма. «Хлебная монополия, хлебная карточка, всеобщая трудовая повинность, – объяснял вождь партии, – являются в руках пролетарского государства, в руках полновластных Советов, самым могучим средством учета и контроля. «Это средство контроля и принуждения к труду посильнее законов конвента и гильотины. Гильотина только запугивала, только сламывала активное сопротивление. Нам этого мало. Нам надо сломать и пассивное, еще более опасное и вредное сопротивление».

В мае–июне 1918 г. продотряды двинулись из городов в хлебородные губернии и уезды. Численность продармии непрерывно росла, достигнув к ноябрю 1918 года 29 тыс. чел. Поначалу продотряды набирались из добровольцев из числа рабочих и деклассированных элементов. Заметную прослойку в их командном составе составили вчерашние мигранты. Так, в конце августа 1918 года Канавинский райком РКП(б) г. Нижнего Новгорода докладывал в военревком об одном из таких формирований во главе с А. Д. Канбергом при комиссаре Я. Либете.

Однако без надежной опоры на местах совершить поход за хлебом было сложно. Если в городах имелись значительная прослойка более отзывчивого на пропаганду классовой войны пролетариата и многочисленные парторганизации, то на селе этого практически не было, и РКП(б) не оставалось ничего другого, как опереться на самый малоимущий, лишенный какого-либо авторитета и влияния слой крестьянства, которому было нечего терять и кого можно привлечь на свою сторону как идеями коммунизма, так и возможностью наживы за счет остальной части селян.

На заседании ВЦИК 20 мая 1918 г. его председатель Яков Свердлов заявил, что победа большевиков придёт только в том случае, «если мы сможем расколоть деревню на два непримиримых враждебных лагеря, если мы сможем разжечь там ту же гражданскую войну, которая шла не так давно в городах». И эта задача решалась, хотя и не без труда. ВЦИК на том же майском заседании года принял постановление, в котором местным органам власти предписывалось энергично приступить к «вооружению всей бедноты и осуществлению её диктатуры». Конкретизация этого вызывающего приказа содержалась в декрете об организации и снабжении деревенской бедноты, принятом ВЦИК и Совнаркомом 11 июня того же года и более известном как декрет о комбедах.

Комитеты бедноты создавались для социального раскола деревни, о котором говорил Свердлов, и содействия продотрядам. В комбеды охотно шли деревенские лодыри и пьяницы, маргинальные, пришлые, а порой и уголовные элементы. Такие комбеды не имела у крестьян авторитета и поддержки, особенно в зажиточных селах и волостях, куда в основном и нацеливалась партия и её Продармия. «Беднота сплачивается не вокруг Советов, а вокруг кулаков», – докладывал наверх летом 1918 г. посланный из Нижнего Новгорода в Васильсурский уезд большевик В. Овсянников. Губком РКП(б) предпринял энергичные действия, чтобы изменить соотношение сил, организовав снабжение сельского партийно-комбедовского актива оружием и направив на село агитационно-карательные отряды. Винтовки и револьверы выдавались уполномоченным и местным активистам через губвоенкомат (комиссары И.Л. Коган и Б.И. Краевский) и напрямую из губкома.

Вооруженный до зубов комбедовский актив вёл обыски и реквизиции не только хлеба, но и имущества односельчан. Широко применялось самоснабжение – присвоение чужого имущества и продуктов. Что на деле означала «диктатура бедноты», видно на примерах из книги «Трагедия в татарской деревне» нижегородского исследователя М.З. Хафизова. «В квартире Муслимова – пишет автор, – они (группа комиссара Богатова. – Авт.) отобрали самовар, 3 фунта чая и узелок вещей; у Якупа – медные деньги, у Аксяна – сапоги и галоши; галоши он взял себе, а сапоги достались другому члену отряда; у муллы Жалялетдинова они отняли узелок с домашними вещами; некоторые вещи обыскивающие надели на себя, а другие доставили в сельсовет».

Подчеркнем: причиной разгула чрезвычайщины 1918-1919 годов явился не столько кризис, сколько сомнительные формы его преодоления, разрушавшие производительные силы на селе, и начатый верхушкой РКП(б) эксперимент по введению коммунизма. Гражданская война объявлялась главным средством решения этой утопической задачи, а продовольственная диктатура и разномастные карательные отряды – её инструментами.

«Революционный романтизм, – отмечает историк гражданской войны в русской деревне Т.В. Осипова, – на практике трансформировался в уродливые формы насильственной перестройки крестьянской жизни». Так, конференция РКП(б) Княгининского уезда обязала все селения перейти к общественной обработке земли. Председатель Сергачского укома партии М.И. Санаев докладывал о подчинении комитетам бедноты в уезде всего и вся, с восторгом сообщая, что комбеды «обобществляют жизнь села, приготовляют его к коммунизму». Санаева принял Ленин и рекомендовал учиться у того классовой борьбе.

Частью такой борьбы было наступление на крестьянские Советы. Став после ликвидации земств новой формой местного самоуправления, зачастую отвергая узкоклассовый подход к их формированию, сельские и волостные Совдепы в большинстве случаев служили выразителями кровных крестьянских интересов. А поскольку с принятием декретов о хлебной диктатуре, а затем и воинской повинности те вступили в антагонизм с интересами компартии, лозунг «Вся власть Советам!» потерял для большевиков свою актуальность. Встретив сопротивление в Советах, Нижегородский губком РКП(б) в лице Лазаря Кагановича сделал ставку на замену их комитетами бедноты. Процесс ликвидации «советской власти» захватил Лукояновский, Семёновский, Сергачский и другие уезды. В Воскресенском уезде подверглись разгону Советы 10 волостей, уступив место комбедам. Такое же решение вынес 19 сентября 1918 года Княгининский уисполком.

Однако даже вооруженных до зубов местных партийных ячеек и комбедов для коммунистической революции на селе оказалось явно недостаточно. Для разгона и перевыборов непослушных Совдепов, организации или реорганизации комбедов, устранения противодействия им со стороны крестьянской массы губкомом РКП(б) были направлены в уезды партийные эмиссары и вооруженные команды. Такую роль выполняли в ходе своих рейдов продовольственные отряды, а также командированные в глубинку отряды Нижгубчека.

Командир продотряда М. Чуркин докладывал горрайкому РКП(б) Нижнего Новгорода, что в селениях Сергачского уезда им успешно проведена реорганизация комбедов и «введена классовая борьба». Правда, признавал коммунист, разделение крестьян на бедных и богатых чрезвычайно затруднительно, однако он с этим справился. Только в Яновской волости этот отряд изъял 4293 пуда ржи, 2074 пуда овса, 278 пудов проса, 12 пудов гречихи, 277 пудов льняного и конопляного семени, 125 пудов пшеницы, 66 пудов полбы. Примерно треть этого количества была роздана членам комбеда и 158 пудов ржи – «неимущему населению» Янова.

Историк Т. Осипова называет многочисленные мятежи крестьян против реквизиций и насилий летом-осенью 1918 года «актами самозащиты». Во многих случаях подобные инциденты влекли за собой гибель их участников с обеих сторон и заканчивались, как правило, бегством реальных виновников и массовыми репрессиями в отношении прочих, отбираемых по классовому признаку.

Так было в мае 1918 года в селе Богородском, в ноябре – в Емангашах, в январе 1919 года – в Семёновке. В Линёве (Семёновский уезд) решение о смертной казни трёх крестьян, обвинённых в неповиновении и нанесении побоев комиссару, принималось голосованием членов карательного отряда под начальством председателя Семёновской ЧК Семёна Булатова.

Различные органы диктатуры пролетариата и даже отдельные функционеры конкурировали между собой в производстве обысков, конфискаций и присвоении изъятого. Если в городах безусловный приоритет в этом принадлежал чрезвычайным комиссиям и вплоть до октября 1918 года губЧК содержалась отчасти за счёт реквизиций, то в уездах наряду с ЧК экспроприации производили уполномоченные уездных исполкомов и комитетов РКП(б), сельские партийные дружины, комбеды и отряды продармии и губЧК.

В течение 1919 г. продразверстка приобретала все более жестокий и уродливый характер. Со временем она распространилась на картофель, мясо, а к концу 1920 г. почти на все продукты сельского хозяйства. Все это изымалось у крестьян фактически бесплатно, так как советские деньги предельно обесценились. Натуральный обмен (на промтовары) был невозможен: промышленность вследствие коммунистических экспериментов погрузилась разруху, производство упало во много раз. В ходе кампаний продразверстки понятие «излишки» зачастую превращалось в фикцию, и зачастую у крестьян забирали все подчистую, включая семенной фонд и продукты, необходимые для прокорма семьи.

Это и был военный коммунизм – идеальный, по Ленину, общественный строй, лишенный пороков капитализма. Для его успешного функционирования требовался колоссальный аппарат совчиновников, значительно превысивший прежнюю царскую администрацию, и многочисленные карательные органы, действовавшие в условиях полного беззакония. «С 1919 г. власть фактически перестала быть властью трудящихся масс , – писал, характеризуя состояние России видный социолог Питирим Александрович Сорокин, – и стала простой тиранией, состоящей из беспринципных интеллигентов, деклассированных рабочих, уголовных преступников и разнородных авантюристов». По словам ученого, следствием большевистской революции явился отнюдь не передовой социально-экономический строй, а система, схожая с древними деспотиями. Положение рабочих и крестьян в сравнении с жизнью в царской России значительно ухудшилось, ибо «с них дерут десять шкур» с целью добывания средств «на мотовство власти, на сотни тысяч ее агентов, на роскошь заграничных послов, на поддержку сотен коммунистических газет, на III Интернационал, на подкупы, на небывалое воровство… ».

К началу 1919 г. красный террор окончательно обрёл форму доктринального, санкционированного на самом верху уже не в теории, а в виде резолюций, декретов и прямых указаний высших руководителей коммунистических партии и государства. Террор как универсальное средство решения всех проблем и создания нового порядка стал общим местом в теоретических работах лидеров большевизма. Как писал идеолог партии Н. Бухарин: «Пролетарское принуждение во всех формах, начиная от расстрела и кончая трудовой повинностью, является методом выработки коммунистиче­ского человека из человеческого материала капиталисти­ческой эпохи».

Два года спустя, столкнувшись с яростным народным сопротивлением, грозившим смести коммунистическую деспотию (Тамбовское, Кронштадтское и др. восстания) Ленин отступит и объявит НЭП. «Мы делаем шаг назад, чтобы разбежаться и прыгнуть дальше», – признавался вождь РКП(б). К выполнению ленинского завета в конце двадцатых годов приступит И. Сталин.

Станислав Смирнов

для Русской Стратегии

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Прошлое Симферополя глазами нашего современника

Леонид Степанович Герасимов – известный крымский художник, график и живописец. Его работы знают далеко за пределами полуострова, России и Украины. Они экспонировались в Италии, Франции, Германии и других странах. Творческий потенциал мастера отмечен многочисленными наградами. На сегодняшний день Л.Герасимов удостоен звания народного художника Украины, является членом всероссийской творческой общественной организации «Союз художников России», член-корреспондент Петровской академии наук и искусств (Санкт-Петербург), лауреатом премии им. Максимилиана Волошина, призером зрительских симпатий Биеннале камерной акварели, почетным членом Академии Наук Крыма, лауреатом Государственной премии Автономной Республики Крым.

Успешно работая в разных стилях (от книжной иллюстрации до пейзажа, портрета и тематического рисунка), художник остается верен лучшим традициям русского изобразительного искусства.

Творчество Л.Герасимова не ограничивается живописью. Он также является автором учебного пособия «Искусство акварельной живописи», книг «На веслах до Афин», «Современный художник и культурные традиции», сборника рассказов «Архивный мост». Кроме того, художник принимал участие в международных экспедиция на реконструированном деревянном парусно-весельном древнегреческом судне VI в. до н.э., прошедшем дорогами античных мореплавателей.

В 2018 году вышла новая книга художника – альбом «Малоизвестные и занятные факты в истории Симферополя. Симферополь и Симферопольцы. Зарубежные контрасты». Как написал в предисловии автор, «издание приурочено к 2019 году, во многом знаменательному для Крыма; это пятилетие возвращения в родной дом – Россию и открытие железнодорожного моста, соединяющего его с материком, это 235 лет Симферополю – столице Республики Крым». Книга посвящена «патриотам Крыма, отстоявшим в 2014 году мирное небо над полуостровом, героям, защитившим историческую справедливость во благо Святой Матери Церкви и Богоспасаемого нашего Отечества».

Данная работа – плод многолетнего труда мастера, любящего родной город и пытающегося сохранить для будущих поколений память и людях и событиях прошлого. В альбоме представлены 264 работы, разгруппированные на три тематических раздела. К первому разделу, «Малоизвестные и занятные факты истории Симферополя», отнесены картины, запечатлевшие различные периоды истории города. Особенно много внимания автором уделено трагическим и переломным событиям, пережитым Россией и Крымом в XX столетии. На страницах альбома художник вполне определенно выражает свое отношение к революции 1917 г., Гражданской войне и последующим чудовищным потрясениям.

«В 1917 году, — делится своими размышлениями автор, — Россия была сорвана со своих духовных и нравственных петель. До сих пор мы пожинаем плоды этого хаоса: тысячи мнений, суждений, концепций, философских вывертов, сектантских заморочек…и все это прикрывается красивой этикеткой «творчество».
Критикуя отдельные направления современного искусства за их эгоизм, вырожденчество и отсутствие содержания, Л.Герасимов противопоставляет им классические формы искусства, основанные на традициях гуманизма, патриотизма и христианской морали.

Представляя цикл графических работ по истории Симферополя, автор делится воспоминаниями о своем раннем детстве, которое «прошло на Салгире, под Архивным мостом, где тогда собирались местные бандиты. В 1953 году Берия освободил «друзей народа», как тогда почтительно называла их Советская власть. Мне было 5 лет, я купался в Салгире, ловил кузнечиков, тайком от извозчика катался на телегах, запряженных доходягами, старыми клячами. Как ни тяжело было родителям материально, но атмосфера в городе была какая-то добрая, теплая. Возможно, люди, испытавшие боль и страдания Великой Отечественной войны, были добрее, доброжелательнее друг к другу. В каждом дворе была своя атмосфера доброты».

Эти страницы воспоминаний блистательно переданы мастером в его графических зарисовках. Пусть это и «сугубо личная летопись», но именно из таких зарисовок складывается история.
Много внимания Л.Герасимов также уделяет трагическим событиям прошлого, очевидцем которых он не был, но смог их прочувствовать и передать во всей полноте.

«Скажу честно. Мне больно ходить по улицам, названным в честь убийцы царя, в честь заезжего венгерского гастролера (Бела Куна – Д.С.), казнившего сотни симферопольцев, по улицам «героев» гражданской братоубийственной войны, мимо зданий ЧК, где вывешивали списки с тысячами невиновных людей, приговоренных без суда и следствия к расстрелу… Эта книга – возможность еще раз переосмыслить все, что произошло с нами за прошедшие годы. Если мы поймем свои ошибки, свои преступления, хотя бы мысленно покаемся перед теми, кого уже не вернешь, то это только на пользу общества, от этого мы станем чище и мудрее. Иногда полезно испытать стыд… Если мы будем бояться говорить о прошлом, о его трагических событиях, то у нас не будет будущего, то опять все может повториться».

Именно поэтому образам Русской трагедии XX в. в своем альбоме художник уделяет особое место. Не меньше двух десятков иллюстраций в книге отражают события начала 1920-х гг., которые для Крыма являются наиболее страшными.

Первой картиной, запечатлевшей страшные эпизоды отечественной истории и представленной в книге, является триптих «Симферопольский реквием». Здесь изображены образы крестного пути России в минувшем столетии. Картина носит выраженный собирательный характер. На первой части триптиха видим образы верующих и подвижников Русской Православной Церкви; на второй – поруганные храмы и святыни, за которыми проступают образы будущих возрожденных церквей; на третьей – символы различных трагедий, пережитых Крымом и всей страной. Каждому открывшему книгу предстоят картины взрываемых соборов, колючая проволока, бараки и вышки концентрационных лагерей ГУЛАГа и нацистских «лагерей смерти», гонители и мученики.
Немало зарисовок отразили события красного террора в Крыму после Врангеля 1920-1921 гг. Выразительна картина «Карьер по добыче «грохочущего камня». На ней запечатлен скорбящий лик Христа, озаряющий долину, где до самого горизонта тянутся могильные кресты. Такими художник увидел сады Крымтаева – одно из мест массовых казней офицеров и солдат Белой армии, гражданских лиц, расположенное в окрестностях Симферополя. Сегодня это место скрыто под водами городского водохранилища.

Тема красного террора и репрессий последующих лет также представлена в работах «Дом бракосочетания», «Красный террор», «У Первой Конной армии были крупные победы…», «Аллегория. 20-е годы». Картины «Годы испытаний, лихолетий, труда и подвига», «Святитель Лука – исповедник, архиепископ Крымский» запечатлели картины жизненного пути духовного пастыря, возглавившего Крымскую епархию в сложное для нее время.
Автор уделяет внимание не только преступлениям советской системы. Довольно многочисленны работы, посвященные злодеяниям гитлеровцев в годы Второй мировой войны. Также в альбоме немало картин различных мест в Симферополе в разные исторические эпохи. Все они выполнены в оригинальной стилистике и обладают особенной атмосферой.

Во второй части альбома представлены пейзажи и портреты простых симферопольцев, знакомых художника, а также ярких персонажей, которых он увидел на улицах города.
Третий раздел «Латинская Америка глазами художника» посвящен впечатлениям Л.Герасимова от его зарубежных поездок.

На сегодняшний день работы мастера являются влиятельным фактором культурного сознания современного Крыма. Посредством своего таланта художник дает нам возможность глубже понять самих себя, свою историю и место в мире.

Д.В. Соколов
для Русской Стратегии

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

СОЗИДАТЕЛЬ НОВОРОССИИ: Знаменитейший из Воронцовых. Кавказская эпопея

От Черного до Каспийского моря на 1500 верст протянулась широкая кавказская горная цепь – одна из грандиознейших в Европе. Окутанные вечным снегом громадные вершины, над которыми слышатся крики орлов, глубокие угрюмые ущелья, в которых бешено мчатся и ревут быстрые реки и шумят водопады, цветущие плодородные долины – делают этот край по красоте и величию одною из таких местностей, каких немного найдется на земном шаре. Климат – от холодного вверху до полутропического внизу; роскошная растительность, плодородная земля в горных долинах, большое количество разнообразных ископаемых – всем наделена эта благословенная страна, представлявшая в прошлом место, куда стремились представители разных племен еще в эпоху переселения народов и куда позже крестовые походы забросили толпы искателей приключений. Такое смешение племен, говорящих на самых разнообразных наречиях, трудно отыскать на всем земном шаре. Несколько больших царств, десятки ханств, бесчисленное количество обществ, управляющихся своими старшинами, населяют Кавказ. В плодородных долинах – малокультурное оседлое население; в мрачных ущельях гор – полудикие, привыкшие к постоянным войнам и грабежам горцы. Живя часто в недоступных местах, похожих на орлиные гнезда, многие горские племена пополняли скудную добычу своего хозяйства отважными набегами на мирное население. Мусульманство, самая распространенная религия на Кавказе и в Закавказье, воодушевляющая и фанатизирующая горцев, в связи с условиями всей их наполненной опасностями жизни, делает их отчаянными храбрецами. Жилища горцев, похожие на крепости для защиты от нападений, красноречиво говорят о воинственных нравах обитателей. Обычай кровавой мести являлся одним из святых законов для этих полудиких людей.

Постоянная, вечная война племен между собою; междоусобия соседних аулов и грозные набеги хищников на мирные Грузию, Гурию и Имеретию – вот картина Кавказа до владычества русских. Немудрено, что такая жизнь способствовала выработке необычайно смелого, ловкого и хитрого воина, воодушевленного фанатизмом, презирающего смерть и привыкшего постоянно смотреть ей в глаза.

И, разумеется, борьба и покорение подобной страны должны были стоить громадных средств и тяжелых кровавых жертв тому государству, которому судьба послала эту борьбу.

Могучий кавказский хребет, обитаемый диким, воинственным населением, спускался своими предгориями к кубанским и донским равнинам громадного государства, уже много потратившего сил на свое “собирание” и развитие политического могущества. В привольные русские равнины, населенные мирным народом, где

Цвели богатые станицы,

Плясал веселый хоровод, —

с гор часто спускались хищники, грабили, жгли и убивали, и, пока успевало собраться русское войско, отважный и свирепый враг был уже далеко, исчезая как ветер.

Война – бесчеловечное, страшное явление, и не скоро еще, быть может, придет время, когда “homo homini lupus”[9].Гоббса станет окончательным анахронизмом. Но бывают роковые исторические положения, когда война является фатальною необходимостью, и как бы ни был гуманен правитель, как бы он ни осуждал свирепый обычай, остаток далекого прошлого, – производить массовые убийства, он силою обстоятельств принужден бывает санкционировать войну.

В таком же положении была и наша родина, придвинувшаяся своими равнинами к громадному горному гнезду, из которого налетали хищники на мирные села и города, производили опустошения и бесследно скрывались. Государство требовало “округления границ” и должно было с этой своей окраины опираться на мощную кавказскую цепь, способную составить прочную естественную преграду против наших закавказских соседей. Началась кавказская война – эта колоссальная драма для целых десятков племен, защищавших до последней капли крови родные гнезда и все-таки сдававшихся и покидавших их под натиском упорного врага, приводившего с севера на место погибших новые батальоны. Это была не нынешняя война, уничтожающая врага по математическим правилам, часто с дальних расстояний, и почти не нуждающаяся в солдате как в личности; это был, скорее, поединок, где враги сходились грудь с грудью и вопрос решало личное мужество.

Если бы на Кавказе были поэты, обладавшие фантазией создателей индийского эпоса, то ими созданы были бы могучие образы героев, перед которыми побледнели бы теперешние витязи северных саг и индийских сказаний. Страшно читать про эти кавказские битвы, где солдаты лезут на отвесные скалы, цепляясь за кусты, опираясь на ружья, к засевшим на вершине, поющим свою предсмертную песню, мюридам; или про эти свалки на завалах, за которыми укрылся отчаянный враг, решившийся дорого продать свою жизнь…

Много уже прогремело имен кавказских героев, воспетых в солдатских песнях и оставивших страшную память у горцев: Цицианов, Котляревский, Ермолов… К этим знаменитым именам прибавились впоследствии имена Воронцова, Барятинского и Евдокимова.

В 1844 году, 27 декабря, граф Михаил Семенович Воронцов, уже 63-летним стариком (он родился 19 мая 1782 года), был назначен наместником кавказским и главнокомандующим кавказских войск, с правом, однако, проводить некоторое время ежегодно в Крыму. На это новое служение Воронцов призывался собственноручным письмом императора Николая, надеявшегося на мужество и таланты графа. Последнему были предоставлены громадные права и полномочия, каких еще не было никому дано до того времени, и на нем же было оставлено главное заведование Новороссийским краем.

Все русское и сочувствующее нам туземное население на Кавказе ликовало: слава о Михаиле Семеновиче как о богатом, приветливом и просвещенном вельможе, как о знаменитом воине и умудренном опытом государственном муже, наконец, как о добром и прекрасном человеке – давно уже ходила по Кавказу, близкому к району недавней деятельности Воронцова. Было немало на Кавказе и прежних сослуживцев графа, сохранивших о нем хорошую память и передававших добрые вести о новом наместнике. Все были довольны, тем более, что Нейгарт, предместник Воронцова, оставил по себе не совсем хорошие воспоминания. Новый начальник, по дороге к месту службы, заехал к своему другу, старому кавказскому ветерану Ермолову посоветоваться о предстоящих задачах.

В марте 1845 года состоялся царственный, по своей торжественности и великолепию, въезд в Тифлис кавказского наместника. Далеко за город вышли к нему и власти, и обыватели. Гремела музыка, слышались выстрелы, гудела зурна; яркое и теплое кавказское солнце освещало пеструю волновавшуюся толпу, состоявшую из смеси всех племен, наречий и состояний. На другой день состоялся во дворце прием разных лиц, и новый “сардарь” (главнокомандующий) показал себя ласковым, добрым и простым человеком.

Но вовсе не в расчете на свойственную ему “мягкость” послан был Воронцов на Кавказ. Напротив, император Николай рассчитывал на его способность к энергическим мерам, на не знающее устали трудолюбие и на способность рядом мощных ударов сломить непокорный Кавказ, стоивший уже государству и бесчисленных миллионов, и громадных кровавых жертв. Рассчитывалось, кроме того, на большой административный опыт графа для водворения на месте порядка и для прочного соединения этой непокорной окраины с русским государством.

В энергической, мощной руке для ведения войны на Кавказе являлась крайняя необходимость. Во главе горцев тогда стоял Шамиль – хитрый, энергичный и смелый человек, объединивший под своею политической и религиозной властью фанатические толпы врагов и обнаруживший в успешном ведении войны с русскими несомненные военные таланты. Эти успехи, в свою очередь, еще больше подняли его авторитет в глазах населения и возбудили в последнем надежду на полное освобождение от “урусов”.

Шамиль, скромно проживавший последние годы своей жизни, после падения Гуниба, в Калуге и порою обнаруживавший совсем несвойственную герою сварливость и скаредность, много стоил крови и денег за те десятки лет, в которые он воевал с нами, пока его не сломила энергическая рука князя Барятинского в “орлином гнезде” Гунибе… Года за два-три перед назначением Воронцова успехи Шамиля достигли наивысших размеров: целые десятки русских укреплений были взяты мюридами, гарнизоны их истреблены, совершены самые отчаянные набеги в русские владения, и многие, прежде покорные нам аулы отложились от нас… В перспективе виднелись повальное восстание и неисчислимые бедствия для нашего владычества на Кавказе. Необходимо было остановить дерзкого врага, нужно было проникнуть в глубь его страны и там нанести ему решительное поражение.

Но первые шаги Воронцова в этом направлении были печальны. Экспедиция в Чечню для взятия аула Дарго, тогдашней резиденции Шамиля, завершилась громадными потерями в несколько тысяч человек и еще более подняла дух Шамиля и горцев. Правда, Дарго, аул в несколько десятков укрепленных саклей, был взят; но какое это могло иметь значение, когда Шамиль мог из каждого дагестанского или чеченского аула сделать неприступную твердыню?

Обратный поход войск через дебри Ичкеринских лесов, наполненных массами неприятеля и десятками завалов, был похож на шествие римских легионов Варра в Тевтобургском лесу. В некоторые моменты этого похода можно было опасаться гибели всего отряда и плена главнокомандующего. Знаменитый кавказский герой Пассек погиб почти со всем своим авангардом, и даже самые опытные и храбрые генералы, прокопченные порохом кавказских битв, едва спасли страшно поредевший отряд, к которому подоспело подкрепление из крепости Грозной.

Но Воронцов не так был виноват в исходе этого дела, план которого разрабатывался в Петербурге и уже готовым был вручен для исполнения. Наместник указывал на необходимость отложить экспедицию до его личного подробного ознакомления с делами, но желание императора Николая I унять Шамиля и присутствие большого количества войск на Кавказе в 1845 году решили вопрос в пользу начала немедленных действий.

Тем не менее, эта экспедиция, стоившая так много жертв, сдружила закаленные кавказские войска с их новым вождем: он сам разделял тяготы экспедиции в простой походной палатке. Во время отступления в глубине чеченских лесов для облегчения лошадей, предназначенных для раненых, он приказал вместе с имуществом отряда сжечь и свой большой, ценный багаж. Ласковое, участливое отношение к солдатам и в особенности к раненым за этот достопамятный поход надолго сохранилось в сердцах войск, а поведение вождя, его неутомимость и та постоянная нравственная бодрость, которую он проявлял в эти тяжелые дни, подкрепляли солдат и прогоняли панику.

Так началось кавказское служение Воронцова. Было еще несколько таких же, сопряженных с огромными жертвами, походов, в основе которых лежала мысль, может быть и вполне правильная по отношению к Европе, но совсем ложная на Кавказе: взятием резиденции покорить страну.

Так были взяты шамилевские укрепленные аулы в Дагестане: Гергебиль, Салты и Чох (1847 – 1849 годы).

Эти экспедиции, проникавшие в сердце родины горцев, все-таки должны были дать последним идею о могуществе русских и заставляли многие аулы приносить нам покорность. Но вышеуказанные неудачи, неизбежные в страшном деле войны, вскоре помогли Воронцову выработать более целесообразный план ее, при котором не могло уже быть таких больших жертв, как прежде. Краткая формула этой новой борьбы такова: Кавказ нужно покорять не одним штыком, но и топором. Вырубка широких просек в девственных лесах для беспрепятственного движения русских отрядов зимой, когда неприятелю труднее было действовать в безлиственных дебрях; беспощадное истребление жатвы, имуществ и аулов непокоряющихся и враждебных племен и предоставление льгот и преимуществ изъявляющим покорность горцам, заселение пространств, освобожденных от врага, казацкими станицами и постройка укреплений – вот эта программа для покорения “непокорного” Кавказа, начало осуществления которой положено Воронцовым, а окончательное выполнение доставило славу энергическому князю Барятинскому и графу Евдокимову.

Параллельно с этою программою военных действий должна была осуществиться и программа гражданских реформ и мероприятий, которые имели целью обрусение окраины.

В августе 1845 года Воронцов за экспедицию в Дарго был возведен в княжеское достоинство. “Благодарю Вас душевно, – писал император Николай I Воронцову после страшного, но геройского Дарго, – за новые Ваши подвиги. Я ожидал их от Вас, Вы их исполнили…”

Мы не можем проследить за всеми подробностями военной борьбы на Кавказе и предоставим себе только отметить некоторые ее характерные эпизоды, – пока же перейдем к “гражданской” деятельности Воронцова. Прежде всего Михаил Семенович круто изменил практиковавшееся прежде отношение к туземцам: вместо “затирания” и пренебрежения он показывал к ним все знаки уважения, в особенности к представителям родового грузинского дворянства.

В таких действиях сказывалась мысль государственного человека, желавшего “привязать” к России лучшую часть населения покоренной страны, а также и врожденное джентльменство Воронцова, не позволявшее третировать представителей благородного сословия. Местное дворянство получило право выбора и назначения на разные должности. Несколько дочерей местных князей назначены были фрейлинами к императрице. Есть, конечно, немало представителей совсем иного взгляда на этот предмет; многим удобнее кажется посылать в покоренные страны щедринских “ташкентцев”, нежели поручать работу людям из местного общества, знающим обычаи и нравы своей страны; и, конечно, люди, державшиеся такого взгляда, осуждали Воронцова. “Затирает русских!” Этот крик людей, усвоивших себе девиз “горе побежденным”, и тогда раздавался около наместника.

Но нам такой образ действий князя кажется и симпатичным, и более дальновидным, чем всякие иные взгляды на отношение победителей, к побежденным.

В эту же систему входили и другие меры: покровительство бракам русских с представительницами местных аристократических фамилий, частые балы во дворце наместника, блеск и великолепие которых действовали на восточную фантазию гостей и др.

Неутомимые занятия старого Воронцова и на Кавказе изумляли его сослуживцев и подчиненных. Вырубка лесов в Чечне и экспедиция в Дагестан заставляли его часто покидать Тифлис и участвовать во многих походах, а также делать объезды в стране, которая была ему еще мало известна. В это уже время болезнь глаз давала себя чувствовать, но не ослабляла энергии Воронцова. “Приветливость” и “мягкость” князя не оставляли его до конца его служения на Кавказе. Доступен он был всем, и это очень нравилось тщеславным туземцам, любившим часто стоять на подъезде дома сардаря (главнокомандующего) и, важно разглаживая усы, раскланиваться с проходящими приятелями, давая им таким образом знать о своем знакомстве с князем. У дома наместника был прибит ящик, куда опускались просьбы, все до одной рассматривавшиеся князем. Одним словом, поведение этого мягкого сановника, не отгораживавшего себя барьером от толпы, давало последней возможность искать у него защиты и справедливости. Рассказывают, что после ухода Воронцова с Кавказа, за которым вскоре последовала и его смерть, там сложилась следующая поговорка, указывающая на добрую память о князе: “До Бога высоко, до царя далеко, а Воронцов умер”.

Но жестоко ошибется читатель, если подумает, что “мягкость” наместника нигде ему не изменяла. Увы, и этому европейски талантливому человеку приходилось производить крутые расправы и применять по отношению к тяжело провинившимся горцам строгие меры: так, бывали дни, что на площади Тифлиса вешали за грабежи и убийства сразу по нескольку туземцев. Князь, очевидно, был последователем созданной юристами теории “устрашения”, жестокой и, может быть, не раз уже доказавшей свою несостоятельность, но до сих пор еще применяемой. И “мягкий” Воронцов в этих случаях не церемонился, чему могла способствовать и вся атмосфера тогдашней кавказской жизни, где уже доподлинно жизнь была копейкою. Возможно, впрочем, что такое отношение к преступникам выработалось у князя еще в Англии, где в то время вздергивали без церемонии на виселицу за кражу барана или подлог векселя. Известно, что безукоризненные английские джентльмены, вечно укоряющие другие государства в жестокости, употребляли утонченные казни при усмирении восстания в Индии, и уже на наших глазах произведены громадные убийства в Массове просвещенными итальянцами.

Бывают такие натуры – мягкие и приветливые, но жестко непоколебимые в исполнении того, что они считают роковою необходимостью. Одною из таких натур был Воронцов, прямолинейный человек, не терпевший возражений или помех в том, что ему представлялось государственной необходимостью.

Мягкость его обращения, не мешавшая строгости даже с теми, кому князь еще вчера жал руку, если узнавал об их виновности, подала повод к довольно забавному анекдоту. Во время объезда своих владений Воронцов подал руку одному из представлявшихся, который внезапно упал князю в ноги и умолял о помиловании. На вопрос удивленного сановника, что это значит, тот объяснил, что если сардарь кому подает руку, – этот человек погиб. Насилу князь успокоил бедняка.

А какую войну пришлось вести на Кавказе! Какие и славные и вместе глубоко трагические картины были за 60, 70 лет этой войны! Славные потому, что презрение к смерти невольно внушает уважение, как и защита слабого, и спасение раненого. Аулы разорялись, стада угонялись, жатва уничтожалась русскими, и бедные, оборванные горцы, выгнанные из своих жилищ, шли в Закавказье, шли в Турцию и погибали на дороге. Бывали не раз случаи, что горские женщины, не желая сдаваться русским, бросались в пропасти с детьми. А подвиг рядового Осипова в укреплении Михайловском. Перед ним бледнеют мифический Муций Сцевола и Коклес! Когда мюриды ворвались в укрепление Михайловское, гарнизон которого, весь перераненный, несколько суток отбивался от вдесятеро сильнейшего неприятеля, то Осипов со словами: “помните меня, братцы!” выстрелил в пороховой погреб и вместе со своими и толпою врагов взлетел в воздух. Читатель, конечно, знаком с характером кавказской войны из прекрасных рассказов Толстого, а также из Лермонтовского “Валерика” и “Максима Максимыча”. “Только выйдешь, а уж за камнем какой-нибудь косматый дьявол сидит!” – так говорил Максим Максимыч про черкесов.

Кавказские враги русских – это не знающие усталости хищники, всюду проникающие, смелые и неуловимые. При Воронцове, как и при его предшественниках, бывали удивительные случаи, будто выхваченные из сказки: генералы, уцелевшие в кровавых сражениях, погибали во время переходов по сравнительно мирным дорогам только от того, что удалялись на несколько шагов от сопровождавшей их “оказии”, а убийц и след простывал. В двадцати шагах от роты солдат, на ее глазах, несколько горцев набрасываются на офицеров, неосторожно опередивших своих провожатых, обезоруживают их и, связав добычу и схватив лошадей за узды, бросаются в волны глубокого и быстрого потока, в виду оторопевших солдат переправляются на другой берег и скачут с пленниками в горы. Но если бы мы вздумали перечислять многие эпизоды сказочной кавказской эпопеи, то нам, разумеется, не хватило бы и десятков томов. Мы здесь расскажем только один чрезвычайно интересный случай из этой войны при Воронцове. Он укажет несколько занимательных черт из отношений победителей к побежденным, а также даст понятие и о том, с какими удалыми “джигитами” пришлось мериться силами кавказским войскам.

Одним из самых знаменитых пособников Шамиля был Гаджи-Мурат, наделавший русским больших бед, в которых, может быть, были виноваты мы сами.

Гаджи-Мурат сначала служил офицером в нашей милиции, но, оскорбленный грубою формою ареста его за ссору с родственником, сделался нашим врагом. Когда Гаджи-Мурата, связанного веревкою, вели по горной дороге, он бросился в пропасть и увлек за собою державшего его солдата, убившегося до смерти. Сам же горец со сломанною ногою дополз до соседнего аула, где его и приютили. С тех пор он был грозою наших, и слава его как джигита гремела по всему Кавказу. Безумно смелые набеги, лихие схватки, неуловимость, отчаянная храбрость – все это сделало его страшным врагом, в особенности при хорошем знании местностей, куда он направлял свои удары. И легко понять радость Воронцова, когда он к концу 1851 года узнал, что знаменитый сподвижник Шамиля Гаджи-Мурат поссорился с Имамом, завидовавшим его славе, а может быть и награбленному набегами золоту. Вскоре Гаджи-Мурат с двумя-тремя преданными ему мюридами явился к сардарю с повинною.

Беглеца не только простили, но обласкали, отвели ему хорошую квартиру и дали большие деньги на расходы, хотя не перестали следить за его действиями. Джигит обещал оказать важные услуги русским и просил позволения объехать наши передовые линии, что и было ему разрешено.

Но затосковал ли горец по своей семье, захваченной Шамилем и не уступаемой нам, несмотря на усилия Воронцова, или он опять раскаялся в своем поступке и хотел идти с повинною к Шамилю – неизвестно, но на одной из своих обычных верховых прогулок Гаджи-Мурат неожиданно убил конвоировавшего его урядника, а один из мюридов тяжело ранил другого провожатого, и разбойники ускакали.

Это наделало страшного переполоха и напугало Воронцова, так как Гаджи-Мурат был бы еще опаснее для нас теперь, когда он познакомился с расположением русских войск. Но отважному джигиту не суждено было увидеть Шамиля. Совершенно случайно обнаружили его бивуак в кустах среди поля, где он остановился со спутниками, не думая, что русские пойдут искать беглецов по соседству с местом происшествия. Его окружили до трехсот милиционеров, но он не хотел сдаваться. Гаджи-Мурат был так страшен, что никто не осмелился броситься на него врукопашную и в знаменитого джигита стреляли наугад, по кустам. Только прибытие другой, более отважной кучки милиционеров, покончило эту неравную борьбу, и Гаджи-Мурат, получивший несколько ран от выстрелов и затыкавший их ватою из своего бешмета, истекая кровью, все-таки отчаянно защищался. Его убили и голову отправили в Тифлис.

Тогда только успокоился Воронцов, когда увидел это несомненное доказательство гибели джигита. Голову знаменитого разбойника многие смотрели, но, разумеется, наместник не мог воткнуть ее на кол и показать всему Тифлису: это уже слишком бы напоминало восточных ханов. Череп убитого был отправлен в анатомический музей.

Насколько важным считался Гаджи-Мурат и сенсационным этот эпизод с ним – доказывает целый ряд писем Воронцова к военному министру Чернышеву и доклады государю. Но закончим на этом рассмотрение “разрушительной” деятельности князя Воронцова, которая шла успешно благодаря, конечно, и счастливому выбору помощников, из которых самым знаменитым является Барятинский, герой Гуниба (1859 год), окончательно покоривший Кавказ. Пядь за пядью отвоевывались твердыни Кавказа у горцев, заселялись русскими, и звезда Шамиля закатывалась. Близок уже был день окончания этой более чем полувековой борьбы.

Обратимся к “созидательной” деятельности старого кавказского наместника.

По-прежнему он берег солдат и, будучи тверд в расправе с врагами, не щадил и своих русских, жестоко обращавшихся и обижавших людей, сломивших своею грудью шамилевские твердыни. В этих случаях Воронцов был неумолим, и многие при нем поплатились за покушение на “солдатский паек” и за слишком вольное обращение со шпицрутенами. Известно, между прочим, громкое дело флигель-адъютанта Копьева, сначала бывшего любимцем Воронцова.

Во время приема депутации в Прочном Окопе, при объезде подведомственного Воронцову края, князь заметил, что жители разделились на две части, причем оказалось, что большая кучка состояла из раскольников, которые рассказали о претерпеваемых притеснениях. У князя задрожали губы от волнения, и он тут же приказал отпереть молельню и дозволил богослужение. Этот эпизод характеризует веротерпимость князя, не совсем даже согласовывавшуюся с тогдашними законами. Рассказывают, что на представления об этом своих сослуживцев князь отвечал:

– Если бы нужно было здесь исполнение законов, то государь не меня бы прислал, а свод законов!

Более упрощенное разделение края в административном отношении, основание большого количества учебных заведений не только русских, но и магометанских, триангуляция края, улучшение путей сообщения, пароходство по Риону и Куре, межевание, основание театра, библиотек, фабрик и заводов, улучшение виноградарства и прочее – вот некоторые из черт созидательной деятельности Воронцова на Кавказе. Храбрые батальоны, сражавшиеся с врагом, в мирное время являлись у Воронцова культурными работниками.

Инициатор пароходства по Черному морю, князь Воронцов учредил срочное пароходство и на Каспийском. На основанные им благотворительные учреждения в крае и вообще на цели благотворения пошли его собственные сотни тысяч. Газета “Кавказ”, кавказский музей, оздоровление и обустройство грязного Тифлиса, общество сельского хозяйства – на все это хватало внимания князя, постоянно отвлекаемого военными событиями. Трудно перечислить все то, что сделано, помимо военной сферы, князем. Само собою ясно, что внимание такого деятельного, просвещенного человека, считавшего мирную работу могучим рычагом для прогресса общества, должно было захватывать все стороны жизни этого общества.

Были, конечно, большие промахи, были люди, эксплуатировавшие даже дальновидного князя, были жестокости, требовавшиеся роковым ходом событий и нуждами того могучего государственного организма, которому призван был служить князь и ради здоровья которого считалось необходимым производить ампутации и кровопускания. Есть, конечно, разные взгляды на служение государству, но, по крайней мере, свое дело князь делал бескорыстно и убежденный в его полезности.

Постоянные труды и разъезды по нездоровой местности сломили старика. В 1851 году, сопровождая отряд на реку Белую, князь заболел лихорадкою, которая окончательно подорвала его силы и заставила подумать об отдыхе.

Надвигалась крымская война. Положение наше на Кавказе было трудное: обнаженным границам государства угрожали две турецкие армии, а между тем все наши войска находились в действии против Шамиля. Усталый деятель сложил оружие и уступил место другим. Время перед его уходом было ознаменовано победами наших войск над турками – при Башкадыкларе и Ахалцыхе, а также знаменитым Аннибаловским походом князя Аргутинского через главный кавказский хребет, спасшим нас от опасного нашествия Шамиля.

Четвертого марта 1854 года, после девятилетнего наместничества, уезжал князь из Тифлиса. Хотя он уезжал в отпуск, но многие уже знали, что он не возвратится в Тифлис. Надломленное здоровье требовало окончательного отдыха от дел, и в том же 1854 году Михаил Семенович был уволен с должности наместника.

В 1856 году, в коронацию покойного государя, Воронцову, имевшему уже титул “светлейшего”, были оказаны высокие почести: он был произведен в генерал-фельдмаршалы. Шестого ноября того же года князя не стало: он скончался в Одессе, где и похоронен в Преображенском соборе.

В Одессе в 1863 году, а в Тифлисе в 1867, Воронцову, в этих двух центрах его неутомимой деятельности, поставлены памятники.

Так кончилась эта бурная и во многих своих подробностях славная жизнь. Воронцов достиг всего, чего только может добиться человек на земле: славы, почестей и богатства. Но был ли он счастлив? Давали ли его душе удовлетворение эти внешние атрибуты счастья? Неизвестно, – “чужая душа потемки”. Но, может быть, сознание того, что он исполнял свой долг, часто страшно тяжелый, и по мере сил и понимания старался быть справедливым – это сознание давало известное нравственное удовлетворение покойному фельдмаршалу.

В.В. Огарков

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

ВЕРНОПОДДАННЫЙ. ГРАФ Ф.А. КЕЛЛЕР. «Настала пора, когда я вновь зову вас за собою»

Получив отставку, Ф. А. Келлер выехал в Харьков, где жила его семья. За годы войны он бывал там дважды, когда проходил лечение от полученных ранений. Теперь ему предстоял гораздо более длительный отдых, во время которого графу пришлось стать лишь наблюдателем происходивших в стране перемен. Можно только догадываться, с какой болью он следил за разворачивающимися событиями, за развалом некогда грозной Русской армии и позором немецкой оккупации. По свидетельству Н. Д. Тальберга, Федор Артурович открыто жил в Харькове и не скрывал своих монархических убеждений, фактически находясь под защитой своих бывших подчиненных. Тронуть заслуженного генерала попросту боялись. Этого не случилось даже в декабре 1917 года, когда Харьков впервые заняли красные войска1. Более года Ф. А. Келлер был далек от какой-либо активной политической деятельности. По некоторым свидетельствам граф в это время работал над своими воспоминаниями о Великой войне, которые, по всей видимости, погибли в годы смуты2.

Октябрьский переворот, а впоследствии и заключение Брестского мира, безусловно, произвели на Федора Артуровича гнетущее впечатление. В конце 1917 — начале 1918 года политическая ситуация на Украине была более чем сложной. Созданная еще в первой половине марта 1917 года в Киеве Центральная рада после начала октябрьских событий 7 (20) ноября провозгласила Украинскую народную республику в составе России. Власть ее не была твердой. В декабре 1917 года в Харькове состоялся I Всеукраинский съезд советов, который объявил Центральную раду вне закона, провозгласив 12 (25) декабря Украинскую социалистическую советскую республику. В декабре 1917 — январе 1918 года большевики сумели установить советскую власть в Екатеринославе, Одессе, Полтаве, Кременчуге, Елисаветграде, Николаеве, Херсоне и Харькове. 26 января (8 февраля) советские войска заняли Киев. В этих условиях Центральная рада 11 (24) января IV универсалом провозгласила независимость Украинской народной республики от России. Но к февралю 1918 года советская власть утвердилась уже почти на всей территории Украины, за исключением части Волыни, куда бежала Центральная рада.

Ситуация в корне изменилась с подписанием Брестского мира. По заключенному Центральной радой соглашению с Германией и Австро-Венгрией в феврале-апреле 1918 года их войска оккупировали почти всю территорию Украины, на которой вновь была восстановлена власть Украинской народной республики. 23 марта (5 апреля) немцы заняли Харьков, в котором находился Ф. А. Келлер. Присутствие на русской территории вчерашних противников было особенно неприятным для боевого генерала. Встретившемуся с Федором Артуровичем в июне 1918 года генерал-майору Б. И. Казановичу он сказал, что «почти не выходит на улицу, так как не переносит вида немецких касок»3. Германское влияние и германские деньги стали основными причинами, по которым Ф. А. Келлер с большим недоверием отнесся к формированию летом 1918 года в Киеве союзом «Наша Родина» Южной армии.
Между тем Германии необходимо было иметь на Украине твердую власть и крепкий административный аппарат. Только в этом случае она могла бы извлечь максимальные выгоды от ее оккупации: для продолжения войны на Западном фронте ей были необходимы сырье и продовольствие. В результате при участии германского командования был организован переворот. 16 (29) апреля Центральная рада (в день принятия ею конституции) была разогнана и заменена правительством гетмана П. П. Скоропадского, который упразднил Украинскую народную республику и ввел в созданной Украинской державе единоличное диктаторское правление.
Действовавшая в Киеве и стоявшая обособленно от других правых организаций группа В. В. Шульгина, создавшая конспиративный орган «Азбука», в донесении агента «Добро», отправленном в апреле 1918 года в штаб Добровольческой армии, так характеризовала сложившуюся на Украине ситуацию: «Скоропадский только этап. Немцы хотят восстановить русскую монархию, русскую империю и русское единство, но на этот раз под другой формой, выгодной для них. Они поняли, какую пользу извлечет Германия из тихой и показной России, управляемой одним из Романовых и признательным Берлину за восстановление трона. Этой комбинацией Германия выполнит мечту Фридриха, который говорил: «Мне нужен сильный сосед, но не сосед могущественный». Очевидно, Россия, омоложенная революцией, таковой и будет: сильной, но в пользу Берлина. Действительно, это печально, что немцы вовремя поняли все это и выполняют, в то время как союзники еще пытаются что-то построить с большевиками»4.

Поддержать проект установки памятника графу Ф.А. Келлеру можно, переведя любую посильную сумму на наши реквизиты:

Напоминаем наши реквизиты:
Карта Сбербанка: 5469 5500 4529 6537
Яндекс-деньги: 41001639043436
Пайпэл: elenasemyonova@yandex.ru
Веб-мани: WMZ Z394357048005; WMR R203398837668; WME E246509408441

Русское просветительское общество им. Императора Александра III

***

О пронемецких формированиях на Юге России стоит сказать отдельно. Германская оккупация Украины продолжалась менее года — с марта по ноябрь-декабрь 1918 года. Тем не менее она оказала серьезное влияние на расстановку внутриполитических сил в России. Принеся с собой порядок и относительную стабильность, на время избавив население созданной Украинской державы от ужасов большевизма, германская армия вместе с тем внесла и свой весомый вклад в углубление противоречий, и без того имевших место в антибольшевистском лагере. По сути со стороны Германии оккупация сводилась к двум основным задачам: не допустить воссоздания сильной и неподконтрольной ей российской власти (и, следовательно — восстановления в любых формах Восточного фронта) и обеспечение своей экономики сырьем и продовольствием. Союзниками в этом деле стали пришедшие к власти в результате Октябрьского переворота большевики.
Сотрудничество большевистской партии с Генеральным штабом Германской империи в 1916—1917 годах, в том числе и перевод на партийные счета денежных сумм от «Дойчебанка», уже давно не является для отечественной историографии новым фактом. Не вызывает сомнения и связь германской разведки с членами РСДРП (б) в период так называемого «двоевластия», когда после тяжелого поражения Русской армии в июне 1917 года большевики организовали демонстрации в Петрограде под лозунгами немедленной отставки Временного правительства и переговоров с Германией о заключении мира.
Унизительный для национального самосознания Брестский мир, заключенный в марте 1918 года, сделал бесполезными жертвы всех четырех лет страшной, кровопролитной борьбы, которую вела Россия. Сепаратный мир с Германией, заключенный Советом народных комиссаров, нарушение всех обязательств перед союзниками лишил Россию международного авторитета. Но взаимодействие большевиков с политическими и военными кругами Германии на этом не закончилось. Факты показывают, что вплоть до осени 1918 года — времени окончательного поражения немецкой армии в Мировой войне, Германия не только поддерживала Советскую Россию, но и старалась ослабить антибольшевистский лагерь. Здесь цели германского командования и большевиков совпадали. Остановимся лишь на освещении политики Германии в отношении русской контрреволюции на Украине и Юге России, напрямую связанной с судьбой Ф. А. Келлера.
Наибольшее беспокойство германских оккупационных властей вызывала набиравшая летом 1918 года силу Добровольческая армия. Ведь одной из главных своих задач лидеры Белого движения провозгласили «продолжение войны с Германией» и «верность союзническим обязательствам». «Немецкие войска не имели боевых столкновений с Добровольческой армией (за исключением так называемого «таманского инцидента», во время которого немецкие передовые посты на Таманском полуострове были обстреляны казачьими разъездами), но опасения, что в случае свержения большевистского правительства у власти в России могут оказаться силы «антантовской ориентации», были вполне обоснованы»6.
Отметим, что в советской историографии, а также у многих современных исследователей одним из главных пунктов в «обличении» Белого движения до сих пор остается «интервенция Антанты», которую допустили лидеры антибольшевистского сопротивления. Большевики при этом изображаются едва ли не «спасителями Отечества». Их патриотизм в 1918 году не вызывает сомнений, ведь и Брестский мир был заключен ими «из-за крайней нужды». «А разве может быть патриотом тот, кто использует иностранную помощь, помощь «интервентов»? Ведь это же «иноземное вмешательство»!!! На все подобные обвинения уместно дать хотя бы такой ответ. Любая форма помощи стран Антанты (от дипломатической до прямой военной, кстати, крайне ограниченной) расценивалась лидерами Белого движения только как«Помощь со стороны союзников в борьбе против общего врага». «Союзников» по Первой мировой войне, «боевых соратников», которым верили, с которыми были заключены договоры еще Императором Николаем II и с которыми, как надеялись, будет полное взаимопонимание и взаимное уважение. Иное дело, что результаты подобной помощи могли бы стать гораздо более эффективными и искренними, ведь в 1914 и 1916 годах Русская армия бескорыстно спасала Европу от ударов германской, австрийской, болгарской, турецкой армий. Но… это проблема уже другого порядка»7.
Оккупировав территорию нынешней Украины, Германия первоначально не вела деятельности, направленной против Добровольческой армии: в июне и первой половине июля немецкие войска не только не чинили препятствий к отправке добровольцев на Дон, но даже оказывали содействие в отправке эшелонов. Однако позднее, после подписания 14 (27) августа 1918 года Советской Россией и Германией в дополнение к Брестскому миру соглашения8. по которому стороны обязались прилагать усилия по борьбе внутри России с Добровольческой армией и Антантой, их политика переменилась*. В конце лета на Украине и в Крыму были случаи ареста германским командованием добровольческих вербовщиков, их работа была сильно затруднена немцами, а отправка добровольцев стала возможна только небольшими партиями9. Тогда же, при немецком участии, было начато формирование трех армий — Южной, Астраханской** и Народной***. основная задача которых по сути заключалась в том, чтобы ослабить приток кадров в Добровольческую армию.
Командированный от Добровольческой армии для связи с войсковым атаманом и правительством Всевеликого Войска Донского генерал-лейтенант Е. Ф. Эльснер 12 (25) сентября писал начальнику штаба армии генерал-лейтенанту И. П. Романовскому: «В газете «Россия» N 17… помещено сведение о начавшейся в городе Екатеринодаре вербовке генерал-майором [Л. И.] Федулаевым охотников в Астраханский отряд. В той же газете N 18… напечатана телеграмма из Харькова, сообщающая, что в этом городе состоялось собрание, созванное генерал-майором [П. И.] Залесским (будущий начальник штаба Южной армии. — Авт.), русских офицеров для организации самообороны. […] По-видимому, идея организации самообороны встретила полную поддержку со стороны командира 1-го германского корпуса. Приведенные выше сведения, безусловно, вредно отзовутся на притоке офицеров, солдат и добровольцев в Добровольческую армию, что уже видно из сократившегося числа записавшихся за последние дни в армию».
В следующем рапорте начальнику штаба армии от 14 (27) сентября генерал Е. Ф. Эльснер писал: «12 (25) сентября мне вновь было доложено начальником бюро записи полковником Муфелем о продолжающемся сокращении притока поступающих в Добровольческую армию, с приведением еще новых причин этого уменьшения… Причины следующие: в Харькове формируется «Новая» Добровольческая армия… В местных газетах… помещены объявления и обращения к населению и офицерам полковника [В. К.] Манакина, формирующего «Русские добровольческие отряды в Саратовском направлении» (речь идет о Русской народной армии. — Авт.).
Из Минска сообщают, что спешно формируются белорусские дружины на местах, которые немецкое командование собирается покинуть. Цель организации дружин — не допустить водворения власти большевиков… От прибывшего из Минска через Киев в Новочеркасск военного инженера… я узнал, что в Минске почти никто не знает о Добровольческой армии, а кто и слышал о ней, то имеет самые смутные представления. Тем не менее в этом городе после большевистского переворота осело около 1000 офицеров, которые устроились на различных местах. Кроме этого числа есть много отставных, терпящих настоящий голод; в последнее же время в Минск прибывает много офицеров из немецкого плена, плохо одетых, босиком и без копейки денег, которые благодаря отсутствию денежных средств остаются в городе, но с удовольствием поступили бы в Добровольческую армию.
В настоящее время в Минске появились вербовщики от Южной и Астраханской армий для вербовки к ним добровольцев. От нашей же армии… там никого нет. Приехавшие на днях офицеры из Кременчуга и Полтавы за справками об условиях поступления в Добровольческую армию также заявили о смутном там представлении об армии. Сокращение притока записывающихся в бюро идет прогрессивно: так, в июле ежедневная запись в среднем имела около 100 человек, в середине августа число записывающихся снизилось до 60 человек в день, в конце августа — начале сентября записывалось до 50 человек ежедневно, а в период с 7 (21) по 12 (25) сентября включительно ежедневно запись упала до 30 человек в день».
Е. Ф. Эльснер отмечал, что возникновение большого числа организаций должно отразиться «на притоке добровольцев в нашу армию, а Южная и Астраханская армии, имеющие бюро и вербовщиков во всех крупных центрах и районах, имеют возможность привлекать добровольцев в свои ряды крайне высокими окладами содержания. Саратовская организация Манакина может оттянуть к себе известный процент офицеров, так как многие прибывающие для записи в нашу армию просятся на Северный фронт и бывают разочарованы, узнав, что вся наш армия действует на Северном Кавказе. Много офицеров поступает в Донские части постоянной армии». Для исправления ситуации генерал Е. Ф. Эльснер считал необходимым усилить агитацию на вступление добровольцев в ряды армии, а также увеличить число агентов. Он обращал внимание на недопустимо скрытную работу некоторых из начальников центров вербовки в Добровольческую армию (в частности, генерала П. Н. Ломновского в Киеве), о деятельности которых офицеры, живущие в городах, ничего не могли узнать10.
Очевидно, что германское командование, видя в Добровольческой армии враждебную силу и руководствуясь августовским соглашением с Советской Россией, препятствовало вступлению в нее добровольцев и, наоборот, поощряло комплектование создаваемых при его поддержке Южной, Астраханской и Русской народной армий летом-осенью 1918 года. Добровольческая армия, в свою очередь, крайне отрицательно относилась к прогерманским формированиям, всячески препятствуя их комплектованию. В октябрьском циркуляре штаба армии подчеркивалось: «Отношение Добровольческой армии к «Южной», «Астраханской», «Народной» и прочим армиям, формируемым под германской опекой и на германские деньги — безусловно отрицательно (выделено в документе. — Авт.); вести пропаганду против поступления офицеров в ряды этих армий не только можно, но и должно»11.
Наиболее значительным формированием, которое велось при германском участии, стала Южная армия. Ее создание началось летом 1918 года в Киеве союзом «Наша Родина», во главе которого стояли герцог Г. А. Лейхтенбергский и М. Е. Акацатов. «Территория для формирования была предоставлена генералом [П. Н.] Красновым… «русская» (не донская) — южная часть Воронежской губернии, — на которой Акацатов стал водворять администрацию и «исконные начала»»12. В июле при союзе было образовано бюро (штаб) армии, во главе которого стали полковники Чеснаков и Вилямовский, в задачу которых входила вербовка добровольцев и отправка их в Богучарский и Новохоперский уезды Воронежской губернии, где шло формирование 1-й пехотной дивизии генерал-майора В. В. Семенова.
По воспоминаниям генерал-майора П. И. Залесского (осенью 1918 года — начальник штаба Особой Южной армии. — Авт.) полковник В. В. Семенов выдавал себя за представителя Верховного руководителя Добровольческой армии генерала М. В. Алексеева, уполномоченного для вербовки личного состава. «Впоследствии оказалось, что никто его не уполномочивал вербовать добровольцев, с генералом [М. В.] Алексеевым у него вышло какое-то недоразумение, но что письмом от начальника штаба Добровольческой армии генерала [И. П.] Романовского он действительно заручился и благодаря этому довольно удачно собирал в Харькове материальные средства, применяя их главным образом для ведения широкой жизни». В. В. Семенов сразу получил от М. Е. Акацатова 10 тысяч рублей «на создание армии». Его отряд, на основе которого велось формирование 1-й дивизии Южной армии, находился на границе с Волчанским уездом Воронежской губернии, насчитывал не более 20 человек и жил «подачками и реквизициями», в то время как его командир жил в Харькове13. А. И. Деникин в своих воспоминаниях так характеризовал В. В. Семенова: «…до того [он был] удален из отряда [М. Г.] Дроздовского ввиду полной неспособности в боевом отношении, потом — из Добровольческой армии за то, что будучи начальником нашего вербовочного бюро в Харькове вступил в связь с немцами и… отговаривал офицеров ехать в Добровольческую армию».
«Ни один из крупных генералов, к которым обращался союз «Наша Родина», не пожелал встать во главе армии, — писал А. И. Деникин. — Так до конца своего «самостоятельного» существования армия оставалась без командующего; его занял временно начальник штаба генерал [К. К.] Шильбах, а наличным составом формируемых частей командовал фактически генерал [В. В.] Семенов», назначенный донским атаманом также воронежским генерал-губернатором14.
Предостерегая Великого князя Николая Николаевича от возможного участие в формированиях финансируемых германским командованием, генерал М. В. Алексеев писал в сентябре 1918 года: «Немцы с увлечением ухватились за создание так называемой Южной Добровольческой армии, руководимой нашими аристократическими головами, и так называемой Народной армии в Воронежской губернии… На эти формирования не будут жалеть ни денег, ни материальных средств. Во главе Южной армии, а быть может, и всех формирований предположено поставить графа Келлера. При всех высоких качествах этого генерала у него не хватает выдержки, спокойствия и правильной оценки общей обстановки. В конце августа он был в Екатеринодаре. Двухдневная беседа со мной и генералом Деникиным привела, по-видимому, графа Келлера к некоторым выводам и заключениям, что вопрос не так прост и не допускает скоропалительных решений»15.
Напомним, что Ф. А. Келлер, вполне вероятно и под влиянием состоявшихся в августе разговоров с М. В. Алексеевым и А. И. Деникиным, крайне отрицательно отнесся к самой возможности возглавить Южную армию. «Нужно было найти для армии подходящего вождя, — вспоминал генерал П. И. Залесский. — Сначала в Киеве подумывали о генерале графе Келлере, который в то время жил в Харькове, находясь совершенно не у дел. Он ненавидел и открыто бранил немцев, украинцев, республиканцев и даже прогрессистов всех оттенков. Это был честный и мужественный воин, самоотверженный патриот, но с узкосамодержавными взглядами… […] Даже монархическая организация «Наша Родина» убоялась нетерпимости и крайних правых убеждений графа Келлера. Мысль о таком главнокомандующем была оставлена»16.
Средства на содержание Южной армии поступали из казначейства германских оккупационных войск на Украине и от донского атамана, также выделяемых для ее нужд немцами. В течение трех месяцев по всей Украине было открыто 25 вербовочных бюро, через которые в Южную армию было отправлено около 16 000 добровольцев, 30% которых составляли офицеры, и около 4000 в Добровольческую армию при поддержке Донского атамана П. Н. Краснова. Вербовочные бюро действовали и за пределами Украины — в Новочеркасске, Пскове, Минске и других городах. Предполагалось, что Южная армия будет действовать на фронте вместе с Донской. В августе началось формирование 2-й дивизии генерал-лейтенанта Г. Г. Джонсона в Миллерово и штаба корпуса. К концу августа были сформированы эскадрон 1-го конного полка в Чертково и пехотный батальон в Богучаре. Немалую помощь армии оказал гетман П. П. Скоропадский. По его распоряжению в армию были переданы кадры 4-й пехотной дивизии (13-й пехотный Белозерский и 14-й пехотный Олонецкий полки), из которых еще весной предполагалось создать Отдельную Крымскую бригаду армии Украинской державы, а также кадры 19-й и 20-й пехотных дивизий, почти не использованные в гетманской армии17.
Менее чем через три месяца руководство армии стало испытывать серьезные трудности со снабжением. «…Немцы, достигнув основной своей цели — посеяв рознь, не думали вовсе о создании из Южной армии прочной силы: уже в сентябре финансирование ими герцога Лейхтербергского почти прекратилось, снабжение ограничилось до ничтожных размеров, — вспоминал А. И. Деникин. — К октябрю в «армии» было до 3 ½ тысяч штыков и сабель, без обоза, почти без артиллерии, и много небоевого элемента. В войсках создавалось тяжелое настроение. Искусственно вызванное взаимное отчуждение и озлобление между «южанами» и добровольцами сменялось понемногу явным тяготением к Добровольческой армии отдельных лиц и целых частей Южной армии». После того, как руководители армии обратились за помощью к донскому атаману генералу П. Н. Краснову, она полностью перешла в его подчинение. 30 сентября (13 октября) вышел приказ атамана «о создании «Особой Южной армии», в составе которой должны были формироваться три корпуса: Воронежский (бывшая «Южная армия»), Астраханский (бывшая «Астраханская армия») и Саратовский (бывшая «Русская Народная армия»). На новую армию возлагалась «защита границ Всевеликого войска Донского от натиска красногвардейских банд и освобождение Российского государства»». Средства на содержание армии (76 млн) обещал выделить гетман П. П. Скоропадский, однако до своего падения он успел отпустить лишь 4 ½ млн18.
П. Н. Краснов видел в Особой Южной армии своеобразный противовес Добровольческой, который может сыграть важную роль в противостоянии с генералом А. И. Деникиным. Представители Добровольческой армии писали: «…Генерал [С. В.] Денисов (командующий Донской армией. — Авт.) смотрел на Южную армию, как на сценическое представление, нужное ему для иных [не военных] целей»19.
Приняв армию под свое начало, П. Н. Краснов постарался поставить во главе нее хорошо известного в России генерала, что могло сыграть немалую роль в деле привлечения в ряды армии офицерства. Первоначально должность командующего решено было предложить бывшему помощнику главнокомандующего армиями Румынского фронта генералу от инфантерии Д. Г. Щербачеву. Но войти в связь с генералом, жившим в Яссах, не удалось. Генерал от кавалерии А. М. Драгомиров, проезжая в августе из Киева через Новочеркасск, «умышленно уклонился от встречи с Красновым», так как, по его словам, «мы стояли на столь различных точках зрения в вопросе о дружбе с немцами, что наш разговор мог иметь результатом только крупную ссору»20.
Предложение встать во главе Особой Южной армии принял бывший главнокомандующий армиями Юго-Западного фронта генерал от артиллерии Н. И. Иванов. К этому времени Николаю Иудовичу было уже 67 лет, а его здоровье оставляло желать лучшего. Заслуженный генерал по сути был втянут в авантюру.
А. И. Деникин напишет позднее об этом назначении: «Остановился Краснов на Н. И. Иванове. К этому времени дряхлый старик, Николай Иудович, пережив уже свою былую известность, связанную с вторжением в 1914 году армий Юго-Западного фронта в Галицию, проживал тихо и незаметно в Новочеркасске. Получив предложение Краснова, он приехал ко мне в Екатеринодар, не желая принимать пост без моего ведома. Я не противился, но не советовал ему на склоне дней давать свое имя столь сомнительному предприятию.
Однако, вернувшись в Новочеркасск, Иванов согласился.
25 октября мы прочли в газетах атаманский приказ о назначении Николая Иудовича, заканчивавшийся словами: «Донская армия восторженно приветствует вождя их новой армии — армии Российской…»
Бедный старик не понимал, что нужен не он, а бледная уже тень его имени. Не знал, что пройдет немного времени и угасшую жизнь его незаинтересованный более Краснов передаст истории с такой эпитафией: «Пережитые им (генералом Ивановым) в Петербурге и Киеве страшные потрясения и оскорбления от солдат, которых он так любил, а вместе с тем и немолодые уже годы его отозвались на нем и несколько расстроили его умственные способности…»
Генерал Иванов умер 27 января (9 февраля), увидев еще раз крушение своей армии, особенно трагическое в войсках Воронежского корпуса (бывшей Южной армии)»21.
Выбор Донским атаманом П. Н. Красновым в качестве руководителя Особой Южной армии именно генерала Н. И. Иванова, по мнению П. И. Залесского, был вполне объясним: «Хоть и дутая была у Иванова репутация, зато большая, и на этом можно было разыграть словесную рапсодию какой угодно формы и величины, что атаман и сделал. С другой стороны, Николай Иудович был человек безликий, с которым можно было делать все, что угодно. Вот и избрали покорного статиста на безмолвную и никому не нужную роль командующего Южной армией»22.
«Не признание «монархии» или «учредилки» играло главную роль при выборе офицером той или иной армии, а другие, более близкие и реальные вопросы, — писал генерал П. И. Залесский. — Среди них: где находится армия и что она делает, на какие должности там принимают, сколько дают денег. Вот это всех интересовало и ценилось. Даже вопрос, откуда берутся деньги на содержание Южной армии, мало кого интересовал. Одни говорили, что деньги — немецкие, другие — что деньги собраны богатейшими русскими людьми, кои гарантируют содержание армии всем своим состоянием в России и за границей. […] Большинство рассуждало: «Не все ли равно, в конце концов, чьи деньги, важно, для чего они даются и можно ли выполнить с ними начатое дело»»23. «Монархический лозунг был поставлен ясно и определенно. Политическая же ориентация была известна в точности только верхам, — характеризовал армию А. И. Деникин. — Рядовому офицерству сообщалось, что Южная армия не имеет никаких обязательств в отношении немцев и «создается на деньги, занятые у русских капиталистов и у монархических организаций»»24. Доброволец Бинецкий вспоминал, что первоначально его полку ежедневно после вечерней поверки чины пели «Боже, Царя храни!», что «вызывало всевозможные толки как среди населения, так и среди добровольцев». В сентябре 1918 года исчезло и это внешнее проявление монархизма: «После приезда генерала Семенова гимн «Боже, Царя храни!» петь прекратили»25.
Для характеристики ситуации с формированием Южной армии и ее взаимоотношений с добровольцами показателен рапорт, отправленный из Воронежской губернии 27 августа (9 сентября) на имя начальника Военно-политического отдела Добровольческой армии полковника Я. М. Лисового. Под угрозой расформирования уже существовавшего к тому времени в Богучаре отряда поручика Филиппова, подчинявшегося Добровольческой армии, в Екатеринодар сообщалось: «Доношу, что в город Богучар Воронежской губернии прибыл генерал [В. В.] Семенов. Все городские учреждения объявлены губернскими. Потребовал от поручика Филиппова полного себе подчинения. С 1 (14) сентября Семенов вступает в управление губернией. Предварительно объявил: жалование офицерам рядовым — 400 рублей, ротным командирам — 700 рублей, солдатам-добровольцам — 90, мобилизованным солдатам — 18 рублей****. На днях будет объявлена мобилизация 18-го и 19-го годов. Обучение и формирование дивизии произойдет в Чертково. На днях будет объявлена мобилизация лошадей с целью создания кавалерийской бригады в 2000 коней. Сам Семенов будет жить в Кантемировке, откуда будет управлять губернией. Поручик Филиппов просит скорейшего командирования двух штаб-офицеров, ибо возможно, что генерал Семенов разобьет отряд по формируемым его частям. Вместе с ним об этом просит начальника штаба армии генерал [Е. Ф.] Эльснер.
На станции Чертково стоят два эшелона офицеров и солдат. Первых — 180 человек, вторых — 200, набранных генералом Семеновым. Офицеры в недоумении, зачем их сюда привезли. 21 августа (3 сентября) офицеры послали от себя одного офицера к генералу [М. В.] Алексееву узнать, что это за организация генерала Семенова и что им надо делать. Многие уже теперь дезертируют в Добровольческую армию, но отдано распоряжение Семеновым ловить их на станциях и в Новочеркасске. Можно организовать переход офицеров Семенова в Добровольческий отряд Филиппова. Офицеры Семенова на это сразу пойдут, если негласно объявить, что этот отряд часть Добровольческой армии»26.
Развитие событий осенью 1918 — зимой 1919 года показало, что, отказавшись от возглавления создаваемой на германские деньги Южной армии, Ф. А. Келлер не дал себя втянуть в комбинацию, изначально обреченную на неудачу и не запятнал своего имени сотрудничеством с врагом по Великой войне. Не случайно, что в письме генералу М. В. Алексееву Федор Артурович писал о немцах: «чистым намерениям их я не верю».
Но, несмотря на фактическую неудачу формирования Южная армия, тем не менее, оказала заметное влияние на ситуацию на фронте антибольшевистских сил во второй половине 1918 — начале 1919 года. Наряду с Астраханской и Русской народной, Южная армия привлекла в свои ряды немало добровольцев, которые в другой ситуации могли бы оказаться в рядах Добровольческой армии. Германия, финансируя монархические армии создаваемые непосредственно под ее покровительством, очевидно, стремилась создать на Юге России альтернативные Добровольческой армии, центры притяжения для офицерства и усилить раскол в антибольшевистском лагере. Основная цель заключалась в недопущении усиления Добровольческой армии. В конце августа — сентябре 1918 года, когда поставленные цели были отчасти достигнуты и выяснилось, что формирований армий несмотря на затраченные средства идет невысокими темпами, финансирование со стороны германского командования было свернуто.
Созданная в конце сентября приказом донского атамана Особая Южная армия, в состав которой вошли преобразованные в корпуса Южная, Астраханская и Русская народная армии, лишь в теории претендовала на роль альтернативной Добровольческой армии общероссийской силы. В событиях осени 1918 — зимы 1919 года она играла больше политическую роль, нежели военную.
Приток добровольцев и офицеров в прогерманские монархические армии летом-осенью 1918 года не оправдал надежд организаторов и не был большим (несмотря на более высокие оклады личного состава). Но их создание проходило в период тяжелых боев Добровольческой армии на Кубани и Донской армии на Царицынском направлении, когда вопрос о пополнении стоял особенно остро. Летом-осенью 1918 года были навсегда обескровлены лучшие полки Добровольческой армии: никогда более доля офицерского состава в них уже не была столь велика, как в начале 2-го Кубанского похода. Не случайно, что именно тогда А. И. Деникиным были проведены первые массовые мобилизации, а на фронте была начата постановка в строй пленных красноармейцев.
Именно поэтому даже относительно незначительный отток офицеров в прогерманские монархические армии имел для антибольшевистского фронта большое значение. Кроме того, наличие самого противостояния между контрреволюционными центрами негативно отразилось на настроениях офицерства — многие предпочли вовсе устраниться от участия в борьбе. И в этом смысле цели создателей армии достигли успеха.
В феврале-марте 1919 года большая часть сил Особой Южной армии, в которую помимо Воронежского входили Астраханский и Саратовский корпуса, была переформирована и вошла в состав 6-й пехотной дивизии и других частей Вооруженных сил Юга России27.

Примечания
1 Тальберг Н. Д.Рыцари монархии // Двуглавый Орел. Вып. 2. Париж, 1926. 24 декабря. С. 20.
2 Топорков С. Граф Ф. А. Келлер // Военно-исторический вестник. Париж, 1962. N 19. С. 19.
3 Казанович Б. Поездка из Добровольческой армии в «Красную Москву». Май-июль 1918 года // Архив русской революции. Т. VII. Берлин, 1922. С. 201.
4 Российский государственный военный архив (РГВА). Ф. 40 238. Оп. 2. Д. 34. Лл. 7−7 об.
5 См. например: Александров К. Октябрь для Кайзера. Заговор против России в 1917 г. // Посев. 2004. N 1. С. 37−39; N 2. С. 36−38.
6 Цветков В. Ж. «Интернациональный долг» в Гражданской войне // Посев. 1999. N 3. С. 36.
7 Там же. С. 38.
8 История дипломатии. Т. 3. М., 1965. Изд. 2-е. С. 110.
9 РГВА. Ф. 40 238. Оп. 1. Д. 1. Л. 16.
10 Там же. Д. 15. Лл. 1−3.
11 Там же. Л. 41 об.
12 Деникин А. И. Указ. соч. Т. 2. С. 510.
13 Государственный архив Российской Федерации (ГА РФ). Ф. 7030. Оп. 2. Д. 172. Л. 6.
14 Деникин А. И. Указ. соч. Т. 2. С. 511−512.
15 Там же. С. 696.
16 ГА РФ. Ф. 7030. Оп. 2. Д. 172. Лл. 10−13.
17 Авалов П. М.В борьбе с большевизмом. Воспоминания генерал-майора князя П. Авалова, бывшего командующего русско-немецкой Западной армией в Прибалтике. Глюкштадт; Гамбург, 1925. С. 46−47; Волков С. В. Белое движение. Энциклопедия гражданской войны. Спб.; М., 2003. С. 652.
18 Деникин А. И.Указ. соч. Т. 2. С. 512, 516.
19 ГА РФ. Ф. 7030. Оп. 2. Д. 172. Л. 16.
20 Деникин А. И.Указ. соч. Т. 2. С. 516.
21 Там же. С. 517.
22 ГА РФ. Ф. 7030. Оп. 2. Д. 172. Лл. 14−16.
23 Там же. Л. 10.
24 Деникин А. И.Указ. соч. Т. 2. С. 510.
25 ГА РФ. Ф. 6562. Оп. 1. Д. 3. Л. 39.
26 РГВА. Ф. 40 238. Оп. 2. Д. 8. Лл. 12−12 об.
27 Волков С. В.Указ. соч. С. 652−653.

* Заключенное 14 (27) августа 1918 года в Берлине дополнительное русско-германское финансовое соглашение обязывало Советскую Россию также уплатить Германии контрибуцию в размере 6 млрд марок (1,5 млрд погашались золотом и кредитными билетами, 1 млрд — поставками товаров и 2,5 млрд — специальными займами).
** Создание Астраханской армии началось в июле 1918 года, по инициативе ряда крайне правых организаций, тесно связанных с германским командованием. Формирование велось на Дону, в районе станицы Великокняжеской. Во главе армии находился астраханский атаман полковник Д. Д. Тундутов, политическое руководство осуществлял И. А. Добрынский. Название армии было дано из «теоретического предположения Тундутова комплектовать армию астраханскими казаками и калмыками по мере освобождения Астраханской губернии». Организаторам не удалось привлечь к руководству армией известных генералов (отказались принять командование генералы Н. И. Иванов и Ф. А. Келлер). Непосредственное участие в ее создании принял гетман П. П. Скоропадский, передавший на ее нужны значительные денежные средства из украинской казны. Как и другие прогерманские формирования на Юге России, сыграла свою роль в сокращении притока добровольцев в Добровольческую армию. Так, летом 1918 года, по призыву штабс-капитана В. Д. Парфенова в состав Астраханской армии перешло до 40 только что произведенных офицеров 1-го офицерского полка Добровольческой армии (через полтора месяца в рядах Астраханской армии из них осталось лишь восемь человек) ( Павлов В. Е.Марковцы в боях и походах за Россию в освободительной войне 1917−1920 гг. Кн. 1. Париж, 1962. С. 242−243). К августу в составе армии был сформирован батальон численностью в 400 штыков. Тогда же прекратилось финансирование со стороны немцев. 30 сентября (13 октября) приказом донского атамана П. Н. Краснова она была преобразована в Астраханский корпус Особой Южной армии. Во главе с полковником В. В. Тундутовым в конце 1918 — начале 1919 года он оборонял степи за Манычем. В начале 1919 года его численность составляла 3000 человек, из которых в феврале на фронте могло быть только 1753. Фактически в корпусе был сформирован лишь 1-й пехотный Астраханский полк. 12 (25) апреля корпус был расформирован, а его части вошли в состав Астраханской отдельной конной бригады и 6-й пехотной дивизии Вооруженных сил Юга России ( Антропов О. О.Астраханская армия: война и политика // Новый исторический вестник. 2001. N 1; Волков С. В.Белое движение. Энциклопедия гражданской войны. Спб.; М., 2003. С. 26; Деникин А. И.Очерки русской смуты. Т. 2. М., 2005. С. 507−510).
*** Русская народная армия формировалась летом 1918 года на севере Донской области при поддержке гетмана П. П. Скоропадского, передавшего на ее создание значительные суммы, и донского атамана П. Н. Краснова. Комплектовалась в основном за счет крестьян Саратовской губернии. Стоявший во главе армии полковник В. К. Манакин приказом донского атамана был назначен губернатором Саратовской губернии. 30 сентября (13 октября) приказом П. Н. Краснова она была преобразована в Саратовский корпус Особой Южной армии, который действовал в составе Донской армии на Царицынском направлении. Фактически в корпусе было лишь несколько полков небольшой численности, представлявших кадры ряда полков Русской Императорской армии (42-го пехотного Якутского, 187-го пехотного Аварского и других полков), несколько отдельных сотен, рот, эскадронов, а также технический батальон. Части корпуса понесли большие потери в боях. 15 (28) марта они были переформированы в Саратовскую отдельную бригаду, а позднее вошли в состав 6-й пехотной дивизии Вооруженных сил Юга России ( Волков С. В.Белое движение. Энциклопедия гражданской войны… С. 472−473; Деникин А. И.Указ. соч. Т. 2. С. 512, 696).
**** Для сравнения приведем некоторые данные о жаловании офицеров в Добровольческой армии. В первые месяцы ее существования (вплоть до лета 1918 года) в ней существовала своеобразная «контрактная система». «Четыре месяца службы; казарменное общее помещение; общее питание и жалование — 200 рублей офицерам, рядовым — соответственно меньше» ( Павлов В. Е.Указ. соч. Кн. 1. С. 57). Вербовочные центры Добровольческой армии, летом-осенью 1918 года при отправке офицера в армию выдавали ему пособие на проезд: не более 100 рублей холостому и не более 200 рублей семейному (РГВА. Ф. 40 238. Оп. 1. Д. 5. Л. 6).

Руслан Гагкуев, Сергей Балмасов

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Первая Мировая для России

Историк царствования Николая Второго Сергей Сергеевич Ольденбург пишет: «Самым трудным и самым забытым подвигом последнего царя в войне с Германией было то, что он, при невероятно тяжёлых условиях довёл Россию до порога победы. Его противники не дали ей переступить через этот порог».

Но ярче всего свидетельствует о тех роковых обстоятельствах Уинстон Черчилль, бывший в то время британским военным министром: «Ни к одной стране судьба не была так жестока, как к России. Её корабль пошёл ко дну, когда гавань была уже видна. Она уже пережила бурю, когда всё обрушилось. Все жертвы были уже принесены, вся работа завершена. Отчаяние и измена овладели властью, когда задача уже была выполнена. Долгие отступления окончены, снарядный голод побеждён, вооружение притекало широким потоком. Сильная, многочисленная и хорошо снабжённая армия сторожила огромный фронт… Никаких трудных действий уже не требовалось, только оставаться на посту, тяжёлым грузом давить на широко растянувшиеся германские линии; удерживать, не проявляя особой активности, слабеющие силы противника на всём фронте; одним словом — держаться; вот все, что стояло между Россией и плодами общей победы!..» Но эта гигантская работа Николая Второго была оценена и его врагами, и «между Государем, с одной стороны, и его армией и победой, с другой, стала революция», — пишет генерал Н.А.Лохвицкий.

Протоиерей Леонид Константинов

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Идеологическая война с Россией

Уже при царствовании Императора Николая Александровича был создан целый ряд лживых мифов, которые были призваны уничтожить не только Николая II, но и саму Россию. И сейчас миф о Николае II, как и миф о Великой Отечественной войне, лжив.

Как мифы о русской истории они призваны сыграть свою роль в развале России – идет идеологическая война с Россией, поэтому когда нам говорят, что Он развалил страну, надо смотреть на исторические факты: Он сделал все, чтобы страна стала великой, и не Он разваливал страну, а господа Родзянки, которые сидели за Его спиной и составляли заговоры, господа Гучковы, которые вступали в заговоры с английскими политиками, господа генералы Алексеевы, которые, вместо того чтобы служить своему Царю и выполнять Его приказы, якшались с думскими оппозиционерами и фактически потом окружили, арестовали Царя в Пскове. Вот на ком лежит ответственность, а не Императоре Николае II.

Понимаете, здесь есть еще очень важный аспект, который у нас забывают: Православный Царь – он же Божий помазанник; он может царствовать только над верноподданным народом. Избранный президент может править любым народом – это другая система. В системе Монархии обязательно должен быть диалог между народом и Монархом. Когда этот диалог есть – есть и Монархия.

Пётр Валентинович Мультатули, историк

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

 

Что думали классики марксизма о России

«Россия стала колоссом, не перестающим вызывать удивление. Россия – это единственное в своем роде явление в истории: страшно могущество этой огромной Империи… в мiровом масштабе». «В России, у этого деспотического правительства, у этой варварской расы, имеется такая энергия и активность, которых тщетно было бы искать у монархий более старых государств». «Славянские варвары – природные контрреволюционеры», «особенные враги демократии».

К. Маркс в «Новой Рейнской газете» (органе «Союза коммунистов»)

Марксу вторил Энгельс: Необходима «безжалостная борьба не на жизнь, а на смерть с изменническим, предательским по отношению к революции славянством… истребительная война и безудержный террор». «Кровавой местью отплатит славянским варварам всеобщая война». «Да, ближайшая всемiрная война сотрет с лица земли не только реакционные классы и династии, но и целые реакционные народы, – и это также будет прогрессом!».

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

И.Л. Солоневичъ «Цареубійцы»

«Надъ десятками милліоновъ большевицкихъ убійствъ какимъ-то страшнымъ, символическимъ рекордомъ, непревзойденнымъ по своей гнусности «высшимъ достиженіемъ» большевизма — маячитъ и будетъ маячить въ векахъ убійство Государя Императора и его Семьи. Здѣсь нельзя говорить даже о разстрѣлѣ — эта казнь предполагаетъ судъ. Людовикъ XVI предсталъ передъ какимъ-то — пусть и неправомочнымъ, но всё-таки судомъ. Людовику были предъявлены какіе-то — не совсѣмъ ужъ вымышленные — обвиненія въ сношеніяхъ съ «иностранными интервентами» и въ попыткѣ отстоять свой престолъ штыками иностранныхъ монарховъ. Николай II никакихъ «интервенцій» не предпринималъ. Ни въ какихъ «заговорахъ противъ республики» не участвовалъ. Никакихъ обвиненій ему предъявлено не было, и никакимъ судомъ онъ судимъ не былъ. Это было убійство — исключительное по своей жестокости и гнусности: убійство дѣтей на глазахъ отца, и матери — на глазахъ дѣтей. Это убійство лежитъ тяжелымъ и кровавымъ пятномъ на совѣсти русскаго народа, и въ особенности на совѣсти тѣхъ, кто въ свое время былъ близокъ къ Государю»

И.Л. Солоневичъ «Цареубійцы»

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Рассекреченные телеграммы Ленина и выдержки из его многотомных сочинений, от которых стынет кровь

«…Прекрасный план! Доканчивайте его вместе с Дзержинским. Под видом „зелёных“ (мы потом на них свалим) пройдём на 10—20 вёрст и перевешаем кулаков, попов, помещиков. Премия: 100.000 р. за повешенного…»
Литвин А. Л. «Красный и Белый террор в России в 1917—1922 годах»
«Война не на жизнь, а на смерть богатым и прихлебателям, буржуазным интеллигентам… с ними надо расправляться, при малейшем нарушении… В одном месте посадят в тюрьму… В другом — поставят их чистить сортиры. В третьем — снабдят их, по отбытии карцера, желтыми билетами… В четвертом — расстреляют на месте… Чем разнообразнее, тем лучше, тем богаче будет общий опыт…»
24 – 27 декабря 1917 г. (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 35. С. 200, 201, 204. — Из работы «Как организовать соревнование?»)
«…Можете ли вы еще передать Теру, чтобы он всё приготовил для сожжения Баку полностью, в случае нашествия, и чтобы печатно объявил это в Баку».
3 июня 1918 г. (Волкогонов Д.А. Ленин. Политический портрет. Ленинское рукописное распоряжение председателю Бакинской ЧК С. Тер-Габриэляну)
«Пенза, Губисполком. …провести беспощадный массовый террор против кулаков, попов и белогвардейцев; сомнительных запереть в концентрационный лагерь вне города».
9 августа 1918 г. (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 50. С. 143-144).
«Товарищам Кураеву, Бош, Минкину и другим пензенским коммунистам.
Товарищи! Восстание пяти волостей кулачья должно повести к беспощадному подавлению. Этого требует интерес всей революции, ибо теперь взят «последний решительный бой» с кулачьем. Образец надо дать.
Повесить (непременно повесить, дабы народ видел) не меньше 100 заведомых кулаков, богатеев, кровопийц.
Опубликовать их имена.
Отнять у них весь хлеб.
Назначить заложников — согласно вчерашней телеграмме.
Сделать так, чтобы на сотни верст кругом народ видел, трепетал, знал, кричал: душат и задушат кровопийц кулаков.
Телеграфируйте получение и исполнение.
Ваш Ленин».
(Латышев А.Г. Рассекреченный Ленин. М., 1996. С. 57.).
«Саратов, (уполномоченному Наркомпрода) Пайкесу. …советую назначать своих начальников и расстреливать заговорщиков и колеблющихся, никого не спрашивая и не допуская идиотской волокиты».
22 августа 1918 г. (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 50. С. 165).
«Свияжск, Троцкому.
Удивлен и встревожен замедлением операции против Казани, особенно если верно сообщенное мне, что вы имеете полную возможность артиллерией уничтожить противника. По-моему, нельзя жалеть города и откладывать дольше, ибо необходимо беспощадное истребление…»
10 сентября 1918 г. (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т.50. С. 178).
«Насчет иностранцев советую не спешить высылкой. Не лучше ли в концентрлагерь…»
3 июня 1919 г. (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 50. С. 335).
«Всех, проживающих на территории РСФСР иностранных поданных из рядов буржуазии тех государств, которые ведут против нас враждебные и военные действия, в возрасте от 17 до 55 лет заключить в концентрационные лагеря…»
(Латышев А.Г. Рассекреченный Ленин. М., 1996, С. 56).
«…крестьяне далеко не все понимают, что свободная торговля хлебом есть государственное преступление. «Я хлеб произвел, это мой продукт, и я имею право им торговать» — так рассуждает крестьянин, по привычке, по старине. А мы говорим, что это государственное преступление».
19 ноября 1919 г. (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 39. С. 315).
«Т. Луначарскому
… Все театры советую положить в гроб.
Наркому просвещения надлежит заниматься не театром, а обучением грамоте».
Ленин, 26 августа 1921 г. (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 53. С. 142.)
«… я прихожу к безусловному выводу, что мы должны именно теперь дать самое решительное и беспощадное сражение черносотенному духовенству и подавить его сопротивление с такой жестокостью, чтобы они не забыли этого в течение нескольких десятилетий…
Чем большее число представителей реакционного духовенства и реакционной буржуазии удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше».
19 марта 1922 г. (Известия ЦК КПСС. 1990. № 4. С. 190—193).
«…Принять военные меры, т.е. постараться наказать Латвию и Эстляндию военным образом (например, «на плечах» Балаховича перейти где-либо границу на 1 версту и повесить там 100 –1000 их чиновников и богачей)».
Ленин, август 1920 г. (Латышев А.Г. Рассекреченный Ленин. М., 1996).
«…Суд должен не устранить террор; обещать это было бы самообманом или обманом, а обосновать и узаконить его принципиально, ясно, без фальши и без прикрас».
17 мая 1922 г. (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 45. С. 190).

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

И.Л. Солоневич «Великая фальшивка февраля»

«Самое занятное то, что в феврале 1917 года никакой революции в России не было вообще: был дворцовый заговор. Заговор был организован:

а) земельной знатью, при участии или согласии некоторых членов династии — тут главную роль сыграл Родзянко;
б) денежной знатью — А. Гучков и
в) военной знатью — ген. М. Алексеев.

У каждой из этих групп были совершенно определенные интересы. Эти интересы противоречили друг другу, противоречили интересам страны и противоречили интересам армии и победы — но никто не организует государственного переворота под влиянием плохого пищеварения. Заговор был организован по лучшим традициям XVIII века, и основная ошибка декабристов была избегнута: декабристы сделали оплошность — вызвали на Сенатскую площадь массу. Большевистский историк проф. Покровский скорбно отмечает, что Императора Николая Первого «спас мужик в гвардейском мундире». И он так же скорбно говорит, что появление солдатского караула могло спасти и Императора Павла Первого.

Основная стратегическая задача переворота заключалась в том, чтобы изолировать Государя Императора и от армии и от «массы», что и проделал ген. М. Алексеев. Самую основную роль в этом перевороте сыграл А. Гучков. Его техническим исполнителем был ген. М. Алексеев, а М. Родзянко играл роль, так сказать, слона на побегушках. Левые во всем этом были абсолютно ни при чем. И только после отречения Государя Императора они кое-как, постепенно пришли в действие: Милюков, Керенский, Совдепы и, наконец, Ленин — по тем же приблизительно законам, по каким развивается всякая настоящая революция. Но это пришло позже — в апреле—мае 1917 года. В феврале же был переворот, организованный, как об этом сказали бы члены СБОНРа или Лиги, «помещиками, фабрикантами и генералами».

И.Л. Солоневич «Великая фальшивка февраля»

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Повторно репрессированные

Моя заметка о презентации книги «Жизнь купецкая», недавно состоявшейся в Нижнем Новгороде, вызвала не только благожелательные отклики. В одном из них прозвучала попытка взять под защиту (а точнее, вывести из-под критики) краеведа Игоря Макарова, автора целого ряда публикаций о нижегородском купечестве. Автор отклика в довольно эмоциональной форме заявила, что, упрекая Макарова в предвзятости и некорректности многих оценок, я был не справедлив к нему, а купцы, мол, вовсе и не были «белыми и пушистыми», а были «жесткими дельцами», и поэтому, мол, все, что о них написано упомянутым краеведом, – истинная правда.

Перечитав еще раз книгу Макарова «Карман России» (а именно на нее я ссылался как на образчик необъективности и тенденциозности), я еще раз убедился, что все написанное о книге и ее авторе соответствует действительности.
Итак, книга «Карман России», Нижний Новгород: 2006 г. Уже в первой главе автор берет быка за рога и не жалеет красок для очернения родоначальников самого, пожалуй, именитого купеческого рода, Башкировых. Зачастую стиль книги развязный и беспардонный, смысл – оскорбительный. Матвей и Емельян Григорьевичи, в представлении краеведа, не просто «сообразительные, практичные и тароватые», они – самые настоящие жулики, и здесь, мол, и надо искать истоки их будущего успеха на ниве коммерции и производства.

Емельян «ухитрялся всякую заваль продавать за красную цену», Матвей «умел ловко объегоривать покупателей». Из чего сии выводы следуют, не сообщается.

Третий брат – об этом наш исследователь знает точно – и вовсе считался в семье за «Иванушку дурачка».
Но вот «сообразительные и тароватые» решают выкупиться у помещицы на волю. Генеральша идет навстречу и в 1847 году жалует вольные Матвею и Емельяну, соответственно, за 4000 и 8000 рублей. Замечу, что при крепостном праве крестьяне отпускались на волю не просто в силу нужды барина в деньгах. Богатый и предприимчивый крепостной – сам по себе хороший источник дохода. Обычно вольная давалась за те или иные «особые заслуги».
Характерный штрих: Матвей и Емельян, по словам автора книги, и не думают освободить от крепостной неволи отца и брата. И тут Макаров знает, кто о чем думал. Причина же, по его убеждению, может быть только одна – движимые корыстью Матвей и Емельян в освобождении близких не видели для себя проку, а на добрый поступок даже в отношении отца и брата были не способны.
Чтобы на счет подобных домыслов у читателя не осталось никаких сомнений, краевед подробнейшим образом описывает денежную тяжбу между генеральшей и обретшими гражданскую свободу крестьянами. В этом споре Макаров однозначно на стороне бывшей хозяйки: она – жертва обмана, Башкировы – мошенники и жулики. И ничего, что суд не нашел в их действиях состава преступления (а лишь встал, да и то после генеральской апелляции, на сторону помещицы в споре о суммах аренды), все равно Башкировы – воры. Почему? Да скорее всего, давали судьям взятки, как же иначе?
Та же мнимая причина покладистости судей в пользу Башкирова (Матвея) приводится и в описании хозяйственного спора Матвея Емельяновича с саратовскими купцами. И вновь во внимание принимаются только доводы противной стороны – оппонентов Башкирова. И хотя суд вновь не нашел в их поведении ничего криминального, Макаров, повинуясь обвинительному настою, сам спешит вынести приговор: Башкировы – воры.
Примеров тенденциозности и откровенных натяжек в книге «Карман России» хоть пруд пруди. С поистине хлестаковской легкостью Макаров рядит и судит, отпуская по адресу нижегородского купечества ярлыки один оскорбительней другого. Вот лексика, которую автор книги без достаточных на то оснований употребляет по адресу Емельяна Григорьевича Башкирова. «Не менее вороватый», «карабкался к богатству», «неуемный», при размышлении о пути к его богатству «становится по-настоящему страшно», «деформированная мораль», «готовый в любую минуту запустить руку в чужой карман», «буквально трясся над каждой копейкой», «скаредность стала неотъемлемой чертой его бытия», «чудовищная скупость», «живоглот-мукомол». В подкреплении этих выпадов и инсинуаций Макаров приводит пару анекдотов, еще в советские времена затерявшихся в фондах музея М. Горького.
На старшего сына, Николая Емельяновича, отыскать даже такого компромата, видимо, не удалось. Но не изменять же выбранному вектору! И вот уже старшему представителю второй ветви Башкировых приписаны «две пагубные страсти» – «многочисленные любовницы и непомерное чревоугодие». Источником названы воспоминания некоего Кокушкина, сына механика башкировской мельницы. Правда, там, если судить по книге, описан всего один случай обильной трапезы Николая Емельновича. Но для заданной автором цели годится все – анекдот, субъективные суждения (возможно пристрастные и лживые), а когда и они отсутствуют, можно просто взять и усилить образ собственными крепкими ярлыками.
Все это в изобилии присутствует в описании личности и деятельности среднего из Емельяновичей – Якова.
Ограничусь и здесь набором самых ярких «эпитетов», которыми г-н Макаров азартно и, не особенно заботясь о доказательствах, сыплет на голову одного из самых уважаемых в Нижнем Новгороде промышленников, заслуженно снискавшего признание и почет у населения и властей своей плодотворной общественной работой и небывало щедрой благотворительностью.
Вот лишь некоторые из макаровских «перлов»: «купчина», «с думцами обращался столь же бесцеремонно, как и со служившими у него приказчиками» (из чего это следует? – Авт.), «похвальба богатого сноба»…
Чтобы придать памфлету хотя бы видимость объективности, Макаров довольно подробно перечисляет достижения и заслуги Якова Башкирова. Его паровая мельница («Макарьевская») была образцовым предприятием. Яков Емельянович щедро жертвует на нужды образования, строит школы и храмы, попечительствует Кулибинскому речному училищу. В 1900-е годы он один из инициаторов и спонсоров постройки памятника императору Александру II, член комитета помощи больным и раненым воинам в русско-японскую войну…
Подчеркнем, что все благодеяния Башкирова-среднего перечислить сложно. Он удостоен четырех золотых медалей «За усердие», нескольких царских орденов, звания мануфактур-советника, много сроков подряд избирался гласным Городской думы. Одному из немногих ему пожаловано звание Почетного гражданина Нижнего Новгорода (среди таковых значились, к примеру, губернатор Баранов, министр Витте, купец-меценат Бугров) и – большая редкость для купцов – потомственного дворянина.
Все это невозможно замочать, поскольку легко отыщется в справочных книжках и адрес-календарях. Но как же не добавить к этому – даже не ложку, а целый ушат – дегтя. Несмотря ни на что, Яков Башкиров для нашего горе-биографа – «ни умом, ни образованием не блистал». Ладно, образованием (хотя это, скорее, в плюс великому нижегородцу, добившемуся столь многого вопреки недостатку грамотности). Но то, что Яков Емельянович не блистал умом – тут господин Макаров и впрямь зарапортовался.
Подтвердить инсинуацию автор книги «Карман России» не может и компенсирует это сочной лексикой: «изображал деятеля правого толка», «здорово обмишулился», «выжига-купец», «свои миллионы
зарабатывал… сводничеством».
Может быть, опускаясь до таких «свидетельств», Макаров располагает заслуживающими доверия источниками. Или, может быть, сам стоял со свечой, где надо? Ни того, ни другого. Однако без зазрения совести он может написать так: «Никакие комплексы вины не тревожили душу богатея – Башкиров хорошо запомнил услышанную еще в детстве от отца истину: стыд не дым – глаза не ест».
В книге Макарова перед читателем проходит целая череда русских купцов XIX-XX столетий. Вырисовывается этакий собирательный образ купца-«живоглота», «выжиги», «прохиндея», безнравственного и неразборчивого в средствах стяжателя, часто нечистоплотного в семье и быту. Подобными эпитетами автор награждает не только Башкировых, но и многих других уважаемых в то время деятелей Нижнего Новгорода (например, Д.В. Сироткина, С.И. Жукова).
Книге присущи не только тенденциозность, но и в определенном смысле односторонность. Отмечу, что предисловие к ней написано Б.М. Пудаловым, ныне руководителем областной архивной службы. К слову, перу Бориса Моисеевича также принадлежит книга, где нижегородскому купечеству уделено немалое внимание. Называется она «Евреи Нижнего Новгорода». Там, как следует из заголовка, идет речь не о купцах, вообще, а лишь одной из групп этого сословия. В этой книге не найти ни фактуры, ни лексики, отобранных соработником автора Макаровым для прочих групп. Книга Пудалова выдержана в хвалебных тонах, и лексика в ней совершенно иная.
Характерно и то, что Макаров попросту исключил названную этническую группу из своего «исследования». А между тем, купцы еврейской национальности были густо представлены в торгово-промышленном классе Нижегородской губернии в начале XX века. Опровергая миф о еврейском бесправии и угнетении, правая газета «Козьма Минин» в номере от 22 февраля 1914 г. напечатала список нижегородцев – купцов 1-й гильдии и потомственных почетных граждан. В списке мы видим характерные имена и фамилии: Лейзерт Аврух, Мейер Алешников, Бейля Берхина, Ефроим Брусин, Давид Виленкин, Шмуйла Виленкин, Ехиель Воронов, М. Гуревич, Симон Гуревич, Мовша Гинзбург, Лейзер Гинзбург, Елья Глинкин, Моисей Гринвальд, Вульф Дембо, Иуда Миркин, Шмерка Мнухин, Иссак Минц, Шая Неймарк, Григорий Поляк и так далее по алфавиту. Из 56 составивших перечень богатейших купцов только четверо оказались русскими. Не берусь утверждать, что обнародованные органом губернского отдела Союза русского народа данные дают исчерпывающую информацию о деловых кругах Нижнего Новгорода той поры. Но факт большого и даже несоразмерного с долей евреев в населении участия их в экономической жизни края очевиден (подробнее об этом:
https://smiroslav.livejournal.com/tag/%D0%A0%D0%9A%D0%9F(%D0%B1)
Можно согласиться с тем, что всякая идеализация противоречит исторической правде. В полной мере это относится и к нижегородскому купечеству, и к любым другим группам, сословиям, профессиям.

Станислав Смирнов

для Русской Стратегии

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Забытые герои Великой войны: Михаил Дроздовский (к 100-летию памяти)

Когда его, уже умирающего, в полубессознательном состоянии, верные офицеры, раненые сами, несли на носилках по улицам Ростова, боясь, что иная транспортировка доставит ему слишком непереносимую боль, казаки-атаманцы выстраивались по обе стороны улицы, отдавая герою честь, а толпы людей шли следом… Ему не было и сорока лет. Его рана – царапина на ноге – была пустяковой. Но в Добровольческой армии в тот момент почти не было ни йода, ни чистых бинтов. И, вот, рыцарь без страха и упрёка, герой трёх войн умирал от гангрены и… от бесконечного горя по своей разрушенной и полонённой стране, в которой таким, как он, уже не оставалось места…
Михаил Гордеевич Дроздовский родился 19 (7) октября 1881 г. в Киеве в дворянской семье. Его отец был участником обороны Севастополя и воспитывал сына в духе верности Отечеству и Государю. Дроздовский окончил Владимирский Киевский кадетский корпус и Павловское военное училище в Санкт-Петербурге, став первым по успеваемости среди юнкеров своего выпуска.
Начатое обучение в Николаевской академии Генштаба Дроздовский прервал, дабы отправиться на фронт Русско-японской войны. Здесь, сражаясь в рядах 34-го Восточно-Сибирского полка, отличился в боях у деревень Хейгоутай и Безымянной (Семапу), где был ранен в бедро. По возвращении с войны окончил Академию Генштаба и был произведён в чин штабс-капитана. В 1913 г. Михаил Гордеевич окончил Севастопольскую офицерскую школу авиации, где с 13 июля по 3 октября изучил воздушное наблюдение и прошёл полный курс обучения лётчика-наблюдателя. Он также получил некоторые навыки морской службы, выходя в море на броненоносце на боевую стрельбу, бороздя глубины на подводной лодке и спускаясь под воду в водолазном костюме.
С началом Великой войны Дроздовский был назначен помощником начальника общего отдела штаба Северо-Западного фронта, но вскоре по собственному желанию был переведён в действующую армию в должности обер-офицера для поручений при штабе 27-го армейского корпуса. Ещё четыре месяца спустя Михаил Гордеевич был назначен штаб-офицером для поручений при штабе 26-го армейского корпуса. Тяжёлые дни отступления застали его в должности начальника штаба 64-й пехотной дивизии. В ту пору Дроздовский сумел сохранить боеспособность понёсших большие потери в боях полков. 1 июля 1915 г., в самый разгар боёв, за отличия в делах против неприятеля награждён орденом Св. Равноапостольного Князя Владимира 4-й ст. с мечами и бантом.
В августе 1915 г. после тяжёлых боёв у Вильно немцы пошли в атаку, поставив под угрозу штаб 60-й пехотной дивизии. Михаил Гордеевич срочно собрал и лично возглавил отряд конвойцев, телефонистов, санитаров, сапёров общей численностью чуть более сотни бойцов с двумя пулемётами и в штыковой атаке опрокинул германских егерей, только что сбивших русский караул у переправы. Эту переправу импровизированный отряд удерживали вплоть до уничтожения моста сапёрами, отбив несколько сильных атак с другого берега реки. За этот бой Дроздовский был представлен к почётному Георгиевскому оружию «за то, что, принимая непосредственное участие в бою 20 августа 1915 года у м[естечка] Ораны, произвёл под действительным артиллерийским и ружейным огнём рекогносцировку переправы через Меречанку, руководя форсированием её, а затем, оценив возможность захвата северной окраины м[естечка] Ораны, лично руководил атакой частями (253-го пехотного) Перекопского полка и умелым выбором позиции способствовал действиям нашей пехоты, отбившей в течение пяти дней наступавшие части превосходящих сил противника».

В 1916 г. Дроздовский принимал активное участие в карпатских боях, постоянно находясь на передовой и координируя действия полков. 31 августа 1916 г. он лично руководил атакой на гору Капуль. «Атака носила характер стремительного, безудержного натиска, — вспоминал один из её участников. — Но когда передовые цепи под действием смертоносного огня в упор, захлебнувшись, залегли перед проволокой, подполковник Дроздовский, приказав двинуть на помощь новый резерв, поднял залёгшие цепи, и с криком «Вперёд, братцы!», с обнажённой головой бросился впереди атакующих». В том бою Михаил Гордеевич был ранен в руку, а за проявленную доблесть получил орден Св. Георгия 4-й ст.
Ранение оказалось серьёзным, правая рука так и осталось полупарализованной. Медицинская комиссия вынесла решение о невозможности дальнейшей строевой службы для увечного офицера, но Дроздовский добился разрешения вернуться на фронт и был назначен исполняющим должность начальника штаба 15-й пехотной дивизии на Румынском фронте.

Позже Михаил Гордеевич получил под своё начало 60-й Замосцкий пехотный полк той же дивизии.
К тому моменту Россия уже билась в революционных судорогах. Убеждённый монархист, Дроздовский воспринял отречение Государя, как настоящую трагедию. «Теперь положительно ни за один день нельзя положиться, и с создавшейся у нас демагогией каждый день можно ждать какой-нибудь грандиозной боевой катастрофы… В общем перспективы очень грустные, резко упала дисциплина под влиянием безнаказанности, и впереди многое рисуется в мрачных тонах», — писал он в дневнике в апреле 1917 г.
Полк Дроздовского оставался одним из наиболее боеспособных и дисциплинированных в Русской Армии. Не размениваясь на миндальничанье, не заигрывая с новыми «веяниями», Михаил Гордеевич не останавливался перед расстрелом дезертиров и использованием заградотрядов из разведчиков. В июле полковник лично участвовал в прорыве немецкой позиции.

Не менее отважно сражался Дроздовский и на другом фронте. Весной 1917 г. на съезде делегатов Румынского фронта, Черноморского флота и Одесского военного округа в комиссиях и на пленуме съезда он сумел провести свою резолюцию о запрещении солдатским комитетам вмешиваться в оперативные распоряжения командного состава. Пленум съезда, состоявший преимущественно из эсеров, подчинился силе воли и логике мышления полковника-монархиста и проголосовал за резолюцию.

В декабре 1918 г. Михаил Гордеевич был назначен начальником 14-й пехотной дивизии. Однако, служить под владычеством большевиков, называемых им «игом хуже татарского», он уже не мог. Узнав о создании на Дону Добровольческой армии, полковник принял решение создать свой добровольческий корпус и прорываться на Дон. Генерал Щербачёв, в подчинение которого входила дивизия Дроздовского, и другие старшие начальники смелого плана не поддержали. Однако, Михаил Гордеевич вместе с молодыми офицерами всё же начал формирование своего отряда. В январе 1918 г. он насчитывал порядка двухсот сабель. Боеприпасы и снаряжение уже тогда добывались в стычках с пробольшевистскими частями. В итоге к 20 февраля в распоряжении Дроздовского было большое количество артиллерии и пулемётов, 15 бронемашин, легковые и грузовые автомобили, радиостанция и много другого имущества, часть которого Дроздовцы, отправляясь в поход, были вынуждены продать.

С началом Ледяного похода связь с Добровольческой армией прервалась. Командование Румынским фронтом окончательно остыло к идее соединения с ней и подписало приказ о роспуске добровольческих бригад. Но Дроздовский в отличие от других командиров приказу не подчинился и всё же сформировал отряд в 800 человек. Генерал Щербачёв в конце концов одобрил эти действия – правда, уже совсем незадолго до выступления Дроздовцев в поход…

Поход Яссы-Дон начался в марте и завершился в мае 1918 г. За это время Добровольцы Дроздовского совершили 1200-вёрстный поход из Ясс до Новочеркасска, пробиваясь сквозь заслоны румынских войск, пресекая реквизиции и насилие, уничтожая встречавшиеся на пути отряды большевиков и дезертиров…

В ту раннюю пору борьбы лишь очень немногие верные Отечеству офицеры примыкали по пути к «дроздовцам». Кроме них отряд пополнился 300-стами пленными красноармейцами, в дальнейшем проявивших себя в боях достойнейшим образом.

Михаил Гордеевич добился своего. Он добрался до Дона и силами своего малочисленного отряда смог освободить занятые большевиками Ростов и Новочерскасск, после чего предоставил свою дивизию в распоряжение командования Добровольческой армии.

Воин-аскет, требовательный и к себе, и к другим, рыцарь своего Отечества и Престола, необходимость восстановления которого он никогда не боялся и не стеснялся отстаивать, человек глубоко принципиальный и щепетильный, отважный и ничего не искавший для себя, он не вызывал той любви, которой пользуются отцы-командиры, подобные Суворову, но вызывал к себе бесконечное уважение, восхищение и умел подчинять – своей железной волей.
Эта железная воля, преодолевавшая всё, не смогла преодолеть одного – гангрены. Гангрены, пожиравшей его собственный молодой и сильный организм. И гангрены, заживо пожиравшей его Россию.

Генерального штаба генерал-майор Михаил Гордеевич Дроздовский, создатель, пожалуй, самой прославленной части Добровольческой армии, скончался 1 января 1919 г. В своём дневнике он писал: «Только смелость и твердая воля творят большие дела. Только непреклонное решение дает успех и победу. Будем же и впредь, в грядущей борьбе, смело ставить себе высокие цели, стремиться к достижению их с железным упорством, предпочитая славную гибель позорному отказу от борьбы».

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

АВГУСТЕЙШИЙ АТАМАН ВСЕХ КАЗАЧЬИХ ВОЙСК НИКОЛАЙ II (ВИДЕО)

Редкие кадры джигитовки — еще тех, царских казаков.

Верные воины России, потомственные военные — казаки — были уничтожены коммунистической властью как класс — уничтожены с особой жестокостью и методичностью. Те, кто вынужден был эмигрировать , никогда не смогли вернуться. В Европе они потрясали своим искусством верховой езды.

Большим поклонником казачьего искусства верховой езды был Наполеон Бонапарт. В своих воспоминаниях о войне 1812 года с Россией он писал:

« — казаки имели свою собственную систему подготовки и тренировки боевых коней, но ещё одним секретом их сокрушительных атак была джигитовка…..»,

« — надо отдать справедливость казакам, это они доставили успех России в этой кампании. Казаки — это самые лучшие лёгкие войска среди всех существующих. Если бы я имел их в своей армии, я прошёл бы с ними весь мир».

Название «Джигитовка» происходит от тюркского джигит — лихой и квалифицированный всадник (наездник). Джигитовка практиковалась как боевое искусство казаками, народами Кавказа и Центральной Азии. Следует подчеркнуть, что, несмотря на кавказское происхождение слова «джигитовка», практическое его наполнение сугубо российское, казачье. Именно казаки, отличаясь высоким индивидуальным боевым мастерством, перенимали и развивали самые лихие и эффективные боевые приемы у народов, с которыми они дружили или воевали.
Джигитовка- это чисто российское явление в конном деле, вклад в которое внесли многие народы, входившие в состав Российской Империи.

Джигитовка была обязательной для подростков-казачат. Перед военной службой они принимали участие в скачках, рубке лозы и турнирах по джигитовке. Награды за джигитовку сохранились в некоторых семьях казаков.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Петр Николаевич Краснов. Памяти Императорской русской армии

Генералъ Красновъ вспоминаетъ, какъ въ январѣ 1907 года Государь захотѣлъ показать наслѣдника лейбъ-гвардіи Атаманскому полку: «Государь взялъ на руки наслѣдника и медленно пошелъ съ нимъ вдоль фронта казаковъ. Я стоялъ на флангѣ третьей сотни и вдругъ замѣтилъ, что шашки въ рукахъ казаковъ первыхъ двухъ сотенъ качались. Досада сжала мое сердцѣ: «Неужели устали? Этакіе бабы! Разморились!» Государь подошелъ къ флангу моей сотни и поздоровался съ ней. Я пошелъ за нимъ и смотрѣлъ въ глаза казакамъ, чтобы у меня въ моей вымуштрованной сотнѣ не было шатанія шашекъ. И тутъ я замѣтилъ, какъ по лицу бородача старообрядца, красавца-вахмистра потекли непроизвольные слезы. И по мѣрѣ того, какъ Государь шелъ съ Наследъникомъ вдоль фронта, плакали казаки, и качались шашки въ грубыхъ мозолистыхъ рукахъ, и остановить это качаніе я не могъ и не хотѣлъ».

Петр Николаевич Краснов. Памяти Императорской русской армии

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Из воспоминаний современников о Государе

«Помню …один совершенно исключительный случай, говорящий о необычайной деликатности Государя. Накануне я стоял «собаку», то есть вахту, от двенадцати до четырех часов ночи, и Его Величество, выйдя в первом часу ночи на палубу, пожелал мне спокойной вахты.

Утром он обратился к вахтерному начальнику, прося его вызвать меня для прогулки на двойке, но потом, вспомнив, что я стоял «собаку», сказал, что не надо меня будить. По возвращении с прогулки все сопровождавшие Государя приглашались к чаю — подавалась чудная простокваша, молоко и фрукты. Государь сам обращал внимание на то, кто что ест, и приказывал Великим Княжнам угощать нас и сам же нередко рассказывал с большим юмором воспоминания о своих посещениях, когда он был еще Наследником, иностранных государств. В обращении с матросами и нижними чинами чувствовалась неподдельная, искренняя любовь к простому русскому человеку. Это был поистине отец своего народа».

Из воспоминаний Н.Д. Семенова-Тян-Шанского.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

В 1920 году Ленин разрешил аборты, и весь 20-ый век страна переживала проклятие.

В дореволюционной России за аборт, как за убийство, ссылали на каторгу в Сибирь. В 1920 году Лениным были узаконены аборты — впервые на Земле. Весь мир ахнул: на Святой Руси будет законно проливаться кровь невинных младенцев!

Один из зарубежных гинекологов, провидя будущее, сказал, что когда аборт будет производиться так же легко, как удаление зуба, наступит крайняя степень нравственного падения людей. И вот в состоянии такого нравственного падения мир существует почти восемь десятилетий.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

 

Маркс и Энгельс о Русских и Славянах

Марксизм, будучи именно западным течением, впитал в себя внутреннюю враждебность к России. Например, Маркс писал, что «не в суровом героизме норманнской эпохи, а в кровавой трясине монгольского рабства зародилась Москва. А современная Россия является ничем иным, как преобразованной Московией». Причем эти высказывания Маркса были настолько яркими, что их даже не печатали в собрании сочинений Маркса.

Координальную близость к западной цивилизации можно видеть в марксизме, в его отношении к крестьянству. Согласно их основным принципам, в «Коммунистическом Манифесте» можно прочитать, что «общество все более раскалывается на два больших враждебных» лагеря, на два больших стоящих друг против друга класса: буржуазию и пролетариат. То есть крестьянству в этой картине вообще не остается места. Схема марксизма современная разворачивается, только тогда, когда крестьянства нет, когда оно частью превратилась в пролетариев, а частью в мелкую буржуазию. Это соответствует и взгляду западной цивилизации — крестьянство там фактически уничтожается, и даже рассматривается как посторонний элемент.

Занятие сельским хозяйством играет роль такую же как работа с опасными, радиоактивными материалами. Например, в Соединенных Штатах на земле заняты 3-4 процента населения, но это неверно, что такая часть усилий на это тратится: от 25 до 30 процентов экономики работает на сельское хозяйство — машиностроительная промышленность, химическая промышленность и т.д. Но от этого «опасного» контакта с природой максимальное количество людей защищено. И также написано в «Коммунистическом Манифесте», что первые меры, которые должны быть приняты после прихода к власти, после осуществления пролетарской революции — это создание трудовых армий, причем особенно, в деревне, это в точности тот рецепт, который был у нас осуществлен. Были созданы трударми Троцкого.

И крестьянство во всем марксизме воспринималось, как враждебная помеха. Во-первых, и Маркс, и все его последователи указывали вплоть до Ленина, что неудачи всех попыток пролетарской революции, которые были раньше, включая Парижскую Коммуну, были связаны с предательством «сельской буржуазии», т.е. подразумевалось предательства крестьянства. И в принципе, это бы не укладывающийся в логику класс. Есть письмо Маркса, в котором он называет крестьянство, «неправильным» или «неудобным» классом.

Какие эпитеты Маркс и Энгельс употребляют по отношению к крестьянству? Это «варвары среди цивилизации», «это варварская раса», «это озорная шутка всемирной истории», «непонятный иероглиф для цивилизованного мира», говорится об «идиотизме деревенской жизни» и т.д.

С этой и других точек зрения марксизм является чисто западнической теорией. И только является радикальной веткой идеологии западной цивилизации. Когда он творился активно, то имелось в виду, что в будущем он победит, как революция в наиболее развитой стране — это в Англии. Когда Чартистское движение не привело к революции, то стали думать о революции в Германии, в Германии не удалась, тогда революция во Франции — Парижская коммуна. И когда она не удалась, тогда были действительно у Маркса, с отчаяния попытки увидеть начало революционной деятельности в России. Но не как не связанные ни в какой единый взгляд. Таким образом, революция — это был один из этапов противостояния двух цивилизаций: одной, складывающейся в России, и другой, западной цивилизации.

И.Р. Шафаревич

Маркс и Энгельс о Русских и Славянах

Энгельс (из работы «Революция в Венгрии») : «В ближайшей мировой войне с лица земли ИСЧЕЗНУТ не только реакционные классы и династии, но и ЦЕЛЫЕ РЕАКЦИОННЫЕ НАРОДЫ. И это ТОЖЕ БУДЕТ ПРОГРЕССОМ».

Энгельс (из статьи «Демократический панславизм») : «На сентиментальные фразы о братстве, обращаемые к нам от имени самых контрреволюционных наций Европы, мы отвечаем : НЕНАВИСТЬ К РУССКИМ была и продолжает еще быть у немцев ИХ ПЕРВОЙ РЕВОЛЮЦИОННОЙ СТРАСТЬЮ ; со времени революции к этому прибавилась ненависть к чехам и хорватам, и только при помощи САМОГО РЕШИТЕЛЬНОГО ТЕРРОРИЗМА ПРОТИВ ЭТИХ СЛАВЯНСКИХ НАРОДОВ можем мы совместно с поляками и мадьярами оградить революцию от опасности. Мы знаем теперь, ГДЕ СКОНЦЕНТРИРОВАНЫ ВРАГИ РЕВОЛЮЦИИ : В РОССИИ и в славянских областях Австрии; и НИКАКИЕ ФРАЗЫ ИЛИ УКАЗАНИЯ НА НЕОПРЕДЕЛЕННОЕ ДЕМОКРАТИЧЕСКОЕ БУДУЩЕЕ ЭТИХ СТРАН НЕ ПОМЕШАЮТ НАМ ОТНОСИТЬСЯ К НАШИМ ВРАГАМ, КАК К ВРАГАМ»

Маркс (из работы «Разоблачение дипломатической истории XVIII века») : «Московия была воспитана и выросла в ужасной и гнусной школе монгольского рабства. Она усилилась только благодаря тому, что стала virtuosa в искусстве рабства. Даже после своего освобождения Московия продолжала играть свою традиционную роль раба, ставшего господином. Впоследствии Петр Великий сочетал политическое искусство монгольского раба с гордыми стремлениями монгольского властелина, которому Чингисхан завещал осуществить свой план завоевания мира… Так же, как она поступила с Золотой Ордой, Россия теперь ведет дело с Западом. Чтобы стать господином над монголами, Московия должна была татаризоваться. Чтобы стать господином над Западом, она должна цивилизоваться… оставаясь Рабом, т.е. придав русским тот внешний налет цивилизации, который бы подготовил их к восприятию техники западных народов, не заражая их идеями последних»

Энгельс (C)1866 : «Что же касается России, то ее можно упомянуть лишь как владелицу громадного количества украденной собственности, которую ей придется отдать назад в день расплаты»

Энгельс (о походе Наполеона на Москву 1812 года) : «Казаки, башкиры и прочий разбойничий сброд победили республику, наследницу Великой Французской революции.»

Маркс — речь на польском митинге (C)1867 : «Я спрашиваю вас, что же изменилось? Уменьшилась ли опасность со стороны России? Нет! Только умственное ослепление господствующих классов Европы дошло до предела … Путеводная звезда этой политики — мировое господство — остается неизменной. Только изворотливое правительство, господствующее над массами варваров, может в настоящее время замышлять подобные планы … Итак, для Европы существует только одна альтернатива : либо ВОЗГЛАВЛЯЕМОЕ МОСКОВИТАМИ АЗИАТСКОЕ ВАРВАРСТВО обрушится, как лавина, на ее голову, либо она должна восстановить Польшу, оградив себя таким образом от Азии двадцатью миллионами героев.»

Энгельс (из статьи «Демократический панславизм») : «Тогда борьба, БЕСПОЩАДНАЯ БОРЬБА не на жизнь, а на смерть СО СЛАВЯНСТВОМ, предающим революцию, борьба НА УНИЧТОЖЕНИЕ и БЕСПОЩАДНЫЙ ТЕРРОРИЗМ — не в интересах Германии, а в интересах революции.»

Энгельс : «Европа [стоит] перед альтернативой : либо покорение ее славянами, либо РАЗРУШЕНИЕ НАВСЕГДА центра их наступательной силы — России.»

Энгельс (C)1849 : «О немецких интересах, о немецкой свободе, о немецком единстве, немецком благосостоянии НЕ МОЖЕТ БЫТЬ И РЕЧИ, когда вопрос стоит о свободе или угнетении, о счастье или несчастье ВСЕЙ ЕВРОПЫ. Здесь кончаются все национальные вопросы, здесь существует ТОЛЬКО ОДИН ВОПРОС! ХОТИТЕ ЛИ ВЫ БЫТЬ СВОБОДНЫМИ или ХОТИТЕ БЫТЬ ПОД ПЯТОЙ РОССИИ?»

Энгельс (из работы «Демократический панславизм») : «Народы, которые никогда не имели своей собственной истории, которые с момента достижения ими первой, самой низшей ступени цивилизации уже подпали под чужеземную власть или ЛИШЬ ПРИ ПОМОЩИ ЧУЖЕЗЕМНОГО ЯРМА БЫЛИ НАСИЛЬСТВЕННО (!!!) ПОДНЯТЫ НА ПЕРВУЮ СТУПЕНЬ ЦИВИЛИЗАЦИИ, нежизнеспособны и никогда не смогут обрести какую-либо самостоятельность. Именно такова была судьба австрийских славян. Чехи, к которым мы причисляем также моравов и словаков … никогда не имели своей истории… И ЭТА «НАЦИЯ», ИСТОРИЧЕСКИ СОВЕРШЕННО НЕ СУЩЕСТВУЮЩАЯ, ЗАЯВЛЯЕТ ПРИТЯЗАНИЯ НА НЕЗАВИСИМОСТЬ?»

Энгельс (снова из работы «Демократический панславизм») : «В то время, как французы, немцы, итальянцы, поляки, мадьяры подняли знамя революции, славяне, как один человек, выступили под знаменем контрреволюции. Впереди шли южные славяне, которые давно уже отстаивали свои КОНТРРЕВОЛЮЦИОННЫЕ, СЕПАРАТИСТСКИЕ ПОПОЛЗНОВЕНИЯ ПРОТИВ МАДЬЯР, далее чехи, а за ними русские, вооруженные и готовые появиться в решительный момент на поле сражения»

В 1882 г. Энгельс все еще считал славян смертельным врагом Запада и откровенничал Каутскому: «Вы могли бы спросить меня, неужели я не питаю никакой симпатии к малым славянским народам и обломкам народов, разделенным тремя клиньями, вбитыми в славянство: немецким, мадьярским и турецким? В самом деле — чертовски мало».

В 1865 г., предлагая Лондонской конференции набросок программы для Женевского конгресса Интернационала (Международного Товарищества рабочих), Маркс во всем разделе «Международная политика» оставил всего один вопрос: «О необходимости уничтожения московитского влияния в Европе путем осуществления права наций на самоопределение и восстановление Польши на демократических и социальных основах» (Соч., т. 301, с. 409). Таким образом, право наций на самоопределение — только для Польши, и не ради нее, а как средство «уничтожения московитского влияния в Европе» (как красноречиво это словечко — «московитское»). В повестку дня Конгресса это предложение вошло как пункт 9: «Московитская угроза Европе и восстановление независимой и единой Польши».

Мало кто в СССР читал полное собрание сочинений. Но часть интеллектуальной политической элиты, из которой выросли кадры перестройки, читали Маркса и Энгельса очень внимательно. И от этих работ они получили очень много — и заряд евроцентризма, и смелость мысли, делящей народы на прогрессивные западные и реакционные славянские, и прокаленную русофобию.

БОРЬБА В ВЕНГРИИ. ПСС К. Маркса и Ф. Энгельса. Т.6

Напротив, победители славян — немцы и мадьяры — взяли в свои руки историческую инициативу в дунайских областях. Без помощи немцев и особенно мадьяр южные славяне превратились бы в турок, как это действительно произошло с частью славян, по крайней мере в магометан, каковыми поныне еще являются славянские босняки. А это для южных славян Австрии такая большая услуга, что за нее стоит заплатить даже переменой своей национальности на немецкую или мадьярскую.

Панславизм по своей основной тенденции направлен против революционных элементов Австрии, и потому он заведомо реакционен.

В действительности славянский язык этих десяти-двенадцати наций состоит из такого же числа диалектов, которые большей частью непонятны друг для друга и могут быть даже сведены к различным основным группам (чешская, иллирийская, сербо-болгарская); вследствие полного пренебрежения к литературе, из-за некультурности большинства этих народов эти диалекты превратились в настоящий простонародный говор и, за немногими исключениями, всегда имели над собой в качестве литературного языка какой-нибудь чужой, неславянский язык. Таким образом, панславистское единство — это либо чистая фантазия, либо, — русский кнут.

Но при первом же победоносном, восстании французского пролетариата, которое всеми силами старается вызвать Луи-Наполеон, австрийские немцу и мадьяры освободятся и кровавой местью отплатят славянским варварам. Всеобщая война, которая тогда вспыхнет, рассеет этот славянский Зондербунд и сотрет с лица земли даже имя этих упрямых маленьких наций.

В ближайшей мировой войне с лица земли исчезнут не только реакционные классы и династии, но и целые реакционные народы. И это тоже будет прогрессом.

Написано Ф. Энгельсом около 8 января 1849 г.

Печатается по тексту газеты

Напечатано в «Neue Rheinische Zeitung» № 194, 13 января 1849 г.

Перевод с немецкого

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Такие обращения были в нашей армии!

Солдат должен был обращаться на «вы» уже начиная с унтер-офицеров и говорить «господин ефрейтор» , «господин унтер-офицер» , «господин фельдфебель» . К офицерам, от прапорщика до капитана включительно, обращались со словами «ваше благородие» , к подполковникам и полковникам — «ваше высокоблагородие» , к генерал-майорам и генерал-лейтенантам — «ваше превосходительство» , к полным генералам (от инфантерии, артиллерии, кавалерии, инженерных войск) — «ваше высокопревосходительство» .

Офицеры к унтер-офицерскому составу обращались на «ты» и по фамилии, часто не упоминая звания; если же упоминали звание, то без фамилии. Форма обращения унтер-офицерского состава к офицерам и генералам была такая же, как у рядовых.

Ни солдатам, ни унтер-офицерам офицеры (генералы тем более) руки не подавали. В то же время к вольноопределяющемуся (часто выходцу из привилегированных классов — дворянства, купечества) обращались «господин вольноопределяющийся» и на «вы» . Также на «вы» и «господа» обращались к юнкерам и кадетам — будущим офицерам.

Офицеры, низшие по чину, к высшим обращались «господин поручик» , «господин капитан» , «господин полковник» . Такая же форма была и в обращении высших по чину к подчиненным. К генералам офицеры обращались, титулуя их «ваше превосходительство» или «ваше высокопревосходительство» . Форма «господин генерал» до февральской революции не употреблялась. В обращении генералов друг к другу также употреблялось титулование. Если офицер или генерал имели графский или княжеский титул, то подчиненные обращались к ним, титулуя их не по военному чину, а по титулу: «ваше сиятельство» , «ваша светлость» . Начальник же обращался к ним: «граф» или «князь» .

После свержения самодержавия обращения «ваше благородие» , «ваше превосходительство» и другие были отменены. Остались только «господин капитан» , «господин генерал» — обращения, просуществовавшие вплоть до октябрьского переворота.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Об истинном монархическом миросозерцании 

Учение о царской власти основано на Св. Писании. Следовательно, в своей основе это учение Богооткровенное. И не проблематически, а самым положительным образом Св. Писание вещает нам в качестве Богооткровенных истин, что царь есть Божественное учреждение, что его власть происходит от Бога, что он есть самодержавный, наследственный и Помазанник Божий.

А также в форме самых положительных Богооткровенных истин и заповедей, а не в качестве проблемы Св. Писание от лица Самого Бога и Его св. апостолов предлагает нам учение о том, что власть Царя следует почитать, ей нужно повиноваться и молиться за нее Богу, если мы хотим, чтобы наша жизнь протекала в благополучии и святости в целях вечного спасения.

После такого положительного учения Слова Божиего о царской власти называть его проблемой – это значит не понимать Св. Писания и даже отвергать его в учении по сему вопросу; а вместе с ним и святоотеческое учение о царской власти, строго основанное на Божественном Откровении.

Если бы русские православные люди имели веру в Богооткровенные истины о царской власти, то они могли бы с успехом бороться с врагами нашей Родины, ее погубившими.

Эти враги в своей неистовой борьбе с самодержавной властью Царя, Помазанника Божиего, исходили из ясного, определенного учения диавольского – социализма, с его обманом о земном счастье, к каковому учению они относились не как к проблеме, а как к непреложной истине, в которой были убеждены всем своим существом. Поэтому они знали, за что боролись, за что страдали и умирали.

К великому нашему несчастью, русское общество не могло противопоставить бесовской силе врагов соответствующую могущественную силу, хотя таковая и была в России в лице царской самодержавной власти. Что это за сила, об этом свидетельствовал еще св. Иоанн Златоуст, который смотрел на царскую самодержавную власть как на главное препятствие, удерживающее появление антихриста.

На этом свидетельстве св. Златоуста основывается еп. Феофан Затворник в своем толковании слов ап. Павла из Второго послания к солунянам: «И ныне удерживающее весте, во еже явитися ему (антихристу) в свое время» (2 Фес. 2, 6). «Царская власть, – говорит еп. Феофан, – имея в своих руках способы удерживать движения народные и держась сама христианских начал, не попустит народу уклониться от них, будет его сдерживать.

Как антихрист главным делом своим будет иметь отвлечь всех от Христа, то и не явится, пока будет в силе царская власть. Она не даст ему развернуться, будет мешать ему действовать в своем духе. Вот это и есть удерживающее. Когда же царская власть падет, и народы всюду заведут самоуправство (республики, демократии), тогда антихристу действовать будет просторно.

Сатане не трудно будет подготовлять голоса в пользу отречения от Христа, как это показал опыт во время Французской революции. Некому будет сказать veto – властное. Смиренное же заявление веры и слушать не станут. Итак, когда заведутся всюду такие порядки, благоприятные раскрытию антихристовых стремлений, тогда и антихрист явится.

До этого времени подождет, удержится. На такие мысли наводят слова св. Златоуста, который царскую власть представлял под видом Римского государства. «Когда, – говорит, – прекратится существование римского государства (т. е. царской власти), тогда придет антихрист. Потому что до тех пор, пока будет бояться этого государства (этой царской власти), никто скоро не подчинится антихристу; но после того, как оно будет разрушено (власть эта прекратится), водворится безначалие, – и он устремится похитить всю и человеческую и божескую власть».

Русское общество не могло воспользоваться этою величайшею силою, вследствие своего ненадлежащего отношения к царской самодержавной власти, точнее – по причине отсутствия веры в богооткровенные непреложные истины относительно этой власти. А между тем за эту, как и вообще за Православную веру, Господь и ниспосылал русским людям благодать Св. Духа, несокрушимую Божественную силу в борьбе со всяким злом. Да и о какой же вере можно было говорить у нас пред гибелью нашей Родины, когда русская интеллигенция в своем подавляющем большинстве стала неверующей и даже богоборческой или же совершенно равнодушной к самодержавной власти Царя Помазанника?!

Русские люди последнего типа были далеки от истинной веры, и в частности от веры в богооткровенные истины о царской власти, и как таковые они совсем не сознавали ее величайшего спасительного значения. Они даже не знали, нужно ли ее защищать, и потому предпочитали плыть в общем русском прогрессивном течении, лишь бы на них не была положена печать черносотенства. Только самая небольшая часть русского общества сознавала значение самодержавия и готова была объединиться вокруг своего Царя как спасительной силы для России, как источника ее величия и славы. Но эта часть была незначительна и одинока, как одинок был и сам Государь наш среди моря бушующего либерализма в России, искоренившего в ней вместе с Православной верой и всякую мысль о богоустановленности царской власти.

Этим-то отсутствием православной веры в русском обществе и объясняется успех действия разрушительной силы наших врагов, почему они достигли своей цели и погубили величайшую державу в мире по ее могуществу и славе. Хотя бы под влиянием огненных испытаний мы опомнились и начали стремиться к возрождению России, исходя из веры в Божественное Писание, во все его спасительные для нас и непреложные истины касательно всех областей нашей жизни, не исключая и области государственной власти Царя, Помазанника Божиего.

Если мы будем считать вопрос о царской власти только проблемой, не будем иметь к ней надлежащего отношения на почве Православной веры; если будем рассуждать – установлена она от Бога или нет, и даже утверждать, что она на Св. Писании не основана, что сама по себе не имеет ценности и не может быть предметом нашего внимания, – то при наступлении возможности возрождения России враги ее снова воспользуются недостойным отношением нашим к царской самодержавной власти, в таком случае этого возрождения мы не увидим никогда. Быть русским православным людям в положении крыловского метафизика теперь, при величайших несчастиях, в которые мы впали, – не только смешно, но и грешно.

Поэтому нужно смотреть на учение Божественного Писания о Царской власти как на самую ясную, положительную, непререкаемую истину. Будем как можно дальше от весьма вредной для возрождения нашей Родины рационалистической мысли, считающей проблемой вопрос о царской власти.

Будем смотреть на этот вопрос глазами Православной веры, т.е. не сомневаться в том, что навсегда, самым определенным образом, а не проблематично уже решен он в Божественном Писании. Поэтому мы должны исповедывать веру в Богооткровенные истины о царской власти при памятовании, что у нас не может быть ничего общего с рационализмом, уничтожающим эту спасительную веру, без которой возрождение России невозможно.

Архиепископ Серафим (СОБОЛЕВ)

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Из наследия М. О. Меньшикова

Несчастие России в том, что она позабыла, как ее зовут и какой разум вложен в ее тысячелетний титул. Мне хотелось бы сказать простым и скромным Русским людям: господа, вспомним, что мы господа! Вспомним серьезно, что Отечество наше называется Империей, государством, т. е. господством в черте нашей земли. Не чьим иным господством, а нашим, которое нам дала история, благородство предков, их отвага, их стремление к царственной на земле роли.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Портрет последнего Царя. 

Когда Серову заказали портрет царя, художник находился в зените славы. Известно, что он отказывался от многих заказных работ, но это был не тот случай. Тем не менее, как мастер, знающий себе цену, он терпеть не мог, чтобы заказчик вмешивался в его работу советами и указаниями. Феликс Юсупов, портрет которого впоследствии писал Серов, вспоминал, что «по натуре он был независим и бескорыстен и не мог скрывать того, что думает. Рассказал мне, что, когда писал портрет государя, государыня поминутно досаждала ему советами. Наконец он не выдержал, подал ей кисть и палитру и попросил докончить за него».

В литературе о Серове есть свидетельства, что портрет императора долго не удавался. Портрет писался с натуры, работа продвигалась с большим трудом, и в какой-то момент Валентин Александрович решил отказаться от заказа: «К сожалению, Ваше величество, ничего не выходит. Так иногда случается у художников. Сегодня у нас сеанс последний». Государь в простой куртке офицера Преображенского полка с неподдельной грустью сел за стол и положил на него руки. И тут Серов увидел все то, что ему так не доставало. Он молниеносно уловил и общий облик, и особый взгляд царя.

Портрет написан удивительно легкой, свободной кистью. По манере письма портрет почти эскизен, но продуманно целостен и гармоничен. Отказавшись от многокрасочной, сочной по цвету живописи второй половины 1880-х годов, Серов в этот период предпочитал одну доминирующую гамму черно-серых или коричневых тонов, хотя и придавал им большое количество оттенков. Так написано и это произведение.

Во всей иконографии Николая II, пожалуй, лучшее изображения государя – это серовский портрет, отличающийся необыкновенной схожестью, что отмечали многие современник. И если Серов и польстил императору, то как искусно! Простотой и безыскусностью своего мастерства.

Николай изображен не как император, властитель огромной империи в период ее процветания (войны, революции, распад страны, смерть в Екатеринбурге – все это еще впереди), но как простой человек, личность – со своими заботами, трудностями, внутренними переживаниями и колебаниями.

Спустя многие годы, находясь в эмиграции в Париже, Константин Коровин напишет: «Серов первым из художников уловил и запечатлел на полотне мягкость, интеллигентность и вместе с тем слабость императора…».

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Мифы об императорской армии. Только цифры и факты!

К моменту восшествия на престол Государя Императора Николая II Россия обладала самой многочисленной в мире армией.

Срок службы составлял не 25 лет, как об этом часто говорят, а 4 года.
Единственные сыновья, старшие братья, учителя, врачи освобождались от воинской службы.

В России зачислялся в армию всего 31 % призывников, тогда как во Франции – 76 %.

Все нижние чины, проходившие службу, получали образование.
Стоит отметить, что уже через 15 лет, после восшествия Николая II на престол в России были созданы и доведены до совершенства принципиально новые рода войск:

— С нуля создан мощный и многочисленный подводный флот. Последняя Николаевская подводная лодка списана аж в 1955 году. (Об этом мы подробно пишем тут)

— С нуля создана мощная и многочисленная боевая авиация, поставлены десятки мировых рекордов. (Об этом мы подробно пишем тут)
С нуля создан авианосный флот (Об этом мы подробно пишем тут)

Первая Мировая Война показала, что армия Николая II была самой живучей в мире:

Встает закономерный вопрос: как мы могли проиграть Первую Мировую с такой армией?

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Образование в Российской империи 

В 1908 году было введено обязательное начальное образование. К 1916 году, грамотных в Империи было не менее 85 %. Накануне войны было уже более ста вузов со 150 000 студентов. По общему их количеству Российская империя занимала 3-е место в мире, разделяя его с Великобританией.

Финансирование образования выросло за 20 лет с 25 млн. рублей до 161 млн. рублей. И это без учета земских школ, расходы на которых выросли с 70 млн. в 1894 году до 300 млн. в 1913 году. Всего бюджет народного просвещения вырос на 628%. Число учащихся в средних учебных заведениях выросло с 224 тысяч человек до 700 тысяч человек.

Количество студентов за 20 лет удвоилось, количество школьников выросло с 3-х миллионов до 6-ти миллионов человек. К 1913 году в стране было 130 тысяч школ. Перед революцией проведен закон о полной безплатности образования, причем не только обучения, но и жизни во время обучения. Семинарию оканчивали за казенный счет — в этот казенный счет входило все содержание и питание учащихся.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Военно-экономический прорыв 1915-1917 годов. 

Первая Мiровая война никогда не пользовалась известностью или популярностью среди постсоветского населения. Оно и немудрено, ведь Россия не вошла в число стран-победительниц в этом военном конфликте. О том, что это было вызвано развалом нашей страны в результате двух спланированных и осуществленных из-за границы революций и начавшейся после них гражданской войны, к счастью, уже известно довольно большому количеству людей.

К сожалению, очень немногие знают, что Российская Империя со второй половины 1915 г. по февраль 1917 г. совершила мощный промышленный рывок, смогла оснастить свою армию всем необходимым, добиться ряда блестящих побед на фронте и избежать при этом многих проблем социально-экономического характера, с которыми столкнулись почти все воюющие страны. Ниже приведены цифры и факты, описывающие произошедшую «военную индустриализацию» сухим языком статистики.

1. Объем ВВП увеличился с 1913 по 1916 гг. на 21,5%.

2. Производственный потенциал вырос с 1914 по начало 1917 гг. на 40%.

3. Производство продукции машиностроения выросло в 3 раза.

4. Производство продукции химической промышленности возросло в 2 раза.

5. Выпуск артиллерийских орудий вырос в 10 раз и достиг 11,3 тыс. орудий в год. По этому показателю Россия вышла на 2-ое место в мире после Германии.

6. Выпуск артиллерийских снарядов увеличился в 20 раз и составил 67 млн. штук в год. В частности, выпуск снарядов средних калибров вырос в 10 раз и достиг уровня 610 тыс. штук в месяц.

7. Выпуск орудий тяжелой артиллерии с 1915 по 1916 гг. увеличился в 7 раз.

8. Выпуск орудий легкой артиллерии (калибра 3 дм.) с 1915 по начало 1917 гг. увеличился в 13 раз, легкой артиллерии в целом – в 10 раз.

9. Выпуск винтовок возрос в 11 раз и составил 3,3 млн. штук в год.

10. Производство пулеметов увеличилось с 1916 по начало 1917 гг. в 2 раза. Всего же, с 1914 по начало 1917 г., выпуск пулеметов вырос в 6 раз.

11. Выпуск ручных гранат с 1915 по 1916 гг. возрос в 23 раза.

12. Выпуск бомбометов возрос в 7 раз – с 1548 штук в 1915 г. до 10850 в 1916 г. Выпуск боеприпасов для бомбометов увеличился в 19 раз.

13. Выпуск минометов с 1915 по 1916 гг. вырос в 1,3 раза.

14. В 1916 г. Российская Империя первая в мире приняла на вооружение автомат системы Федорова – новейшее оружие для своего времени.

15. По количеству боевых самолетов Россия находилась на уровне Германии и Франции – на фронте было 1039 аэропланов. С начала войны по февраль 1917 г. выпуск самолетов возрос в 3 раза.

16. Доля мобилизованных в России составляла лишь 39% мужчин в возрасте от 15 до 49 лет, т.е. меньше, чем в любой из воюющих стран (например, в Германии их было 81%, а во Франции – 79%). На каждую тысячу мужчин в возрасте 15-49 лет Россия теряла 45 человек (для сравнения, Германия – 125, Франция – 133).

17. Численность Русской Императорской армии возросла в 5 раз — с 1 млн. 300 тыс. человек в 1914 г. до 6 млн. 845 тыс. человек в 1916 г. Недостатка в людских ресурсах у России не было и в помине.

18. Произошла реорганизация армии, в результате которой была увеличена огневая мощь дивизий, создано 48 новых дивизий, а также ожидалось 750 тыс. ополченцев для дивизий «третьей волны». Улучшилась оснащенность инженерной техникой.

19. За годы войны Георгиевскими кавалерами стали 1 596 780 человек, при этом, как известно, орден святого Георгия был самой престижной военной наградой в Российской Империи, которую получали только за особые заслуги перед Отечеством.

Это лишь то, что удалось зафиксировать.
____________________________________________________________________________

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Забытые герои Великой войны: Иван Лойко

60-е годы… Амдерма… Бульдозер безпощадно уничтожает забытые могильные холмики – последнюю память о зэках и ссыльных, нашедших последнее пристанище в этом холодном краю. Вот, очередная могила исчезла с лица земли, а с нею и поблекшая за тридцать лет надпись: Иван Александрович Лойко. Кому какое дело было, что под этой табличкой лежал русский герой – Георгиевский кавалер, ас Первой Мировой войны, конструктор, изобретатель, математик?..
Он родился 6 февраля 1892 г. в деревне Рубилки Минской губернии в семье зажиточного крестьянина. С ранних лет потомственного землепашца манила не земля, а небо. Иван пытался самостоятельно конструировать аэропланы из подручного материала и не видел для себя иного будущего, нежели покорение неба. Окончив Минское реальное училище, он поступил в Алексеевское военное училище и по выпуске в пехотный батальон перевёлся в авиацию.
Звание военного лётчика Лойко получил уже в разгар войны, в 1915 г. Он был зачислен в 30-й авиаотряд, где сразу проявил себя лучшим образом. За 16 месяцев войны (с 1 мая 1915 г. по 1 сентября 1916 г.) он произвел под массированным огнем неприятеля на хрупком «Моране» 156 воздушных разведок продолжительностью более 189 часов. Звание мастера бомбового удара прочно закрепилось за Лойко. Особенно после того, как 24 сентября 1915 г. 10-фунтовой бомбой он снайперски угодил в австрийское полевое орудие, уложив на месте четырех вражеских артиллеристов. Тогда же, в сентябре, группа из трех аэропланов 30-го отряда разбомбила станцию Черновицы, забитую эшелонами. Причём при подлёте к Черновицам в третий раз появились австрийские аэропланы, а с земли самолёт Лойко обстреливался из пулемёта.

17 декабря 1915 г. подпоручики летчик Лойко и наблюдатель Трингам вылетели на разведку вражеских батарей. Снизившись до 1200 метров, они вызвали огонь на себя и произвели результативное бомбометание. С пробитым крылом и поврежденным мотором летчики вернулись на аэродром.

Не менее талантлив был Иван Александрович и как истребитель. Вот, подробности лишь одного из его боёв, приводимые в официальном отчёте за апрель 1916 г.: «Заслуживает внимания воздушный бой 8 апреля, когда на высоте 2300 метров военный лётчик подпоручик Лойко с наблюдателем подпоручиком Скудновым встретили во время разведки над позициями у дер. Топорутце австрийский «Альбатрос» и, сойдясь на дистанцию не более 20 метров, вступили в бой. Противник, находясь на одинаковой высоте, справа и несколько уступом назад, открыл огонь из винтовки, стреляя через стойки и тросы аппарата. Благодаря большей скорости нашего аэроплана, удавалось иногда оказываться перед винтом неприятельского аэроплана, поэтому последнему удалось произвести лишь около 15 выстрелов. Наш аппарат был вооружён ружьём-пулемётом «Мадсена», которое во время боя отказало, и пока наблюдатель осматривал неисправность, был ранен противником в ногу, после этого пришлось лететь домой, так как наблюдатель не был в состоянии продолжать бой».

В качестве истребителя в июле 1916 г. подпоручик Лойко возглавил расквартированный в Румынии 9-й истребительный авиаотряд. 20 сентября он сбил неприятельский аэроплан, 26 – ещё один. 27 декабря Иван Александрович одержал третью воздушную победу… К многочисленным русским наградам на кителе героя добавились румынские ордена Короны и Звезды рыцарской степени.

Побед у Лойко будет ещё семь. В общей сложности он сбил 10 неприятельских машин. В воздушной охоте и сражениях русский ас был неутомим: за лето 1917 г. его налёт составил 107 часов 35 минут. При этом Иван Александрович не имел ни одного ранения. В сентябре 1917 г. он был представлен к награде орденом Св. Георгия 4-й ст. Эта награда в революционной смуте так и не достигла его. Зато достигла другая: присуждённый солдатским комитетом командиру отряда солдатский Георгиевский крест 4-й ст. с лавровой ветвью на ленте. Награждение это свидетельствует, сколь высок был авторитет Лойко среди подчинённых.
Не приняв большевистский переворот, Иван Александрович вступил в Добровольческую армию. Уже в чине полковника командовал 6-м авиаотрядом армии Врангеля. На счету полковника Лойко – блестящие разведки, удачная бомбардировка красного бронепоезда, участие в разгроме конного корпуса Жлобы и боях над Каховкой. Иван Александрович считаясь одним из лучших стрелков и бомбометчиков белой авиации.

Вместе с армией Лойко эвакуировался из Крыма, но жить в эмиграции не смог. В 1923 г. после очередной объявленной большевиками амнистии он вернулся в Советскую Россию. Надо отметить, что на первых порах большевики сдержали слово и после разбирательств действительно амнистировали отважного лётчика, позволив ему вновь служить в авиации. Получив звание майора, Лойко воспитывал будущих советских асов в Борисоглебской школе, писал теоретические статьи в авиационные журналы и конструировал воздушные аппараты. Им было сконструировано несколько планеров, успешно зарекомендовавших себя. Иван Александрович успел жениться, родилась дочь…
А в 1929 г. бывший «золотопогонник» был арестован и осуждён на 10 лет лагерей за «шпионаж»… Разносторонние дарования – знание четырёх языков, талант администратора и конструктора, избавили лётчика от убийственных общих работ. В апреле 1932 г. он принимал активное участие в поисках потерпевшего аварию самолета П-5 № Л-736 Ф.Б. Фариха, который совершал первый перелет Усть-Цильма – Вайгач. За сутки на собачьей упряжке Иван Александрович промчался до р. Коротаихи 150 километров, высматривая с сопок в бинокль заметенный снегом самолет, нашел и спас погибавших от холода и голода летчиков.

Здесь, на Вайгаче Лойко по своим чертежам сконструировал аэросани. Небо не отпускало его… Он участвовал в лагерной самодеятельности, играл в спектаклях, много читал. Лагерное начальство высоко ценило столь ценного специалиста и не раз поощряло его, но в судьбе Ивана Александровича это уже ничего не меняло.
По окончании срока деваться русскому асу было некуда. Его отец был раскулачен и сослан в Сибирь с остальными родственниками. Жена на письма не отвечала. Лойко остался работать в Амдерме инженером-механиком по вольному найму. Увы, молодые советские лётчики забыли его заслуги и не питали к нему ни малейшего почтения. «Сталинский сокол» Водопьянов, с которым судьба свела Ивана Александровича в 1936 г. во время перелета на Землю Франца-Иосифа, подверг его оскорблениям. Истощённый лишениями и унижениями прославленный ас вынести этого уже не смог. Он пытался свести счёты с жизнью, заболел крупозным воспалением лёгких и скончался от его последствий 22 сентября 1936 г.

Е. Фёдорова
для Русской Стратегии

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Электрификация в Российской империи

Гордостью СССР является электрификация, но так ли это было на самом деле? Конечно же нет, ведь это очередной миф о лапотной Российской империи.

Взглянем на реальные данные:

По производству электроэнергии Россия в 1913 году занимала 5-е место мире, уступая США (26,3 млрд кВт/час), Германии (8 млрд кВт/час, 4040 электростанций), Великобритании (2,5 млрд кВт/час) и Италии (2,2 кВт/час) и опережая Францию (1,8 млрд кВт/час) и Японию (1,5 млрд кВт/час).

В ходе Первой мировой войны производство электроэнергии существенно выросло, достигнув пика в 1916 году. В докладе Комиссии по электрификации VIII съезду Советов (1920 год) годовой отпуск электроэнергии электростанциями всех типов в 1916 году оценивался в 3,6 — 4 млрд кВт/час. Оценка петроградской группы разработчиков ГОЭЛРО была еще выше — производство электроэнергии только в пределах Европейской России (Северо — Запад, Центр, Поволжье, Урал, Донбасс) в 1916 году достигало 4,7 млрд кВт/час.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

В 1913 году страна была на пике своего величия.

Последний предвоенный год. Бунтов нет, урожай замечательный, червонец золотой. Даже первый секретарь ЦК КПСС Н.С.Хрущёв с ностальгией вспоминал (в 1959 г.) свои молодые годы: «Я женился в 1914 году, двадцати лет от роду. Поскольку у меня была хорошая профессия — слесарь, — я смог сразу же снять квартиру. В ней были гостиная, кухня, спальня, столовая. Как слесарь в Донбассе до революции я зарабатывал 40—45 рублей в месяц. Чёрный хлеб стоил 2 копейки фунт (410 г), а белый — 5 копеек. Сало шло по 22 копейки за фунт, яйцо — копейка за штуку. Хорошие сапоги стоили 6, от силы 7 рублей. А после революции заработки понизились, и даже очень, цены же — сильно поднялись… Прошли годы после революции, и мне больно думать, что я, рабочий, жил при капитализме гораздо лучше, чем живут рабочие при советской власти. Вот мы свергли монархию, буржуазию, мы завоевали нашу свободу, а люди живут хуже, чем прежде…»

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Кутеповъ. 

Во время Февральской революціи полковникъ Кутеповъ, находившійся въ краткосрочномъ отпускѣ въ Петроградѣ, оказался единственнымъ старшимъ офицеромъ, который пытался организовать дѣйственное сопротивленіе возставшимъ, возглавивъ, по порученію командующаго Петроградскимъ военнымъ округомъ генерала С. С. Хабалова сводный отрядъ, направленный на подавленіе революціи.

Однако эта попытка не обвѣнчалась успѣхомъ, но оставила одну изъ славныхъ страницъ въ нашей исторіи.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Кутеповъ.  Против

© Выложено на сайте патриотических новостей РУССКАЯ ИМПЕРИЯ https://RusImperia.Org для всеобщего пользования. Мы-Русские! С нами Бог! Россия, 2018

Кутеповъ.  Против

© Выложено на сайте патриотических новостей РУССКАЯ ИМПЕРИЯ https://RusImperia.Org для всеобщего пользования. Мы-Русские! С нами Бог! Россия, 2018

«В тринадцатом году, ещё не понимая»

В тринадцатом году, еще не понимая,
Что будет с нами, что нас ждет, —
Шампанского бокалы подымая,
Мы весело встречали — Новый Год.

Как мы состарились! Проходят годы,
Проходят годы — их не замечаем мы…
Но этот воздух смерти и свободы,
И розы, и вино, и счастье той зимы

Никто не позабыл, о, я уверен…
Должно быть, сквозь свинцовый мрак,
На мир, что навсегда потерян,
Глаза умерших смотрят так.

Георгий Иванов

Белая лира.
Избранные стихи 1910-1958.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Корниловцы 

Не сняты погоны и честь не пропита,
Смирения нет перед красной ордой.
Промёрзшая степь будет кровью полита,
Ушли добровольцы в Поход Ледяной.

На жертвенный подвиг под звук барабана
Ростов покидала Корнилова рать,
Чтоб вырвать страну из чумного капкана,
Свободу Отчизне поруганной дать!

Терпели разлуку с родными и холод,
Пронизывал ветер до самых костей.
Лишения, чёрное месиво, голод-
Ничто не пугало отважных людей.

Три месяца их непогода ласкала,
На прочность проверив за правду борцов.
И смерть вдоль походной колонны витала,
Себе забирая России сынов.

Сплошные обстрелы, жестокие схватки,
Кубань содрогалась от грома боёв.
Путь не был ни тихим, ни мирным, ни гладким.
Поход крестоносцев за веру и кров!

Дырявая обувь, в лохмотьях шинели
И вмёрзли орудия намертво в грязь.
Глаза застилают порывы метели,
Бегут в штыковую солдат, юнкер, князь!

В едином напоре, в безумных атаках
За Чёрною речкой Советы смели.
И в этих кровавых, горячечных драках
Бессмертие, славу себе обрели!

Сплотило всех общее дело святое,
Купель уравняла студёной водой.
Надеялись, кончится время лихое,
Законный опять восстановится строй!

За это в огонь без оглядки бросались,
Во имя Победы по лезвию шли.
В баталиях жарких полки закалялись,
Умение, выучка, силы росли!

Корнилов, Деникин, Арендт,Романовский,
Абраменко, Неженцев, Марков, Линьков,
Ашуркин, Полухин, Корсун, Комаровский,
Измайлов, Кондырин,Ермолов, Краснов.

Пожарские, Минины Русь озарили
Свечой пробуждения в смутные дни.
Корниловцы жизнью степям заплатили,
Пятьсот добровольцев в сраженьях легли.

Средь них Лавр Корнилов, погиб от снаряда,
Свой выполнив долг пред распятой страной.
Ему не услышать ни маршей парада,
Взращённых дивизий им шаг строевой.

Всем тем, кто прошёл сквозь степные преграды,
Кто выжил в Аду, кто нашёл там конец-
На ленте Георгиевской награды,
Серебряный меч и терновый венец!

Несли этот знак через годы Гражданской,
Скитанья по свету и жизнь за чертой.
Поход никогда не забыли Кубанский,
Народ всколыхнувший на битву со тьмой!

Автор: Владимир Голохвастов

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

ЦАРЕУБИЙЦЫ 

«Кровь Его на нас и на детях наших!»
(Еванг. от Матфея, гл.27, ст.25)

Был темен, мрачен бор сосновый;
Трещал костер; огонь пылал,
И в мраке свет его багровый
Злодеев лица озарял.
В зловещем сумраке тумана,
От мира спящего вдали
Рабы насилья и обмана
Тела истерзанные жгли.
Вперялись в тьму злодеев очи,
В немом предчувствии беды,
Спешил убийца в мраке ночи
Стереть кровавые следы.
Не дрогнула рука злодея,
Не возмутился он душой,
И пали в славу иудея
Отец и Отрок дорогой.
Во всей Руси благословенной
Не отыскалось никого,
Чтоб удержать удар презренный
В тот миг, направленный в Него.
И умер Он, как был, великий,
Державно кроткий, всеблагой
Перед глазами банды дикой,
Кипевшей местью и враждой.
Пучина гнусных злодеяний
Была безсильна осквернить
Минуты царственных страданий
И слез, которых не забыть.
Одни, с молитвами своими,
С великой правдой на челе
Они ушли от нас святыми,
Как жили с нами на земле.
Пройдут века, ночные тени
Разгонит светлая заря,
И мы склонимся на колени
К ногам Державного Царя.
Забудет Русь свои печали,
Кровавых распрей времена;
Но сохранят веков скрижали
Святых Страдальцев Имена.
На месте том, где люди злые
Сжигали Тех, Кто святы нам,
Поднимет главы золотые
Победоносный Божий Храм.
И Русь с небес благословляя,
Восстанет Образ неземной
Царя-Страдальца Николая
С Его замученной Семьей.

Новый Футог. Апрель 1921 года.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

ДРОЗДОВЦЫ. Шли дроздовцы твёрдым шагом

М.Г.Дроздовский (1881 – 1919) – герой Русско–Японской и Великой войн, в начале 1918 г. – полковник, в декабре 1919–го – генерал–майор, единственный из командиров бывшей Русской Императорской Армии, сумевший сформировать добровольческий отряд и в боевой обстановке, непрерывно сражаясь, привести его организованной частью с фронта из Ясс (Румыния) в Ростов и Новочеркасск на соединение с Добровольческой Армией в феврале – апреле 1918 года.

Дроздовцы – название воинских частей Добровольческой Армии (впоследствии Вооружённых Сил Юга России и Русской Армии), получивших именное шефство одного из основоположников Белого движения на Юге России – Генерального штаба генерал–майора Михаила Гордеевича Дроздовского.

Долгим, яростным походом
Под свинцовым небосводом
Против силы бесовской
Шли дроздовцы в край Донской.

Утром бой,
Под вечер схватка
И тревоги по ночам…
Нет в Империи порядка,
Если воля палачам.

Лысый демон мутит воду,
Гонит кровь из берегов.
Нелегко спасти Свободу
От бесчисленных врагов.

На пути к степям ростовским
Смерть ведёт суровый счёт,
За полковником Дроздовским
Всех бойцов – наперечёт.

Было мало, будет меньше.
Это счастье – пасть в бою
За своих любимых женщин
Да за родину свою!

За Царя, за Русь, за Веру
В дни измены и беды
Юнкера и офицеры
Шли в солдатские ряды.

С той поры шагают в Вечность
Под гнетущий рёв и стон
И кадетская беспечность,
И лихой гвардейский тон.

Так стремительным походом
Вместе с Богом и народом,
Русским именем горды,
Против бешеной орды

Всё идут, идут рядами
Над полями, городами
Сквозь эпохи и века
В светлый рай, за облака,
Роты Белого полка…

ДРОЗДОВЦЫ. Шли дроздовцы твёрдым шагом Против

© Выложено на сайте патриотических новостей РУССКАЯ ИМПЕРИЯ https://RusImperia.Org для всеобщего пользования. Мы-Русские! С нами Бог! Россия, 2018

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

НЕ ВСЕМ ДАНО…

Не всемъ дано венецъ терновый
С такимъ достоинствомъ носить,
И на крестѣ Россіи новой
Все продолжать ея любить.

Не всемъ дано сносить глумленье
С сердечной кротостью Христа.
И дажѣ въ актѣ отреченья –
Души Монаршей красота.

Не всемъ дано простить Иуду
И бегство давешнихъ друзей.
Я восхищаться присно буду
Царемъ, простившимъ упырей.

Не всемъ дано величіе духа —
Молиться Богу за враговъ,
Достойныхъ звонкой оплеухи
И самыхъ бранныхъ русскихъ словъ.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

ЛЮБОВЬ БЕЗ ГРАНИЦ. СВЯТАЯ ЦАРИЦА.

«Александра Ѳедоровна была надѣлена удивительнымъ Даромъ любви. Она умела любить такъ беззавѣтно и преданно, на что способны только избранные люди. Никогда не принижала этого высокаго и свѣтлаго чувства, никогда не произносила слово «любовь» по отношенію къ кому-то и чему-то, если это чувство не владѣло Ею цѣликомъ, если Она не готова была отдать во имя этого Свою жизнь. Подобная самозабвенность свидѣтельствовала объ исключительныхъ душевныхъ качествахъ Царицы. Ихъ часто не замѣчали, имъ старались не придавать значенія, нерѣдко имъ предписывали какую-то бытовую мотивацію. Но все это — изъ области мелкой, завистливой и корыстной человеческой суетности.

У Нея же не было подобныхъ грѣховныхъ побужденій и себялюбивыхъ устремленій. Ея любовь — это неизменно беспредѣльная правда сердца. Она умела разглядѣть великое въ простомъ и обиходномъ. Потому что для христіанина Правда Божія — всегда рядомъ, во всѣмъ и вѣзде. Ея надо лишь ощутить, понять и съ благодарностью принять. Послѣдняя Царица на это была способна.

В одномъ изъ своихъ писемъ, написанномъ въ концѣ 1916 года и адресованномъ своей фрейлинѣ графинѣ Анастасіи Васильевнѣ Гендриковой («Настѣнькѣ») (1886–1918), Александра Ѳедоровна сформулировала принципы сохраненія «душевнаго равновесія» дажѣ въ самые безрадостные моменты жизни.

«Я сожалею, что Вашѣ настроеніе снова ухудшилось, но такіе моменты неизбежны. Если бы мы могли всегда соблюдать нашѣ душевное равновесіе (какъ намъ, вообще-то говоря, слѣдуетъ), мы были бы совершенны. Это одна изъ самыхъ трудныхъ вещей. А когда нашѣ внешнѣе состояніе оставляетъ желать много лучшего, настроеніе нашѣ падаетъ, и тогда милость Божія оставляетъ насъ на время. Но не тревожьтесь: съ помощью молитвы Вы снова воспрянетѣ. Было бы слишкомъ легко жить, если бы благополучіе всегда было съ нами; Вы должны его достичь и укрѣпить собственный характеръ. Нужно подавлять вспышки гнѣва. Нужно усердно работать, чтобы стать совершеннымъ. Имейтѣ мужество и молитесь, какъ насъ учили. Зло всегда старается побѣдить и тревожить насъ въ тѣ времѣна, когда мы падаемъ духомъ. Жизнь — вѣчная борьба, и всемогущій Богъ поможетъ намъ побѣдить, если мы будемъ смиренны передъ Нимъ и подчинимъ себя Его волѣ».

Она дѣйствительно всю жизнь боролась за нравственное совершенство; съ присущей Ей цѣлеустремленностью старалась преодолѣвать слабости, внѣ зависимости отъ того, какъ и по какому поводу они проявлялись. Александра Ѳедоровна переживала, когда не сдерживалась и въ состояніи минутнаго возбужденія говорила что-то и такъ, какъ было недопустимо. Это проявлялось дажѣ въ незначительныхъ деталяхъ каждодневнаго уклада. Не терпя лжи, Она иногда позволяла себѣ повышенный тонъ въ разговорѣ съ горничной, уличенной во враніе. Когда возбужденіе момента проходило, неизменно говорила: «Зачемъ Я сорвалась?» и просила прошенія у Всевышнего за несдержанность.

При всѣмъ томъ, Она всегда оставалась сердечной и отзывчивой, и всегда интересовалась текущими или семейными нуждами горничныхъ, нянь, камердинеровъ и вообще, какъ сказали бы сейчасъ, «обслуживающего персонала». Здѣсь не было никакаго празднаго любопытства сентиментальной барыни. Во всѣхъ, внѣ зависимости отъ соціальнаго статуса, Она умела видѣть Человѣка и всегда готова была протянуть руку помощи. Душевность Царицы вызывалась и питалась великимъ духовнымъ чувствомъ православной христіанки.

Няня Царскихъ дѣтей А.А. Теглева , прослужившая въ Семіе семнадцать лѣтъ, уже послѣ революціи говорила о Государынѣ: «Она была властна. Но Она была добра и весьма доступна. К Ней можно было пойти всегда, и Ей можно было сказать все. Она была сердечна». Горничная Е.Н. Эрсбергъ, проведшая въ Царскомъ Домѣ шестнадцать лѣтъ, свидѣтельствовала: Императрица «была властная, съ сильнымъ характеромъ. Но для насъ Она была весьма доступна и простая…»

+РУССКАЯ ИМПЕРИЯ+
https://RusImperia.Org
#РусскаяИмперия

ЦАРЬ ПРАВОСЛАВНЫЙ 

А всё же Ты главный,
Царь Православный,
Русской имперіи
Святости ликъ,
И восседаетъ орёлъ
Твой двуглавый,
Фениксомъ яснымъ
Изъ пепла возникъ.
А всё же Ты главный,
Царь Православный.
Вера, надежда,
Отчизна, любовь,
И на просторахъ
Великой державы
Всё возвращается
К истинѣ вновь!
А всё же Ты главный,
Царь Православный,
Ты помолись
У Престола за насъ,
Чтобы не смели
Больше вандалы
Наши святыни
Втаптывать въ грязь!

+РУССКАЯ ИМПЕРИЯ+
https://RusImperia.Org
#РусскаяИмперия

СВЯТАЯ РУСЬ

Художникъ о своей картинѣ: «Это историческое событіе имело мѣсто 30-го мая 1912 года, когда вся Царская Семія, въ томъ числѣ святая преподобномученица Великая Княгиня Елисавета Ѳеодоровна, собралась въ Москвѣ, въ храмѣ Христа Спасителя на открытіе памятника Императору Александру III. Былъ отслуженъ молебенъ, затѣмъ прошелъ военный парадъ. Это конкретное историческое событіе, но мнѣ также хотѣлось черезъ него отразить образъ Святой Руси. На картинѣ представлены «три кита», на которыхъ всегда строилась русская жизнь, – Православіе, Самодержавіе и Народность. На этихъ «трехъ китахъ» 1000 лѣтъ стояла наша Родина, развивалась и процвѣтала. Нашъ Государь былъ главнымъ хранителемъ Православной веры. Объ этомъ было записано въ сводѣ законовъ Россійской Имперіи. Стоило одинъ элементъ убрать, и все разрушилось. Когда Царя убрали, тогда началось гоненіе и на Церковь, а потомъ – истребленіе русскаго народа.»

+РУССКАЯ ИМПЕРИЯ+
https://RusImperia.Org
#РусскаяИмперия

Последний Император. Русский урок  (Документальный Фильм)

Пора царствования Николая II явилось периодом одного из самых высоких в истории России темпов экономического роста: по этому показателю Российская империя вышла на на первом месте территория в мире, опередив аж быстро развивавшиеся Соединенные Штат Америки. И как так произошло, что территория, стоявшая на пороге победы в Всемирный войне, была сокрушена внутри и была ввергнута в новую Смуту, схоже той, с которой началось управление династии Романовых?В картина включены уникальная писание сына Петра Столыпина — Аркадия, а в свою очередь беседа внука императорского лейб-медика Константина Мельника-Боткина.

А какое оно, царское дело? Авторы сериала дают нам ответ. Это дело, которое волею Провидения выпало на долю династии Романовых. За три столетия восемнадцать русских царей сумели превратить разорванную, измученную Смутой и неурядицами страну в сильнейшее в мире государство — Российскую империю. Цикл посвящен одной из самых ярких и интересных страниц истории нашей Родины — правлению династии Романовых, 400-летие призвания которой на царство отмечалось в 2013 году. В проекте делается попытка по-новому взглянуть на этот период истории — через призму того, что было сделано династией Романовых на пути превращения разоренной гражданскими неурядицами страны в могущественную державу. Каждый из отрезков их правления был заполнен важнейшими историческими событиями. При первых Романовых страна была восстановлена после Смутного времени и были предприняты первые шаги по ее расширению. В XVIII веке Россия отвоевала выход к морю, из Московского царства превратилась в империю и стала полноправным игроком на европейском политическом поле. XIX век был золотым веком российского государства — оно стало одной из самых могущественных держав мира, русские войска вошли в Париж, а внутри страны были предприняты грандиозные преобразования, недаром названные «Великими реформами». Начало XX века стало периодом одного из самых высоких в истории России темпов экономического роста: по этому показателю она вышла на первое место в мире, опередив даже стремительно развивавшиеся Соединенные Штаты Америки. В 1913 году в России широко праздновалось 300-летие дома Романовых. Казалось, ничто не может изменить исторический процесс, разрушить мощнейшую конструкцию — Российскую империю. Тем не менее это произошло.

Год выпуска: 2013. Страна: Россия. Жанр: Исторический

 

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Романовы. Под сенью кремлевских орлов (Документальный Фильм)

Документальный проект, приуроченый к 400-летию избрания на царство Михаила I Федоровича и воцарению на Руси дома Романовых. Более 300 лет династия Романовых правила на Руси и в Российской империи. С именами 18 русских царей и императоров рода Романовых связаны самые яркие страницы русской истории, становление и укрепления могущества русского государства. Каковы были русские цари? Как приходили они к власти и что оставили после себя? Что представляло собой Русское Самодержавие как система управления? Каковы ее недостатки и преимущества? Проект рассказывает о роли, которую монархи дома Романовых играли в событиях российской и мировой истории. О судьбе каждого из царей, его жизни и деятельности, о достоинствах и недостатках, ошибках и достижениях, поражениях и победах. И главное, о том, как менялся облик государства Российского под их скипетром. Каждая серия посвящена периоду правления одного или нескольких царей дома Романовых.

Формат: историческая реконструкция Жанр: докудрама Год производства: 2013 Количество серий: 8

Романовы. Под сенью кремлевских орлов

Это время правления Михаила Федоровича, Алексея Михайловича, Федора Алексеевича, Ивана V и Петра I. Михаил I Федорович Романов вместе с царскими регалиями получил и множество проблем. Едва став Царем, он подписал указ о проведении переписи, чтобы понять, сколько людей живет на русской земле после опустошительной Смуты. А уже через сорок лет в правление его сына, Алексея Михайловича, произойдет воссоединение Украины с Россией. Царю Федору Алексеевичу не повезло – его деятельность была практически забыта. Между тем многое из того, что было им начато, получило продолжение в реформах его младшего брата – будущего Императора Петра I.

Год выпуска: 2013. Страна: Россия. Жанр: Исторический

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

БОЙЦАМ БЕЛОЙ АРМИИ

Темна ты, ночь февральская!
Морозец твой — не ласковый!
Но вспомнишь мрак октябрьский,
И сердце вдруг замрёт опасливо…

Мне Солнца свет неведом больше,
Вокруг меня одни снега.
Но нет, я не уеду в Польшу —
Куда родней Руси ветра!

Не первый месяц, чай, в походе —
Уж сто болезней перенёс!
Я помню о своём народе,
Не зря ж присягу произнёс…

Ведь всё же я не одинок,
Со мною верные друзья.
В бою поддержат мой клинок —
Теперь они моя семья.

Как этот мир жесток бывает:
Безумцы… Родина в опале…
Народ, великий прежде, тает —
Его сокровища в пожаре…

Мы, честные сыны России,
Сегодня вновь в борьбе со злом.
На фоне стадного бессилья
Громим «товарищей» заслон.

Белогвардейцы — наше имя,
Заступники — всё наше званье.
И не сотрёт лихое время
О нас правдивое сказанье.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Николаевская железная дорога — первая в России

В конце 1851 года была пущена в эксплуатацию первая российская железная дорога.

Она связала Санкт-Петербург и Москву и была названа Николаевской, по имени царя Николая. Николаевская дорога стала первой двухпутной казённой железной дорогой в Российской Империи и положила начало созданию в государстве железнодорожной сети общегосударственного значения. Протяжённость дороги составила 645 км (604 версты). Здесь собраны фотографии, которые был сделаны в 1862 году.

Николаевская железная дорога — первая в России Против

© Выложено на сайте патриотических новостей РУССКАЯ ИМПЕРИЯ https://RusImperia.Org для всеобщего пользования. Мы-Русские! С нами Бог! Россия, 2018

Николаевская железная дорога — первая в России Против

© Выложено на сайте патриотических новостей РУССКАЯ ИМПЕРИЯ https://RusImperia.Org для всеобщего пользования. Мы-Русские! С нами Бог! Россия, 2018

Николаевская железная дорога — первая в России Против

© Выложено на сайте патриотических новостей РУССКАЯ ИМПЕРИЯ https://RusImperia.Org для всеобщего пользования. Мы-Русские! С нами Бог! Россия, 2018

Николаевская железная дорога — первая в России Против

© Выложено на сайте патриотических новостей РУССКАЯ ИМПЕРИЯ https://RusImperia.Org для всеобщего пользования. Мы-Русские! С нами Бог! Россия, 2018

Николаевская железная дорога — первая в России Против

© Выложено на сайте патриотических новостей РУССКАЯ ИМПЕРИЯ https://RusImperia.Org для всеобщего пользования. Мы-Русские! С нами Бог! Россия, 2018

Николаевская железная дорога — первая в России Против

© Выложено на сайте патриотических новостей РУССКАЯ ИМПЕРИЯ https://RusImperia.Org для всеобщего пользования. Мы-Русские! С нами Бог! Россия, 2018

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Царевич Алексей 

В дни нашей скорби безнадежной,
В дни общей слабости людской
Твой Образ девственный и нежный
Влечет нас прелестью былой;

Влечет лучистыми глазами
С их неподдельной добротой;
Влечет небесными чертами,
Влечет нездешней красотой.

И забываются ошибки,
И скорбь, терзающая нас,
При виде царственной улыбки
Твоих невинных детских глаз.

И сердцу кажутся ничтожны
Все наши праздные мечты,
И страх, корыстный и тревожный,
И голос мелкой нищеты.

И в эти сладкие мгновенья
Пред одновленною душой
Встает, как светлое виденье,
Твой Образ чистый и святой.

Новый Футог, 1922 год.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Владимир Солоухин о геноциде русского народа

Да русских для того и истребляли десятками миллионов, чтобы подавить в них все русское, национальное и превратить их лишь в послушное орудие осуществления своих, отнюдь не русских, а интернациональных идей»

В.Солоухин.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

ЛОКОМОТИВ ЭКОНОМИКИ

Только в 1907–1911 годах железнодорожным транспортом были перевезены 889,4 млн человек, 55 911,1 млн. пудов грузов. Промышленная продукция составила 64 % всех перевозок. Количество паровозов на сети за десятилетие возросло на 5000 единиц (на 35%). К 1912 году в парке только в казенной сети железных дорог имелось 15 084 паровоза.

ВО ГЛАВЕ СТРОИТЕЛЬСТВА ТРАНССИБА

В мае 1891 года по поручению Императора Александра III Цесаревич Николай заложил первый, Уссурийский, участок Транссиба, в 1892 году был назначен председателем Комитета Сибирской железной дороги. Впоследствии Император Николай II успешно руководил Комитетом в течение всего своего царствования. По быстроте сооружения (в течение 12 лет), по протяженности (7416 км), трудностям строительства и объемам работ Транссиб не знает себе равных во всем мире.

Источник: историко-познавательный информационный сборник «Россия в эпоху правления императора Николая II».
Авторы: В.Н. Майоров, И.А. Майорова.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Памятник Петру Столыпину в Киеве

Памятник Петру Столыпину в Киеве — несохранившийся памятник видному государственному деятелю и премьер-министру Российской империи Петру Аркадьевичу Столыпину, убитому в Киеве в результате покушения. Был открыт 6 сентября 1913 года на Думской площади (нынешнем Майдане Незалежности) напротив здания Городской думы и простоял до революционных событий 1917 года.

Статуя изображала Столыпина Петра Аркадьевича в полный рост, в форменном сюртуке. Высота памятника составляла около 8,5 м. Пьедестал, на котором располагалась фигура Столыпина, был сделан из светло-серого гранита. По правой и левой сторонам памятника располагались аллегорические фигуры: Мощи (русский витязь) и Скорби (русская женщина). На каждой стороне пьедестала имелась надпись. На передней стороне памятника была написано: «Петру Аркадьевичу Столыпину — русскie люди». С левой стороны, над фигурой женщины: «Твердо верю, что затеплившiйся на западе Россiи светъ русской нацiональной идеи не погаснетъ и вскоре озаритъ всю Россiю». С правой стороны, над фигурой витязя: «Вамъ нужны великiя потрясенiя, — намъ нужна великая Россiя». Надпись на задней стороне пьедестала гласила: «Родился 2-го апреля 1862 года въ Москве. Жизнь посвятилъ служенiю родине. Палъ от руки убiйцы 1-5-го сентября 1911 г. въ Кiеве».

1 сентября 1911 года Пётр Столыпин, находясь с официальным визитом в Киеве, был смертельно ранен выстрелом террориста-эсера Дмитрия Богрова. Столыпин скончался через четыре дня и был похоронен на территории Киево-Печерской лавры.

Вскоре после смерти Петра Столыпина, киевская городская дума приняла решение установить памятник в его честь. Первоначально планировалось поставить его напротив здания Оперы, однако против этого выступила вдова покойного. Тогда городские власти решили установить памятник перед зданием Городской думы. Благодаря пожертвованиям было собрано около 120 тысяч рублей, из них 20 тысяч внёс ассигнациями лично император Николай II. Деньги, которые остались после сооружения памятника, были направлены на помощь вдовам и сиротам.

Памятник был заложен летом 1912 года, а уже 6 сентября 1913 года, к двухлетней годовщине убийства Столыпина, был торжественно открыт. Автором проекта памятника стал итальянский скульптор Этторе Ксименес, соорудивший также памятник Александру II в Киеве. За работу скульптор деньги не взял. Архитектурную часть проекта разработал киевский архитектор Ипполит Николаев.

Памятник Столыпину простоял всего четыре года и был демонтирован после Февральской революции 17 (30) марта 1917 года[1]. Перед снятием революционеры организовали над памятником защитника самодержавия «народный суд», а для сноса было использовано сооружение, напоминающее виселицу. Статуя некоторое время пролежала на заводе Арсенал, прежде чем была переплавлена. Скульптуры «Витязя» и «Женщины-России», украшавшие пьедестал памятника, также попали на завод «Арсенал», позднее было принято решение передать их в Лаврский музейный заповедник, где они безследно исчезли.

Спустя два года после разрушения памятника Столыпину на том же месте был воздвигнут гипсовый памятник Карлу Марксу, который вскоре был разрушен деникинцами. В 1922 году в стороне от места бывшего памятника был сооружён новый памятник Карлу Марксу в стиле кубизма.

На фотографии статуя, посвященная Столыпину Петру Аркадьевичу. Стояла возле киевской городской думы, в 1913 году.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Налоги, сельское хозяйство и квалификация 

Еще одно отличие царской России заключалось в небольших налогах, которые платили горожане – до 1914 года эта сумма держалась около 3 рублей в месяц. Также потребительская корзина в то время стоила меньше (при одном и том же качестве) из-за дешевизны многих сельскохозяйственных продуктов.

Молоко, хлеб, лук, свекла, морковь, картошка, капуста даже в столичных городах, стоили очень дешево. К слову, максимальная наценка на продукты, которые везли из Подмосковья в столицу составляла только 10 %.

Большую роль играла квалификация рабочего: чернорабочие на Обуховском заводе в Петрограде в январе 1917 года получали 160 рублей, а остальные – от 220 до 400 рублей в месяц. Историки подсчитали, что за период с 1885 по 1914 год питание рабочих в столицах и провинциальных городах значительно улучшилось.

Если в 1885 мужчина тратил на питание от 34 до 45 % заработка (а женщина около 57 %), то в 1914 году мужчина тратил на еду только 25 % зарплаты, а женщина – 33 %.

Больше стали расходы на одежду, обувь, улучшение жилья, газеты, журналы, книги, театр, а также на обучение детей и транспорт — тогда городской трамвай и поезд. Таким образом, перевод цен в современные рубли, что часто можно встретить в интернете, редко получается корректным. В таких случаях, лучше обращаться к первоисточникам.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

«Императору» 

Призрак какой-то неведомой силы,
Ты ль, указавший законы судьбе,
Ты ль, император, во мраке могилы
Хочешь, чтоб я говорил о тебе?

Горе мне! Я не трибун, не сенатор,
Я только бедный бродячий певец,
И для чего, для чего, император,
Ты на меня возлагаешь венец?

Заперты мне все богатые двери,
И мои бедные сказки-стихи
Слушают только бездомные звери
Да на высоких горах пастухи.

Старый хитон мой изодран и черен,
Очи не зорки, и голос мой слаб,
Но ты сказал, и я буду покорен,
О император, я верный твой раб.

Автор неизв. 1918 год

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Российская империя в 1897 году 

В 1912 году в Санкт-Петербурге вышла книга Николая Александровича Рубакина «Россия в цифрах. Страна. Народ. Сословия. Классы (Опыт статистической характеристики сословно-классового населения русского государства)». Книга была составлена на основе данных Переписи населения 1897 года. Бездушная статистика представлена в ней выразительными и понятными рисунками.

В число русских включены также украинцы и белорусы.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Алмазной воли, чётких правил. Безкомпрамиссно Русью правил. 

В огромном омуте политики негодной,
Когда в России свет спокойствия погас,
Он стал мерилом мудрости народной,
Чтобы спасти ее в нелегкий час.

Он сочетал в себе великую отвагу,
Любовь к Отчизне, трезвый ум,
Чтоб для страны путь к процветанию и благу
Найти среди, тяжелых дум.

Он в сердце своем не имел корысти.
Идейным пленом не был отягчен.
Когда народ, несправедливо возжелая мести,
Был буйным безрассудством увлечен.

Он был рожден судьбой для высшей цели
И брошен в пекло пламенной борьбы,
Чтобы на древе власти не созрели
Кровавые жестокости плоды.

Но в одиночестве на поле брани
Не смог он корень зла срубить,
Грядущий смерч народного пожара
Увы, не в силах был предотвратить.

Ушел он так же, как все гении уходят,
Оставив истину на осужденье масс
И занеся навечно, в летопись столетий.
Провиденья безсмертный глас.

Л.Ш.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

В Воронеже открылась выставка о Первой мировой войне

Выставка «Первая мировая война. Подвиг забытых героев», посвященная 100-летию окончания Первой мировой войны, открылась в Воронежском областном краеведческом музее (улица Плехановская, 29) в пятницу, 14 декабря. На ней представлены документы, оружие, знамена, награды, фотографии. Многие материалы посвящены полкам, которые участвовали в Первой мировой войне и носили название уездных городов Воронежской губернии или формировались преимущественно из воронежцев. Это 124 Воронежский пехотный полк, 226 Землянский полк, который произвел знаменитую атаку мертвецов в крепости Осовец, и другие. «Недавние исследования показали, что среди выходцев из Воронежской губернии было 97 полных георгиевских кавалеров. Всего по России, согласно последним сведениям, их насчитывается около 40 тысяч», – рассказал куратор выставки, заместитель директора музея Александр Кулешов.

Информацию о каждом из георгиевских кавалеров – земляков посетители могут найти в электронном справочнике, которым оборудована выставка. В экспозиции представлены личные вещи уроженца Острогожского уезда, знаменитого военачальника Андрея Снесарева: бинокль, погоны, награды.

В числе не выставлявшихся ранее экспонатов – клинок германской винтовки 1898 года, на кожаном креплении которой видна надпись: «Взят в устье Нарвы, 1916 год». Солдатский клинок «бебут», которым были вооружены нижние чины пехотных и артиллерийских частей, нашли в 1967 году при разрушении дома на улице Кирова. Выставка будет открыта до конца 2019 года.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Забытые герои Великой войны: Антон Деникин

Зимой 1914-1915 гг. 4-я бригада, заслужившая прозвище «Железной», в составе 12-го армейского корпуса генерала А.М. Каледина героически защищала перевалы в Карпатах. Будучи переформирована в дивизию, весной-летом 1915 г. она всё время перебрасывалась с одного горячего участка на другой, спасая положение там, где было оно наиболее отчаянным. В сентябре «Железная дивизия», неожиданно контратаковав противника, захватила город Луцк, взяв в плен около 20 тыс. человек, что равнялось её собственному численному составу… Все эти подвиги принесли заслуженную известность и уважение командиру дивизии – генералу А.И. Деникину.

Антон Иванович родился 4 (16) декабря 1872 г. в деревне Шпеталь Дольный, в завислинском пригороде Влоцлавека, уездного города Варшавской губернии, в семье отставного майора пограничной стражи. Его отец, Иван Ефимович, происходил из крепостных крестьян Саратовской губернии и был отдан помещиком в рекруты. После 22 лет солдатской службы Деникин-старший выслужился в офицеры. Прослужив в армии 35 лет, он успел принять участие в Венгерской, Крымской и Польской кампаниях.

Семья Деникиных жила весьма скромно, т.к. единственным её доходом была пенсия Ивана Ефимовича. Антон рос смышлёным и способным: много и с увлечением читал, в церкви прислуживал у алтаря, пел на клиросе, читал шестопсалмие и Апостол. После смерти отца он, сам ещё учащийся реального училища, стал подрабатывать репетиторством. Позже за успехи в науках ему была назначена стипендия.
По окончании училища, Деникин был зачислен вольноопределяющимся в 1-й стрелковый полк и вскоре принят в Киевское пехотное юнкерское училище на военно-училищный курс. По окончании последнего молодой подпоручик был определён во 2-ю артиллерийскую бригаду, расквартированную в уездном городе Бела Седлецкой губернии, в 159 верстах от Варшавы.

Служба в захолустье, конечно, не могла удовлетворить способного офицера. С немалыми трудами ему удалось поступить в Николаевскую Академию Генерального штаба. Академию он окончил, однако, произволом её нового начальника генерала Сухотина не был включён в списки выпускников, причисленных к Генеральному штабу… Несколькими годами позже справедливость, однако, была восстановлена, и Антон Иванович всё-таки стал офицером ГШ.

В те же годы Деникин стал печататься в журналах под псевдонимом Иван Ночин.
С началом Русско-японской войны он добровольно отправился в действующую армию и был назначен начальником штаба 3-й бригады Заамурского округа Отдельного корпуса пограничной стражи, стоявшей в глубоком тылу и вступавшей в стычки с китайскими разбойничьими отрядами хунхузов. Позже, уже в чине подполковника, принял должность начальника штаба Забайкальской казачьей дивизии генерала Ренненкампфа.

Боевое крещение Деникин принял во время Цинхеченского боя 19 ноября (2 декабря) 1904 г. Одна из сопок района боя вошла в военную историю под названием «Деникинской» за отбитое им штыками японское наступление. Особенно отличился Антон Иванович в разведках. В декабре 1904 г. он был назначен начальником штаба Урало-Забайкальской дивизии генерала Мищенко, которая специализировалась на конных рейдах в тыл противника. Успешный рейд был осуществлён ими в мае 1905 г. В результате были разгромлены две транспортных дороги со складами, запасами и телеграфными линиями; уничтожено более 800 повозок с ценным грузом и уведено более 200 лошадей; взято в плен 234 японца, включая 50 офицеров, и не менее 500 выведено из строя… Русские потери составили 187 убитых и раненых.

Великую войну Деникин встретил в чине генерал-майора и в должности генерал-квартирмейстера 8-й армии, находившейся под командованием генерала А.А. Брусилова. Штабная должность тяготила Антона Ивановича и уже в сентябре 1914 г. он добился перевода на строевую должность – командира бригады. «Судьба связала меня с Железной бригадой, — вспоминал генерал впоследствии. — В течение двух лет шла она со мной по полям кровавых сражений, вписав не мало славных страниц в летопись великой войны. Увы, их нет в официальной истории. Ибо большевистская цензура, получившая доступ ко всем архивным и историческим материалам, препарировала их по-своему и тщательно вытравила все эпизоды боевой деятельности бригады, связанные с моим именем…»
Первый же бой бригады под его командованием принес Деникину Георгиевское оружие «за то, что вы в боях с 8 по 12 сент. 1914 г. у Гродека с выдающимся искусством и мужеством отбивали отчаянные атаки превосходного в силах противника, особенно настойчивые 11 сент., при стремлении австрийцев прорвать центр корпуса; а утром 12 сент. сами перешли с бригадой в решительное наступление».

В октябре того же года Антон Иванович без артиллерийской подготовки перевёл свою бригаду в наступление на противника и взял село Горный Лужек, где находился штаб группы эрцгерцога Иосифа, откуда тот спешно эвакуировался. В результате взятия села открылось направление для наступления на шоссе Самбор-Турка. «За смелый манёвр» Деникин был награждён орденом Св. Георгия 4-й ст.

В ноябре 1914 г. «железная» бригада при выполнении боевых задач в Карпатах захватила город и станцию Мезоляборч, при составе самой бригады 4000 штыков, «взяв 3730 пленных, много оружия и военного снаряжения, большой подвижной состав с ценным грузом на железнодорожной станции, 9 орудий», потеряв при этом 164 убитых и 1332 с учётом раненых и вышедших из строя.

В феврале 1915 г. бригада, направленная на помощь сводному отряду генерала Каледина, овладела рядом командных высот, центром позиции противника и деревней Лутовиско, захватив свыше 2000 пленных и отбросив австрийцев за реку Сан. За этот бой Деникин был награждён орденом Св. Георгия 3-й ст.
В начале 1915 г. Антон Иванович получил предложение перейти на должность начальника дивизии, но отказался расставаться со своей бригадой «железных» стрелков. Тогда в дивизию была развёрнута его бригада. В сентябре 1915 г., в условиях общего отступления, Деникин приказал своей дивизии перейти в наступление. В итоге с налёта был взят город Луцк и захвачено в плен 158 офицеров и 9773 солдата. Сам Антон Иванович во время боя въехал на автомобиле в город и оттуда прислал Брусилову телеграмму о взятии Луцка.
В октябре, в ходе Чарторыйской операции, дивизия Деникина, выполнив задачу командования, форсировала реку

Стрый и взяла Чарторыйск, заняв на противоположном берегу реки плацдарм на 18 км в ширину и 20 км в глубину, отвлёкши на себя значительные силы противника.
Увы, и Луцк, и Чарторыйск впоследствии были оставлены в целях выравнивания фронта.

В марте 1916 г. Антон Иванович получил осколочное ранение в левую руку, но остался в строю. В мае его «железная» дивизия приняла участие в Луцком (Брусиловском) прорыве 1916 г. Прорвав 6 линий неприятельских позиций, она повторно взяла город Луцк, за что Деникину было вторично пожаловано Георгиевское оружие, усыпанное бриллиантами, с надписью: «За двукратное освобождение Луцка».
В сентябре 1916 г. генерал был назначен командующим 8-м корпусом и направлен на Румынский фронт, где и застала его революция 1917 г.

Революцию Антон Иванович поначалу встретил сочувственно. Некоторое время он занимал должность начштаба при новом Главнокомандующем генерале М.В. Алексееве. После замены последнего Брусиловым был назначен командующим армиями Западного фронта, а затем командующим Юго-Западным фронтом.
Резко критикуя направленные на развал армии действия Временного правительства, Деникин активно поддержал генерала Л.Г. Корнилова. После обвинения последнего в мятеже Антон Иванович в числе других генералов был арестован и заключён в тюрьму Бердичева за то, что резкой телеграммой Временному правительству выразил солидарность с Корниловым.

Арестованных генералов во главе с Корниловым поместили в Быховской тюрьме. После октябрьского переворота, понимая неминуемость расправы над узниками, Верховный Главнокомандующий генерал Духонин освободил их, а сам вскоре был растерзан революционными дезертирами.

Под именем «помощника начальника перевязочного отряда Александра Домбровского» Антон Иванович добрался до Новочеркасска, где принял деятельное участие в создании Добровольческой армии. Уже в январе 1918 г. генерал Алексеев говорил, что армией командуют Корнилов и Деникин. При выступлении в 1-й Кубанский (Ледяной) поход Лавр Георгиевич назначил Антона Ивановича своим заместителем, чтобы обеспечить преемство на случай своей гибели.

В течение двух лет (1918-1920 гг.) Деникин возглавлял Белое Движение на Юге России. Его судьба сложилась счастливее большинства белых вождей. Покинув Россию, он жил сперва во Франции, а после Второй Мировой войны – в США, написал ряд книг по истории Великой войны и Белого Движения и скончался 7 августа 1947 г. на 75-м году жизни.

Е. Фёдорова
для Русской Стратегии

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Первый электромобиль 

Журнал «Велосипед» в феврале 1898 года писал: «В департаменте торговли и мануфактур министерства финансов… в настоящее время находится изобретенная русским техником И-вым электрическая карета. Расход на содержание и езду в карете в три раза меньше, чем на лошадях. Изобретатель хлопочет о выдаче ему десятилетней привилегии на его изобретение».

Другое издание сообщало: «Русскому электротехнику А. Р-ху удалось изобрести двухместную электрическую карету, вес кареты равен 22 пудам. Карета приводится в движение и освещается исключительно электричеством. Машина устроена под сидением. Весь механизм сделан внутри кареты. Аккумуляторы заряжаются на четверо суток. В такой карете очень удобно совершать путешествия по проселочным дорогам. Изобретатель ходатайствует в Департаменте торговли и мануфактур министерства финансов о выдаче ему десятилетней привилегии».

На самом деле конструктором первого российского электромобиля был дворянин Ипполит Романов. Он начал занимался разработкой электрических экипажей еще с конца 1880-х годов, а первую машину построил 1899 году в Санкт-Петербурге. Электрический автомобиль, предназначенный для перевозки двух человек получил название «кукушка». Его масса составляла 750 кг, из которых 370 кг занимал аккумулятор, которого хватало на 60 км при скорости движения около 39 км/ч.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

«ЦАРСКИЙ КРЕСТ» 

Страдалец русского Престола,
Державный Вождь родной страны,
Тебя подстерегла крамола
На склоне мировой войны.

И «верноподданные» слуги,
Столь одаренные Тобой,
Врагам оказывать услуги
Спешили все наперебой.

И каждый лжец тебя злословил,
Виня в создании невзгод,
И скорбный Крест Тебе готовил
Твой обезумевший народ.

Но Ты, не веря грозной были,
Победой грезил впереди,
Пока Тебе не изменили
Твои преступные вожди.

Тогда с покорностью великой,
На горе любящих сердец,
Склонясь пред волей черни дикой,
Ты снял монарший Свой венец.

И молча, с кротостью смиренной,
Ты Крест на плечи возложил
И дивный подвиг дерзновенный
В глазах народов совершил.

Голгофа Царского страданья
была Тобою пройдена,
И злоба буйного восстанья
Твоим Крестом побеждена.

Ницца, 1938г.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

ЧЁРНАЯ СОТНЯ 

Когда неистовой хулою
Русь заливал крамольный вал,
Нас встретил враг насмешкой злою,
И Чёрной Сотней нас прозвал.
Названье приняли мы смело,
Мы им довольны и горды,
На общее сплотило дело
Оно могучие ряды.
И наша рать для славной брани
Растёт и крепнет шаг за шаг,
И замер смех в мятежном стане.
Увидел изумлённый враг,
Что шуткой наглой и задорной
Не омрачился наш восход,
То, что считал он Сотней Чёрной,
То — православный наш народ.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Подводный флот 

До Николая II Российская империя не имела подводного флота. Отставание России по этому показателю было существенным. Первое боевое применение подводной лодки было осуществлено американцами в 1864 году, а у России к концу XIX века не было даже опытных образцов.

Придя к власти, Николай II решает устранить отставание России, и подписывает указ о создании подводного флота. Уже в 1901 году испытания проходит первая серия отечественных подводных лодок. За 15 лет Николаю II с нуля удается создать самый мощный подводный флот в мире.

К 1914 году мы имели в своем распоряжении 78 подлодок, некоторые из которых участвовали как в Первой Мировой, так и в Великой Отечественной.

Последняя подлодка времен Николая II была списана только в 1955 году! (Речь идет о подводной лодке «Пантера», проекта «Барс»)

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

В 1920 году Ленин разрешил аборты, и весь 20-ый век страна переживала проклятие.

Один из зарубежных гинекологов, провидя будущее, сказал, что когда аборт будет производиться так же легко, как удаление зуба, наступит крайняя степень нравственного падения людей. И вот в состоянии такого нравственного падения мир существует почти восемь десятилетий.

О том, что аборт – это убийство, надо рассказывать в школах!

«Очень хочется надеяться, что при обсуждении законопроектов об абортах в Госдуме сохранится главное – твёрдое намерение наших политиков исключить аборты из системы медстрахования», — заявил председатель Отдела Московского Патриархата по взаимоотношениям Церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин.

«Позиция людей, которые не считают эту ситуацию правильной, пробивает себе дорогу во многих странах, включая США. Не имеет государство право оплачивать что-то, что противоречит их совести. В своё время мы приняли решение об альтернативной службе. Сегодня врач имеет право отказаться от проведения аборта. Такое же решение должно быть принято об оплате абортов из системы ОМС. Отношение к абортам в нашем обществе, в нашей стране должно измениться. Обязательно через школы, СМИ, вузы мы должны доносить простую мысль о том, что нерождённый человек – это уже живой человек, и аборт – это убийство. Мы должны бросить вызов и школьной системе, и СМИ – почему эти системы не говорят правду о том, чем является аборт?! Вопрос об абортах должен рассматриваться не только с юридической или медицинской точек зрения. Аборт – это проклятие.

В 1920 году РСФСР первой в мире страной разрешила аборты, и весь 20-ый век страна переживала проклятие. Запрет на аборты снимет это проклятие с нашей страны», — заявил протоиерей Всеволод Чаплин.

+РУССКАЯ ИМПЕРИЯ+
http://russkajaimperia.ru
#РусскаяИмперия

ГРЯДУЩІЕ​ ПЕРСПЕКТИВЫ

Теперь, когда наша несчастная родина находится на самомъ днѣ ямы позора и бѣдствія, въ которую ​её​ загнала «великая соціальная революція», у многихъ изъ насъ ​всё​ ​чаще​ и ​чаще​ начинаетъ являться одна и та же мысль. Эта мысль настойчивая. Она — темная, мрачная, встаетъ въ сознаніи и властно требуетъ отвѣта. Она проста: а что же будетъ съ нами дальше? Появленіе ​её​ естественно. Мы проанализировали свое недавнее прошлое. О, мы очень хорошо изучили почти каждый моментъ за послѣдніе два года. Многіе же не только изучили, но и прокляли. Настоящее передъ нашими глазами. Оно таково, что глаза ​эти​ хочется закрыть. Не видѣть! Остается будущее. Загадочное, неизвѣстное будущее. Въ самомъ дѣлѣ: что же будетъ съ нами?.. Недавно мнѣ пришлось просмотрѣть нѣсколько экземпляровъ англійскаго иллюстрированнаго журнала. Я долго, какъ зачарованный, глядѣлъ на чудно ​исполненные​ снимки. И долго, долго думалъ потомъ…

Да, картина ясна! ​Колоссальные​ машины на колоссальныхъ заводахъ лихо ​радочно​ день за днемъ, пожирая каменный уголь, гремятъ, стучатъ, льютъ струи расплавленнаго металла, куютъ, чинятъ, строятъ… ​Онѣ​ куютъ могущество ​мира​, смѣнивъ тѣ машины, ​которые​ еще недавно, сѣясмерть и разрушая, ковали могущество побѣды. На Западѣ кончилась великая война великихъ народовъ. Теперь ​они​ зализываютъ свои раны. Конечно, ​они​ поправятся, очень скоро поправятся! И ​всемъ​, у кого, наконецъ, прояснился умъ, ​всѣмъ​, кто не вѣритъ жалкому бреду, что наша злостная болѣзнь перекинется на Западъ и поразитъ его, станетъ ясенъ тотъ мощный подъемъ титанической работы ​мира​, который вознесетъ ​западные​ страны на невиданную еще высоту мирнаго могущества. А мы? Мы опоздаемъ… Мы такъ сильно опоздаемъ, что никто изъ современныхъ пророковъ, пожалуй, не скажетъ, когда же, наконецъ, мы догонимъ ихъ и догонимъ ли вообще? Ибо мы наказаны. Намъ немыслимо сейчасъ созидать. Передъ нами тяжкая задача — завоевать, отнять свою собственную землю. Расплата началась. Герои-добровольцы рвутъ изъ ​рук​ ​Троцкого​ пядь за пядью русскую землю. И ​всѣ​, ​всѣ​ — и ​они​, безтрепетно ​совершающіе​ свой долгъ, и тѣ, кто жмется сейчасъ по тыловымъ городамъ юга, въ горькомъ заблужденіи ​полагающіе​, что дѣло спасенія страны обойдется безъ нихъ, ​всѣ​ ждутъ страстно освобожденія страны. И ​её​ освободятъ. Ибо нѣтъ страны, которая не имѣла бы героевъ, и преступно думать, что родина умерла.

Но придется много драться, много пролить крови, потому что пока за зловѣщей фигурой ​Троцкого​ еще топчутся съ оружіемъ въ рукахъ ​одураченные​ имъ безумцы, жизни не будетъ, а будетъ смертная борьба.

Нужно драться. И вотъ пока тамъ, на Западѣ, будутъ стучать машины созиданія, у насъ отъ края и до края страны будутъ стучать пулеметы. Безумство двухъ послѣднихъ ​летъ​ толкнуло насъ на страшный путь, и намъ нѣтъ остановки, нѣтъ передышки. Мы начали пить чашу наказанія и выпьемъ ​её​ до конца. Тамъ, на Западѣ, будутъ сверкать ​безчисленные​ ​электрическіе​ огни, летчики будутъ сверлить покоренный воздухъ, тамъ будутъ строить, изслѣдовать, печатать, учиться… А мы… Мы будемъ драться. Ибо нѣтъ никакой силы, которая могла бы измѣнить это. Мы будемъ завоевывать ​собственные​ столицы. И мы завоюемъ ихъ. Англичане, помня, какъ мы покрывали ​поля​ кровавой росой, били Германію, оттаскивая ​её​ отъ Парижа, дадутъ намъ въ долгъ еще шинелей и ботинокъ, чтобы мы могли скорѣе добраться до Москвы. И мы доберемся.Негодяи и безумцы будутъ изгнаны, разсѣяны, уничтожены. И война кончится. Тогда страна окровавленная, разрушенная начнетъ вставать… Медленно, тяжело вставать. Тѣ, кто жалуется на «усталость», увы, разочаруются. Ибо имъ придется «устать» еще больше…Нужно будетъ платить за прошлое ​неимовернымъ​ трудомъ, суровой бѣдностью жизни. Платить и въ переносномъ, и въ буквальномъ смыслѣ слова. Платить за безумство мартовскихъ дней, за безумство дней октябрьскихъ, за самостійныхъ измѣнниковъ, за развращеніе рабочихъ, за Брестъ, за безумно пользованіе станкомъ для печатанія денегъ… за ​всё​! И мы выплатимъ. И только тогда, когда будетъ уже очень поздно, мы вновь начнемъ кой-что созидать, чтобы стать полноправными, чтобы насъ впустили опять въ ​версальскіе залы. Кто увидитъ ​эти​ ​свѣтлые​ дни? Мы? О нѣтъ! Наши дѣти, быть можетъ, а быть можетъ, и внуки, ибо размахъ исторіи широкъ и десятилѣтія она такъ же легко «читаетъ», какъ и ​отдѣльные годы. И мы, представители неудачливаго поколѣнія, умирая еще въ чинѣ жалкихъ банкротовъ, вынуждены будемъ сказать нашимъ дѣтямъ:

— Платите, платите честно и вѣчно помните соціальную революцію!

Михаилъ Булгаковъ

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

ДНИ ОТМЩЕНІЯ ​ПОСТИГОША​ НАСЪ… ПОКАЕМСЯ ДА НЕ ИСТРЕБИТЪ НАСЪ ГОСПОДЬ

Это полотно, созданное въ отвѣтъ на крамолу 1905 года, — призывъ къ русскому народу отказаться отъ революціи, покаяться за участіе въ ней; защитить Государя и сохранить самодержавную монархію. ​Начальные​ слова для картины, «дни отмщенія», взяты изъ Евангелія отъ Луки: «…потому что это дни отмщенія, да исполнится ​всё​ написанное» (Лукъ. 21:22). ​Конечные​ слова взяты изъ ​Псалтири​: «Истребитъ Господь ​всё​ уста ​льстивые​, языкъ велерѣчивый» (Пс. 11:4), и перефразированы. Въ центрѣ картины въ свѣтломъ коническомъ столбѣ, поднимающемся до неба, изображено Распятіе. Около Распятія въ томъ же столбѣ изображены молящіеся Богу о спасеніи Россіи Императоръ Николай II, Его супруга Александра Ѳедоровна и Ихъ дѣти. Надъ Распятіемъ изображены два парящихъ ангела съ короной въ рукахъ. Свѣтлый столбъ, который поднимается до неба и въ которомъ изображены ​Романовы​, символизируетъ молитву. Коническій столбъ соединенъ со свѣтлымъ облакомъ. Внутри облака изображена Новозавѣтная Троица и вокругъ ​нея​, въ томъ же свѣтломъ облакѣ, молящіеся ​святые​. Соединеніе столба и облака символизируетъ соединеніе молитвы небожителей — святыхъ и царской семьи. Въ нижней части картины, вокругъ молящейся царской семьи, изображены защитники монархіи черносотенцы съ флагами Россіи, среди нихъ на переднемъ планѣ изображены учредители Союза русскаго народа. Въ центрѣ — игуменъ Арсеній, у котораго въ рукахъ Крестъ и Евангеліе, рядомъ съ нимъ протоіерей Іоаннъ Кронштадтскій, у котораго въ рукахъ Крестъ; по правую и лѣвую сторону отъ нихъ — ​остальные​ 12 учредителей Союза русскаго народа: Александръ ​Дубровинъ​; Иванъ Барановъ; Владиміръ Пуришкевичъ; Николай Ознобишинъ; Владиміръ Грингмутъ; князь Александръ ​Щербатовъ​; Павелъ Булацель; Ростиславъ ​Трегубовъ​; Николай ​Жеденовъ​; Николай Большаковъ; ​отецъ​ Иліодоръ; Аполлонъ ​Майковъ​. Игуменъ Арсеній и протоіерей Іоаннъ Кронштадтскій символизируютъ Спасителя, а двѣнадцать остальныхъ учредителей учениковъ Господа — апостоловъ; ​которые​, подобно ангеламъ, защищаютъ царскую власть отъ бѣсовъ-революціонеровъ; сама революція, по мнѣнію автора картины, это идолопоклонство.Полукольцо изображенныхъ на картинѣ черносотенцевъ окружаютъ революціонеры съ красными знаменами. Въ рукахъ у отдѣльныхъ революціонеровъ пистолеты, изъ которыхъ ​они​ стрѣляютъ въ монархистовъ-черносотенцевъ; ​отдѣльные​ защитники-монархисты падаютъ убитыми. Между монархистами и революціонерами изображены ​огненные​ костры и лужи крови. Выстрѣлы, лужи крови и костры символизируютъ терроризмъ и революцію 1905—1907 годовъ въ Россіи. Въ верхней части картины вокругъ свѣтлаго облака, въ которомъ находится Новозавѣтная Троица, изображены ​черные​ тучи; изъ тучъ на головы революціонеровъ направлены молніи. Молніи символизируютъ гнѣвъ Божій противъ революціонеровъ.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

ПАМЯТНИКЪ ИМПЕРАТОРУ НИКОЛАЮ II ВЪ ​ЛИВАДІИ​

Памятникъ открытъ 20 мая 2015 года у главнаго входа въ бывшій Бѣлый императорскій дворецъ въ ​Ливадіи​. Памятникъ установили по иниціативѣ Императорскаго православнаго палестинскаго общества (​ИППО​) при поддержкѣ ​Николо​-Берлюковского мужского монастыря и благотворительнаго фонда “Возрожденіе культурнаго наслѣдія”. Скульптура изготовлена въ мастерской руководителя Аллеи Россійской Славы Михаила Сердюкова по эскизу заслуженнаго художника Россіи Александра ​Аполлонова​. Бюстъ Императора, постаментъ и поддонъ для постамента изготовлены изъ мрамора. Высота поддона – 40 см., подіума – 1,9 м, бюста, выкрашеннаго подъ цвѣтъ бронзы, – 1 м.

ПАМЯТНИКЪ ИМПЕРАТОРУ НИКОЛАЮ II ВЪ ​ЛИВАДІИ​ Против

© Выложено на сайте патриотических новостей РУССКАЯ ИМПЕРИЯ https://RusImperia.Org для всеобщего пользования. Мы-Русские! С нами Бог! Россия, 2018

ПАМЯТНИКЪ ИМПЕРАТОРУ НИКОЛАЮ II ВЪ ​ЛИВАДІИ​ Против

© Выложено на сайте патриотических новостей РУССКАЯ ИМПЕРИЯ https://RusImperia.Org для всеобщего пользования. Мы-Русские! С нами Бог! Россия, 2018

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

ЛЮБИТЬ РОССІЮ ТАКЪ, КАКЪ ОНЪ…

Любить Россію такъ, какъ Онъ,
Любить какъ матушку родную,
Какъ повелося испоконъ,
Любить и чтить ​её​ — любую!

Простить за то, что предала,
Простить за то, что отвернулась,
Что на погибель обрекла
И отъ безумья не очнулась,

Когда кругомъ бушуетъ чернь
И пламя жжетъ ​поля​ ​святые​,
Зрѣть средь языческихъ ​молельнь​
Ликъ Божьей Матери — Россіи.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

ВЪ ДОНСКОЙ СТАНИЦѢ ПРИ БОЛЬШЕВИКАХЪ 

«…Станица притаилась, но жила своею жизнью. Моя хозяйка-старуха ​всё​ возмущалась нараставшей дороговизной. «Мука стала 15 рублей пудъ, — слыханное ли дѣло, а, батюшка? А ​всё​ ​Морековъ​. Ну, гдѣ ему править! Ему съ аршиномъ стоять, а не станицей править. И казаки недовольны!» — ворчала она за обѣдомъ. Притихшая было «​брехалка​» снова ожила. По настоянію казаковъ ​всё​ офицеры, и въ томъ числѣ Лукьяновъ, были выпущены, и ​станичные​ барышни дѣлали имъ оваціи. Какой-то безусый хорунжій ходилъ въ погонахъ и шпорахъ, и комиссаръ не ​смелъ​ его арестовать. «​Хронтовики​» партіями исчезали изъ станицы и возвращались черезъ нѣсколько дней съ отличными лошадьми, взятыми отъ коннозаводчиковъ. ​Онѣ​ не могли утерпѣть, чтобы не похвастать добычей передъ своими бывшими офицерами. Приходили по утрамъ, таинственно вызывали ​скрывавшегося​ «арестанта» и говорили: «Глянь-ко, Петра ​Александрычъ​, какого жеребца я ​надысь​ привелъ съ ​Корольковской​ зимовки. Знатный жеребецъ!» ​Морековъ​ ежедневно переговаривался по телефону съ Новочеркасскомъ, гдѣ ​комиссарили​ пьяный дегенератъ ​Голубовъ​, неграмотный и грубый Подтелковъ и звѣрскій палачъ ​Медведевъ​, и ​всё​ грозилъ, что онъ приведетъ Константиновскую въ порядокъ. — Новочеркасскъ требуетъ крови, — говорилъ онъ, — Новочеркасскъ не доволенъ ​темъ​, что не было въ станицѣ разстрѣловъ. Каждый день по станицѣ ходили слухи о предстоящихъ ночью арестахъ. Облагали богатыхъ гражданъ данью въ два милліона рублей, но никто ничего не давалъ, и ​Морековъ​ и ​Тапилинъ​ молчали. Казаки-большевики 2-го и 9-го полковъ не исполняли приказовъ и медленно, но вѣрно расходились изъ станицы, ​разочарованные​ большевистской властью, разжигалась всегда большая рознь между казаками и иногородними, и комиссары чувствовали, что казаки не на ихъ сторонѣ. Дружина изъ иногороднихъ была труслива, не умѣла владѣть оружіемъ и была недостаточно кровожадно настроена. ​Морековъ​ просилъ присылки матросовъ и красной гвардіи. Но матросамъ и красной гвардіи не улыбалось ломать походъ по степи, ​они​ упивались властью въ Новочеркасскѣ и Ростовѣ. Да и боялись казаковъ. — Вотъ откроется Донъ, станетъ навигація, пароходомъ придемъ, всѣхъ буржуевъ передушимъ, кровушки напьемся, — говорила власть изъ Новочеркасска. А «​брехалка​» подхватывала ​эти​ слова, ахала, возмущалась, трепетала, дѣвицы по вечерамъ прижимались къ кавалерамъ, будущимъ жертвамъ палачей, и еще веселѣе съ истеричнымъ надрывомъ смѣялись, и росло и крѣпло чувство въ станицѣ, что такъ нельзя жить, что это не власть и не правительство. Трепетали ​Морековъ​ и ​Тапилинъ​, заискивали передъ казаками. Приказали произвести выборы полкового командира. 9-й полкъ избралъ своего бывшаго командира полковника Короченцова. Отрезвлялись казаки. А когда съ первымъ весеннимъ тепломъ потянуло отъ черной степи ароматомъ чернозема, когда задрожало въ розовомъ туманѣ степное марево и стали мычать коровы, просясь на луговой просторъ станичной ​толоки​, — зашумѣла станица, и ​грозные​ стали предъявлять требованія комиссару и его совѣту. Поднимался ​вѣсь​ Донъ снизу доверху и шелъ изгонять большевиковъ и совѣты.»

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

БОЙ У ​ЯРОСЛАВИЦЪ​

Бой у ​Ярославицъ​ былъ первымъ (и послѣднимъ) крупнымъ кавалерійскимъ сраженіемъ Первой ​мировой​ войны, который проходилъ 21 (8) августа 1914 года невдалекѣ отъ деревень ​Волчковцы​ и ​Ярославице​, между четвертой австрійской кавалерійской дивизіей Эдмунда фонъ ​Заремба​ и десятой русской кавалерійской дивизіей графа ​Келлера​.

Согласно методологіямъ кавалерійскаго боя русская конница использовала противъ кавалеріи недруговъ пики. Это смяло первую линію обороны. Послѣ этого была сѣча, въ которой участвовали около двухъ съ половиной тысячъ всадниковъ. Слѣдующая фаза поставила русскихъ въ незавидное положеніе. Австрійцы, скрывъ свои ​истинные​ силы, нанесли еще два удара. Ударили послѣдніе десять эскадроновъ австрійцевъ. Въ итогѣ ​русскіе​ начали сдавать. Въ преслѣдованіе русской кавалеріи понесся ​вѣсь​ австрійскій эскадронъ. Чтобы исправить ситуацію въ атаку фланга австрійскаго эскадрона пошелъ самъ графъ ​Келлеръ​ со своими ординарцами. Эта атака смяла флангъ противника.

Судьба боя была рѣшена атакой десятаго гусарскаго полка. Этотъ полкъ смялъ послѣднюю линію атакующихъ австрійскихъ кавалеристовъ. Въ итогѣ боя была захвачена вражеская артиллерія, 300 лошадей, штабная документація, пулеметы. Потери австрійцевъ ранеными и убитыми составили 969 бойцовъ. Потери «​келлеровской​» дивизіи – сто пятьдесятъ бойцовъ.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Соликамск: на полпути от беспамятства. Впечатления от одной провинциальной конференции

История гражданской войны 1917-1922 гг. стала одной из главных тем всероссийской научно-практической конференции «Культурно-историческое наследие как фактор устойчивого развития территории», прошедшей в Пермском крае. Дискуссионной площадкой стал Соликамский государственный педагогический институт, где собрались историки, краеведы, педагоги, работники музеев и сферы туризма из Перми, Соликамска, Чердыни, Тюмени, Екатеринбурга, Казани, Елабуги, Нижнего Новгорода и др. городов.

В ходе обсуждения были представлены разные точки зрения на события столетней давности, определившие вектор пути нашего Отечества в XX веке. Доминирующим был взгляд на гражданскую войну между «красными» и «белыми» и шире – между революционными массами и огромным большинством русского и других коренных народов, населявших бывшую российскую империю – как на национальную катастрофу.

В наиболее обнаженном и выпуклом виде эта концепция была представлена в докладе профессора Нижегородского лингвистического университета доктора исторических наук Сергея Устинкина. Историография гражданской войны, по его мнению, советская и отчасти современная, обросла философскими догмами и мифами. Объективный же взгляд приводит к выводу, что тот гражданский конфликт обернулся для страны и народа самыми разрушительными последствия. Все это требует осмысления настоящим и будущим поколениями. Сегодня мы видим острейше идейное противостояние наследников красных и белых. Чтобы смута не повторилась, необходим общественный компромисс. Иначе страна рискует вновь погрузиться в гражданский конфликт, для которого есть немало предпосылок, в том числе социальная безответственность части политической и культурной элиты. Автор доклада напомнил интересный факт. В 1958 году Василий Шульгин – в прошлом монархист и член Государственной думы, попавший из эмиграции в чекистский плен, написал по заданию КГБ аналитическую записку, в которой предсказал быдущие события: сначала крушение советской власти, а затем красный реванш и его победу под флагом «бей контрреволюционеров – врагов рода человеческого, смерть им!»

Развитием такой точки зрения стал доклад кандидата политологических наук из Нижнего Новгорода Натальи Морозовой. Оратор подробно обрисовала характер революционного катаклизма вековой давности и его последствия. Только потери населения от боевых действий, террора, эпидемий, голода составили 15 млн человек. Свыше 2 млн человек – огромный слой офицерства и интеллигенции – был вытолкнут в эмиграцию. От охватившей Россию кровавой смуты проиграли все: и победители и проигравшие. И это урок для нас и будущих поколений. Как избежать новой катастрофы? Синтез красной и белой идеи невозможен, считает Наталья Морозова. А вот компромисс – на базе общих, прежде всего патриотических ценностей – не только желателен и даже спасителен, но и реален.

Оживленную дискуссию вызвал доклад члена Российского военно-исторического общества из Перми А. Артемьева. Он представил концепцию схожести исторических судеб Германии и России, переживших в XX столетии исторические фазы леворадикальных переворотов, демократической или квазидемократической неустойчивости (у них – Веймарская республика, у нас – НЭП) и, наконец, тоталитарной диктатуры как средства обуздания анархии. Доклад был подвергнут критике рядом участников дискуссии за схематизм и натянутость его положений.

Историческим мифам и клише советской историографии в освещении тем революции и гражданской войны доклад доцента Пермского университета кандидата исторических наук Леонида Обухова. В частности, он отрицал большая роль в борьбе красных и белых иностранной интервенции, акцент на нее в трудах советских ученых – не более чем пропаганда. В действительности высадка войск союзников России была лишь на ее окраинах, имела незначительный масштаб и преследовала цель предупредить захват Германией (еще шла мировая война) портов и складов. Участия в боевых действиях интервенты фактически не принимали. Помимо этого докладчик трактовал как фикцию понятие диктатуры пролетариата (на деле – диктатура партии), указал на широкое присутствие интернационалистов в Красной армии как важный фактор победы большевиков. В городах и уездах Прикамья не было ни мощной народной поддержки большевиков, ни их «триумфального шествия» (еще один миф), а власть обычно захватывалась силой с помощью посылки летучих отрядов красной гвардии и ЧК.

Вместе с тем, острая критика большевиков за государственный переворот, провокацию гражданской войны, их ставку на террор, невиданные доселе зверства (убийство Царской семьи в Екатеринбурге) – все это не находило должных конечных выводов. В оценке противостоящей большевизму силы – Белого движения – большинство участников встречи останавливались у некой незримой черты, переступить которую были не в силах. Характерна в этом смысле реплика историка Л. Обухова: «Героев в гражданской войне не могло быть, кто же герои – кто больше своих перебил?»

Иной позиции придерживается автор этих строк. Вот тезисы его выступления. Неправильно ставить на одну доску белых и красных, отметил он. Если большевики выступили узурпаторами власти, то они и есть истинные виновники гражданской войны. Лидер компартии Ленин не скрывал, что гражданская война – его цель, тому есть множество подтверждений в его статьях и речах периода как до, так и после 1917 года. Военный коммунизм со всеми его «прелестями» — от тотального грабежа населения до огульного террора – вовсе не был чрезвычайщиной, порожденной разрухой, а явился ленинской моделью идеального устройства общества. Отказ от нее был вынужденным, под напором восставшего крестьянства (Тамбовское восстание, Кронштадт и др.), и после передышки двадцатых партия вновь принялась за свое.

Так почему же не считать правым Белое движение, которое выступило против беспощадного красного молоха, во имя страшной утопии истреблявшего целые классы и сословия? К тому же с опорой на чуждых народу карателей-интернационалистов (в Красной армии и ВЧК их было не менее 300 000 – данные советской энциклопедии). Почему не считать героями белых офицеров, гимназистов, кадетов, патриотически настроенных подлинно русских интеллигентов, жертвенно клавших жизни на алтарь борьбы с этим очевидным злом?

Участник конференции Владимир Штибен, представивший доклад нижегородского профессора, заметил, что и с красной, и с белой стороны воевало много лично честных людей. Вероятно, так и было. Но за какую «правду» сражались те и другие, какие методы употребляли ради достижения победы? Демагогические лозунги, конечно, не в счет. Ленин мечтал о небывалом строе, который на практике выродился в военный коммунизм. Белое движение профессор Устинкин называет реакцией национально-государственных сил на хаос и распад, который сознательно сеяли большевики (да еще, добавим, на немецкие и американские деньги).

Красный террор с его декретами и призывами убивать за голову коммуниста сотни и тысячи, расстреливать за происхождение и профессию, с его демонстративной заменой закона на целесообразность, произволом ЧК, описан во всех его прелестях. Вместе с тем, все больше историков утверждает, что никакого белого террора как системы, как машины вовсе и не существовало, а была довольно анемичная борьба белых контрразведок с реальным вооруженным врагом – по сути с носителями идеи террора как главного инструмента борьбы за власть. Приводится и статистика жертв: у белых – 50 000, у красных – 1, 7 млн. Да иначе и быть не могло. У белых вождей, в силу присущего им православного менталитета, были правовые и нравственные ограничения, у красных – нет. Красные вожди нашли исполнителей тотального террора в лице 300 000 интернационалистов и всякого рода уголовного сброда, белые, даже если бы и захотели, не нашли бы, по той же самой причине.

Так какие ценности мы выбираем? На чью сторону встанем?

Увы, большинство аудитории, как показалось автору, было не готово к восприятию таких оценок. Одинаковая вина белых и красных, так усиленно пропагандируемая сегодня с самого верха, оказалась понятнее и ближе, даже вопреки очевидным фактам, которые той же аудиторией еще минуту назад в изобилии приводились. Интересно, что выступление краеведа Н. Сазонова о борьбе с контрреволюцией в Прикамье, выдержанное в духе «Красного курса истории ВКП(б), вызвало явное одобрение части присутствующих, видимо, потому, что легло на подготовленную всем предыдущим образованием и воспитанием почву.

Разгадку этого противоречия, вероятно, следует считать в том, что те самые штампы и мифы, десятилетиями насаждавшиеся в умах пермяков, соликамцев, да и всех нас, коренятся так глубоко, что закрепились в сознании на эмоциональном уровне. Они дают о себе знать, оказываясь зачастую сильнее фактов и доводов разума. Тот же Леонид Обухов с убежденностью рассуждал о недостойных методах и истинных причинах побед большевизма, но спасовал, когда было предложено обсудить возможность установки в Перми памятной доски лидеру Белого движения адмирала Колчаку. Возражений, кроме того, что Колчак нарушил супружескую верность, при этом не нашлось, но тем не менее… Столь же решительно отверг такую идею и член РВИО Артемьев. Его аргументация «против» также была сколь эмоциональной, столь и иррациональной.

В этой связи любопытными были выступления на конференции преподавателей педагогического института Ларисы Жениной и Евгения Рощина, сделавших обзор учебников истории с 1952 года по настоящее время. А ведь по этим учебникам все мы учились, усваивая представления о Ленине и Колчаке в том числе на подсознательном, эмоциональном уровне.

Интересно, что в Перми в 2010-е годы состоялось возвращение исторических названий ряду центральных улиц, например, Большевистская вновь стала Екатерининской, Коммунистическая – Петропавловской. В Соликамске подобные названия красуются поныне. Памятник главному поджигателю гражданской войны Ленину – обязательный атрибут городского ландшафта и в богохранимом Прикамье, как, впрочем, всюду в современной России. Владимир Штибен рассказал, что два года обивал пороги администрации, прежде чем получил, наконец, согласие установить на одной из исторических улиц города рядом с ее действующим названием Красноармейская названия-дублера – Демидовская. Все знают, кто такие Демидовы – уральские промышленники, внесшие громадный вклад в освоение и развитее края. Но нам почему-то дороже названия, в сущности прославляющие гражданскую войну.
В таких условиях заявка на сближение нынешних, образно говоря, белых и красных как обязательное условие национального примирения и единства – не более, как ничем не обеспеченное благое намерение. Для компромисса нужны, во-первых, желание обеих сторон противостояния, а во-вторых, – хотя бы некоторое исправление чудовищного перекоса в части топонимики, монументальной пропаганды, трактовок и оценок в учебниках истории, кинематографе и т.д. Пока в России существует 10 000 памятников Ленину, но суд запрещает установку на родине адмирала Колчака в Санкт-Петербурге хотя бы единственной памятной доски (причем, даже не как Верховному Правителю, а как ученому и флотоводцу), все призывы к сближению – не более чем фикция. Исправление перекосов, а значит, и создание предпосылок для сближения, зависит, конечно же, от верховной власти. Власть местная, получив сигнал сверху, без промедления сделает все, как надо. И улицы переименует, и памятные доски откроет. Остается уповать на то, что когда-нибудь так будет. Пока же власть, опасаясь обидеть честным походом к истории одну часть населения, без зазрения совести обижает другую.

Что касается научной конференции в Соликамске, то хотелось бы сказать ее организаторам, и прежде всего ректору педагогического института Ирине Дмитриевне Кошкиной и ее заму Галине Анатольевне Лебедевой, большое спасибо. За саму постановку вопросов, так волнующих сегодня российское общество. За радушие и заботу об участниках, некоторые из которых проделали тысячекилометровый путь до некогда «соляной столицы» страны — Соликамска. Жители этого прекрасного города увлеченно и искренне занимаются историей родного края, и такое увлечение не может не приносить добрые плоды.

Станислав Смирнов, член Союза журналистов России, член Попечительского совета Русского просветительского общества имени Императора Александра III

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

«Коллективизация и раскулачивание в Крыму: как это было». Лекция Д.В. Соколова (ВИДЕО)

Конец 1920-х — начало 1930-х гг. вошли в отечественную историю как годы «великого перелома». Автором этого определения был лично Иосиф Сталин, который так охарактеризовал политику форсированной индустриализации и коллективизации сельского хозяйства. Именно в этот период происходит окончательный отказ от новой экономической политики, и переход к командно-административной системе, что ознаменовалось новым наступлением большевиков на деревню, и как следствие – новой вспышкой репрессий.

Трагические события начала 1930-х гг. имели свою предысторию.

В 1927-1928 гг. в СССР грянул острый хлебозаготовительный кризис. К началу 1928 г. было заготовлено только 300 млн. пудов зерна против 428 млн. пудов к январю 1927 г. Столь низкие показатели объяснялись тем, что в подавляющем большинстве крестьяне предпочитали не продавать хлеб государству по низким заготовительным ценам, а торговать им на более выгодном для них свободном рынке.

Снабжение городов и армии продовольствием оказалось под угрозой. Власть не могла пойти на уступки крестьянству. В противном случае это бы не только поставило крест на коммунистическом эксперименте, но и означало ликвидацию политического господства большевиков.

Нежелание крестьян продавать хлеб государству объявлялось «кулацким саботажем», несмотря на то, что на долю зажиточной части крестьянства приходилось не более 20% всего товарного хлеба.

В 1928 г. власти приступили к принудительным хлебозаготовкам. Еще в 1927 г. на проходившем в Москве со 2 по 19 декабря XV съезде ВКП (б) по отчету ЦК партии была принята резолюция, в которой прямо говорилось о том, что «по отношению к возросшим в своей абсолютной массе…элементам частнокапиталистического хозяйства должна и может быть применена политика решительного хозяйственного вытеснения»[1].

14 января 1928 года ЦК ВКП (б) направил на места секретную директиву «Об усилении мер по хлебозаготовкам», с требованием «арестовывать спекулянтов, кулачков и прочих дезорганизаторов рынка и политики цен»[2].

11 апреля 1928 г. объединенный пленум ЦК и ЦКК ВКП (б) принял резолюцию, в соответствии с которой, для того, чтобы «парализовать угрозу общехозяйственного кризиса и обеспечить не только снабжение хлебом городов, но и отстоять взятый партией темп индустриализации страны, ЦК должен был принять ряд мер, в том числе и экстраординарного порядка». В частности, предполагалось нанести удар по «кулакам и скупщикам-спекулянтам, злостно спекулировавшим хлебом, взвинчивавшим цены на хлеб и угрожавшим голодом рабочим, бедноте и Красной армии»[3]. Для этого предусматривалось использовать ст.107 Уголовного кодекса РСФСР (лишение свободы до 3-х лет с конфискацией всего или части имущества или без таковой). Суды должны были рассматривать такие дела в особом порядке.

Распоряжения партийного руководства были правильно поняты местными судебными органами. Так, 4 апреля 1928 г. Председатель Главсуда Крымской АССР В.Поляков направил всем народным судам и членам Главного суда Крымской АССР инструктивное письмо «О наших задачах по выполнению директив XV съезда ВКП (б)», в котором говорилось:

«Съезд постановил вытеснить капитал (кулака в деревне), который представляет собой опасное явление, и с которым суд должен беспощадно бороться. К элементам частнокапиталистического хозяйства должна быть применена политика еще более решительного вытеснения.

Отсюда вытекает важная задача суда – карательная политика суда по этой категории дел должна быть суровой и мера социальной защиты по ним – максимальной»[4]. (Выделено мной – Д.С.)

Фактически происходило возвращение политики «военного коммунизма»: вводились продовольственные карточки на хлеб и другие продукты первой необходимости. Все население в зависимости от социального положения снова разбивалось на категории по нормам снабжения. В деревне осуществлялось принудительное изъятие хлеба, производимое теми же методами, что и во время Гражданской войны.

Идейным вдохновителем применения чрезвычайных мер выступал лично Сталин. 15 января 1928 г. он выехал в Сибирь в качестве уполномоченного по хлебозаготовкам. В одном из своих выступлений перед местным партийным активом, Иосиф Виссарионович предложил потребовать от кулаков немедленной сдачи всех излишков хлеба по государственным ценам, а в случае отказа — привлекать их к судебной ответственности по ст. 107 Уголовного кодекса и конфисковать у них хлебные излишки в пользу государства, распределив 25% конфискованного хлеба среди бедняков и маломощных середняков по низким государственным ценам или в порядке долгосрочного кредита.

Этим Сталин пытался материально заинтересовать бедняков, чтобы привлечь их на свою сторону в борьбе с кулаками. По его мнению, эти меры должны были дать великолепные результаты, и позволили бы «не только выполнить, но и перевыполнить план хлебозаготовок»[5].

В Крыму наступление большевиков на деревню предварялось выселением бывших помещиков и крупных землевладельцев. Для этого в июне 1928 г. при КрымЦИК была создана специальная правительственная комиссия[6].

Согласно отчета о работе прокуратуры Крымской АССР за 1928 г., в этот период на полуострове было выявлено 1239 помещиков и землевладельцев. Президиумом ВЦИК утверждено к выселению 54 хозяйства. Выселено 29 хозяйств. Кроме того, 346 дел на помещиков были представлены районными комиссиями в Центральную комиссию по выселению, а 158 дел – отобраны Центральной комиссией при ЦИК Крымской АССР отобрано для представления в Президиум ВЦИК[7].

В 1929 г. руководство страны провозгласило курс на сплошную коллективизацию крестьянских хозяйств и ликвидацию кулачества как класса.

Выступая в апреле 1929 г. на пленуме ЦК и ЦКК ВКП (б), Сталин заявил, что «крестьянство, пока оно остается индивидуальным крестьянством, ведущим мелкое производство, выделяет и не может не выделять из своей среды капиталистов постоянно и непрерывно»[8].

В развитие данного тезиса, 27 декабря 1929 г. на конференции аграрников-марксистов, Сталин объявил о переходе от политики «ограничения эксплуататорских тенденций кулачества» к политике «ликвидации кулачества как класса». При этом подчеркивалось, что «наступление на кулачество есть серьезное дело. Его нельзя также смешивать с декламацией против кулачества. <…> Наступать на кулачество – это значит сломить кулачество и ликвидировать его, как класс. Вне этих целей наступление есть декламация, царапанье, пустозвонство, все что угодно, только не настоящее большевистское наступление. Наступать на кулачество – это значит подготовиться к делу и ударить по кулачеству, но ударить по нему так, чтобы оно не могло больше подняться на ноги. Это и называется у нас, большевиков, настоящим наступлением»[9].

По утверждению Сталина, для того, чтобы «вытеснить кулачество, как класс», следовало «сломить в открытом бою сопротивление этого класса и лишить его производственных источников существования и развития (свободное пользование землей, орудия производства, аренда, право найма труда и т.д.)». Без этого, полагал вождь, «никакая серьезная, а тем более сплошная коллективизация деревни» просто немыслима[10].

Что же стояло за этими высказываниями советского лидера? В царской России «кулаками» называли перекупщиков готовой продукции, которые сами на земле не работали. Такие люди, в отличие от зажиточных крестьян, уважением в деревне не пользовались, и были к этому времени в массе своей уже ликвидированы.

Поэтому речь в выступлении Сталина шла о миллионах простых сельских тружеников, поднявшихся в годы НЭПа благодаря предоставленным им государством относительным экономическим свободам.

«И прекрасно пошли гулять эти клички по Руси Советской, — десятилетия спустя писал о начале сталинской антикрестьянской кампании А.И. Солженицын, — чьи ноздри ещё не остыли от кровавых воспарений Гражданской войны! Пущены были слова, и хотя ничего не объясняли — были понятны, очень упрощали, не надо было задумываться нисколько. Восстановлен был дикий (да, по-моему, и нерусский; где в русской истории такой?) закон Гражданской войны: десять за одного! сто за одного! За одного в оборону убитого активиста (и чаще всего — бездельника, болтуна; все кряду вспоминают: ведали раскулачиванием воры да пьяницы) искореняли сотни самых трудолюбивых, распорядливых, смышленых крестьян, тех, кто и несли в себе остойчивость русской нации»[11].(выделено мной – Д.С.)

30 декабря 1930 г. Политбюро ЦК ВКП (б) приняло совершенно секретное постановление «О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации», в соответствии с которым у кулаков должны были быть конфискованы средства производства, скот, хозяйственные и жилые постройки, предприятия по переработке, кормовые и се­менные запасы.

Одновременно «в целях решительного подрыва влияния кулачества на
отдельные прослойки бедняцко-середняцкого крестьянства и безусловного по­
давления всяких попыток контрреволюционного противодействия со стороны
кулаков проводимым Советской властью и колхозами мероприятиям»[12] все кулаки были разделены на три категории:

1-я – контрреволюционный актив: кулаки, активно противодействующие организации колхозов, бегущие с постоянного места жительства и переходящие на нелегальное положение;

2-я – наиболее богатые местные кулацкие авторитеты, являющиеся оплотом антисоветского актива;

3-я – остальные кулаки.

Крестьяне, отнесенные к первой категории, подлежали аресту и заключению в концлагерь; зачислен­ные во вторую категорию — принудительной высылке в малонаселенные районы страны. Остальные попавшие под раскулачивание сельские труженики переселялись в пределах своего райо­на на худшие земли.

В феврале 1929 г. Президиум ВЦИК и СНК РСФСР утвердили «Положение о земельной реформе и сплошном обязательном землеустройстве Крымской АССР», со­гласно которому были определены новые формы землепользова­ния, изымались у кулаков сотни тысяч гектаров земли[13]. Так была подготовлена почва для массовой коллективизации, которая развернулась в Крыму осенью 1929 г.

Руководствуясь решениями XVI Всесоюзной партийной конференции, ноябрьского Пленума ЦК ВКП (б) «Об итогах и дальнейших задачах колхозного строительства», IV объединенный пленум Крымского обкома и ОКК ВКП(б), состоявшийся в декабре 1929 г., нацелил партийные комитеты и партячейки на усиление политической работы в деревне, отме­тив «усиление сопротивления кулачества, духовенства и национа­листически настроенной интеллигенции в ходе наступления социа­лизма в городе и деревне»[14].

О темпах коллективизации в Крыму наглядно свидетельствуют следующие цифры: за два месяца 1929 г. — ноябрь и декабрь — процент коллективизации вырос более чем в два раза, и на 1 января 1930 года составил 41,1%. В Ялтинском районе было коллективизировано 84% всех дворов, в Судакском— 64%, Севастопольском — 54%, Карасубазарском (ныне Бело­горский)— 51%, Феодосийском и Евпаторийском — 40%, Симферопольском и Джанкойском — 33%, Бахчисарайском — 29%, Керченском —22%[15]. При этом крымские власти стремились всячески превзойти эти показатели. 5 февраля 1930 г., в погоне за высокими темпами коллективизации, бюро Крымского обкома ВКП (б) в обращении ко всем партийным организациям ориентировало окончание коллективизации к лету 1930 г. В результате уже в марте 1930 г. в Крыму было коллективизировано свыше 73% кре­стьянских хозяйств. Но, как признали впоследствии, это была порочная практика. Созданные в короткий срок колхозы были организа­ционно слабы и быстро распадались[16].

Так же, как и в других регионах страны, претворение в жизнь распоряжений партийного руководства на территории полуострова сопровождалось арестами крестьян и привлечением их к уголовной ответственности. Согласно сводке Главсуда Крымской АССР, в период хлебозаготовок в республике, по состоянию на 25 октября 1929 г. было осуждено 387 человек, из них по социальному положению: кулаков – 194 человека; зажиточных крестьян – 15; середняков — 119; бедняков – 19; кустарей – 5; служащих – 5 человек[17].

Изъятие «кулацкого» имущества производилось уполномоченными райисполкомов при обязательном участии представителей сельсоветов, колхозного актива и бедноты.

Вынося решение об организации колхозов, «активисты» требовали ликвидации кулацких хозяйств и передачи их имущества колхозам. Вот, например, какое решение приняли крестьяне-бедняки деревни Пятихатка, Ишуньского района, 8 марта 1930 г.:

«Мы считаем меро­приятия партии и правительства о ликвидации кулачества правильными. Считаем необходимым выселить всех кулаков, имеющихся на территории Армянского сельсовета, как райо­на сплошной коллективизации». Такое же решение приняло собрание бедноты села Каранайман, Евпаторийского райо­на. Собрание колхозников «Южного пахаря», деревни Филатовки, Джанкойского района, постановило: «В ответ на кре­стовый поход ликвидировать кулачество как класс». Призывы к борьбе с кулаками сопровождались антирелигиозными лозунгами. Так, в протоколах заседаний колхозного актива можно встретить резолюции с призывами «закрыть в селе церковь и все молитвенные дома, одурманивающие рабочих и крестьян, и открыть в них дет-ясли»[18].

В процессе ликвидации кулацких хозяйств составлялись подробные описи, скот отводили на колхозные дворы, сельскохозяйственные машины и инвентарь брали на учет. Дома раскулаченных превращались в колхозные избы-читальни, клубы, школы[19].

Претворением в жизнь решений правительства также занимались присланные из города «активисты». В начале 1930 г. с предприятий Крыма в деревню выехали свыше 300 «лучших рабочих». Верные солдаты пославшей их партии, они с готовностью включились в борьбу против собственного народа.

Вот что 6 января 1930 г. писала по этому поводу севастопольская газета «Маяк коммуны»:

«Начинается вербовка добровольцев в колхозы. Директива ноябрьского пленума – послать для руководства социалистическим переустройством деревни 25 000 рабочих. Морзаводу – послать передовых, лучших…»[20]

Отправка «активистов» в деревню происходила со всей возможной торжественностью. Как правило, это мероприятие сопровождалось массовым митингом, на котором руководители местной партийной ячейки произносили напутственные речи, звучали оркестры. Именно так утром 3 января 1930 г. проводили группу рабочих Севастопольского кожевенного завода[21]. В похожей обстановке происходила отправка на «колхозную стройку» рабочих Севастопольского Морского завода.

«Посылка в колхозы, — говорили, обращаясь к присутствующим, выступавшие на митинге директор и руководитель партийной организации завода – факт огромного значения. Мы возлагаем на вас ответственейшую задачу – пролетарски руководить колхозной стройкой. <..>На вас возлагается задача осуществлять сталинское «…когда посадим СССР на автомобиль, а мужика на трактор, пусть попробуют нас догнать почтеннейшие капиталисты…»[22]

Ответы уезжающих на звучавшие в их адрес напутствия не оставляли никакого сомнения в правильном понимании ими стоящей перед ними задачи:

«Будем корчевать пик капитализма в деревне, — заявил один из отправляющихся в деревню рабочих. – Дотла!..»[23]

Исчерпывающее представление о том, как это воплощалось на практике, позволяют составить нижеприведенные выдержки из сводок о ходе коллективизации в крымской деревне:

Евпаторийский район. «Конфискуют имущество все под чистую: календарь, ложки, окорока, последнюю буханку хлеба, сдают все это в колхоз, и когда делят эти мелочи, то получаются скандалы. Кулаки уезжают, детей бросают, которые ходят под окнами и просят их покормить».

Судакский район. «… Отбирали все до последней буханки, деньги, золото, подушки, самовары».

Джанкойский, Симферопольский районы. «Как раскулачивали в Джанкойском районе — описывали имущество и тут же распродавали, лошадей колхозам продавали по 75 копеек, инвентарь тоже шел по дешевке. Настроение кулацкой части — бежать. Настроение парторганизации такое — независимо от того, лишен или не лишен избирательных прав, имущество конфисковать».

Ялтинский район. «Секретарь партийной ячейки Ивановский (деревня Кекенеиз) приходит к кулаку и требует с наганом в руках золота выдачи имущества, мануфактуры и проч.» [24]

«Даже в пору самого сурового военного коммунизма, — писала в своей жалобе в адрес правительства жительница Золотой балки Марица Кендроти, — мы не наблюдали таких действий властей на местах, какие мы теперь испытали в отношении себя при наличии всех существующих и действующих законов. Для меня было бы все это понятно, если бы я с отцом была объявлена вне закона, как тягчайшие уголовные преступники. Произошло же с нами следующее:

Во время отсутствия отца (находился в Москве по делам) 5.02.1930 г. ко мне на хутор прибыла бригада по раскулачиванию во главе с представителями власти от Кадыковского сельсовета и Севастопольского райисполкома, и без всяких объяснений приступила к описи всего нашего имущества. Описан был не только сельхозинвентарь, продукция в виде вина и мои барашки, но и все домашние вещи, вплоть до носильного белья. Взяты были имевшиеся в наличии облигации и другие ценные бумаги и документы и после этого, все имущество на подводах было вывезено с хутора, а я посажена на подводу и отвезена в Севастопольское ГПУ, где меня под арестом продержали несколько дней в голоде и холоде. Я не знаю, за что меня арестовали, за какие преступления, т.к. никаких обвинений мне не предъявлялось.

Правильно ли были составлены описи, я также не знаю, т.к. проверять мне их не разрешили, а только насильно заставили подписать.

Я осталась буквально в том, в чем была застигнута, и мне было разрешено надеть только пальто. Я оказалась в тяжелом положении, ибо ни квартиры, ни имущества, ни денег у меня нет, ибо все было отнято. Мне даже не дали копии описи моего имущества»[25].

Многочисленные злоупотребления и «перегибы» в ходе проведения коллективизации впоследствии признало и государство. Некоторые преступные проявления были преданы огласке и даже попали на страницы книг, посвященных истории Крыма в ХХ столетии, выпущенных в советский (преимущественно хрущевский) период. В частности, отмечалось, что в числе раскулаченных во множестве оказались середняки. Так, в Джанкойском, Ишуньском и в некоторых других районах коллективизации вместо организаторской и разъясни­тельной работы середняков насильно, под страхом раскулачи­вания и лишения избирательных прав, заставляли вступать в колхозы[26].

В Феодосийском районе решено было в декадный срок слить воедино все мелкие колхозы. Представитель райколхозсоюза на собрании колхозников артелей им. 9 января и «Красная заря» поставил вопрос так: «Не объединитесь — под суд»[27]. В деревне Розенталь Зуйского района был объявлен бойкот тем беднякам и середнякам, которые не хотели вступать в колхоз. Им не отпускали керосин и другие дефицитные товары. В Зуе несогласных с политикой с политикой советской власти крестьян лишали избирательных прав[28].

Также предпринимались попытки обобществления скота, находящегося в личном пользовании. В ряде районов обобществляли даже дома колхозников, а в артели им. Ленина Бахчисарайского района решили обобществить приусадебные земельные участки[29]. Эти «перегибы» нанесли большой ущерб экономике края.

В одном лишь Севастопольском районе зимой 1930 г. в ходе мероприятий по раскулачиванию было выселено не менее полутора сотен крестьянских семей[30]. Всего к 1 мар­та 1930 г. в Крыму было раскулачено 2682 хозяйства. С учетом сред­ней численности семьи (3,8 — 4 человека), это составляет около 10 тысяч человек[31]. Причем, в новейших исследованиях приводятся более точные и высокие цифры. Так, по данным крымского историка Владислава Пащени, с территории Крыма было выселено 3059 кулацких хозяйств на 13677 человек, из них 4171 мужчин, 4129 женщин, 5287 детей. Из числа выселенных было 2217 кулаков, 457 бывших помещиков и 209 служителей культа[32].

Решающую роль в деле «ликвидации кулачества как класса» сыграли органы ОГПУ.

За три с полови­ной месяца 1930 г. в деревне (в целом по стране) было аресто­вано 14 0724 человека, а всего до 1 октября 1930 г. — 28 3717 чело­век. Из числа арестованных в 1930 г. через «тройки» ОГПУ про­шло 179 620 человек, из них приговорено: к расстрелу 18 966 че­ловек, различным срокам тюремного заключения — 99 319 чело­век, к ссылке — 47 048 человек, передано органам юстиции или освобождено — 14 287 человек. Из них непосредственно «тройкой» ОГПУ Крымской АССР было осуждено 3 055 человек[33].

«В целях наиболее организованного проведения ликвидации кулачества как класса, — сообщалось в приказе ОГПУ Крымской АССР № 44/2 1 от 2 февраля 1930 г., — и решительного подавления всяких попыток противодействия со стороны кулаков мероприятиям Советской власти… в самое ближайшее время кулаку, особенно его богатой и активной контрреволюционной части, должен быть нанесен сокрушительный удар. Сопротивление кулака должно быть и будет решительно сломлено»[34].

ОГПУ развернуло сеть концлагерей. Доставка раскулаченных в места концентрации возлагалась на милицию и сельский актив; охрана лагерей — на милицию, которая на все время кампании была переведена в непосредственное подчинение ОГПУ.

Только по состоянию на 16 февраля 1930 г., и только в Симферопольском рай­оне чекистами было организовано 4 концентрационных лагеря на 6 тыс. человек. В Керчи к 14 февраля в лагере содержались 62 семьи (236 человек)[35]. При заключении в концлагерь проходила конфискация имущества с изъятием всех ценностей. Как и во время Гражданской войны, местами содержания арестованных становятся складские помещения и подвалы.

Характерным подтверждением этому служит приведенный ниже фрагмент из воспоминаний Николая Ундольского, сына первого настоятеля храма Воскресения Христова в Форосе:

«…однажды, в дом при Форосской церкви из «Мухалатского сельсовета» приехала комиссия «По раскулачиванию». <…> Мою 63-летнюю мать больную сердцем и туберкулезом, 38-летнюю сестру Нину забрали и повезли в знаменитый «Массандровский винный подвал», часть которого вместо бутылок многолетнего вина была заполнена «раскулаченными». Около месяца в очень тяжелых условиях пребывания в этом подвале, прокурор, рассматривавший дела людей, свезенных туда, распорядился маму и Нину освободить»[36].

В качестве мест содержания раскулаченных также использовались монастыри. Так, один из концентрационных лагерей в Крыму был организован в окрестностях Севастополя в Георгиевском монастыре на мысе Фиолент. В феврале-марте 1930 г. здесь содержалось 157 человек в возрасте от 1 до 82 лет, в основном крестьяне, частично рыбаки. Вся вина этих людей состояла лишь в том, что они были зажиточными, имели домовладения, земельные участки и использовали наемный труд. Впрочем, и положение бедняка не служило гарантией безопасности. Достаточно было выразить недовольство политикой власти, чтобы оказаться в числе так называемых «подкулачников»[37].

Репрессии в крымской деревне затронули массу людей. Подтверждением служит записка председателя Совнаркома РСФСР Сергея Сырцова о «борьбе с кулачеством в национальных районах» от 19 февраля 1930 г., направленная им в адрес Сталина:

« В Крыму 95 т[ыс]. хозяйств. Решили они раскулачить и выселить из Крыма 8 т[ыс]. хозяйств. Раскулачивание проведено по словам Председателя СНК Крымск[ой] АССР в отношении 3 т[ыс]. хозяйств. Они требуют немедленно переселить в ближайшие недели 12-15 т[ыс]. человек. Арестованными у них забиты в том числе и курортные места, которые сейчас надо очищать. На указания, что ОГПУ не может заниматься выселением из Крыма, так как имеются районы первой очереди[,] крымчане отвечают: «тогда у нас сорвется достигнутое по коллективизации»[38].

Таким образом, колхозное строительство крымские власти ставили в прямую зависимость от раскулачивания и выселе­ния раскулаченных.

В подавляющей своей массе крестьяне, попавшие в жернова сталинской репрессивной машины, были отправлены на спецпоселение.

О судьбе одной такой семьи ссыльных рассказано в опубликованном в ноябре 2007 г. на страницах газеты «Первая Крымская» историко-биографическом очерке журналистки Натальи Дремовой:

Крымчане Никифоровы жили на хуторе неподалеку от села Золотое Поле, расположенного на территории нынешнего Кировского района. Крепкий хозяин, Никифоров-отец положил жизнь на то, чтобы выбиться из бедности. Все, чем владела семья – от дома до коров, лошадей и овец – было нажито своим трудом. В 1929 г. за всеми Никифоровыми пришли люди в форме. Дали несколько минут на сборы, объявили, что семья подлежит раскулачиванию и ссылке. (Как выяснилось впоследствии, в сельсовет поступил анонимный донос: утверждалось, что Никифоровы пользуются трудом батраков, хотя те работали сами и наемный труд не использовали).

Услышав о ссылке, бабушка Никифорова молча рухнула на пол — ее парализовало. Старушку оставили, где лежала, остальных увезли.

«Много лет спустя стали известны страшные подробности ее смерти: в опустевший дом прибыли местные активисты — национализировать «кулацкое» добро. Чтобы не возиться с беспомощной старухой, ей… выстрелили в голову и оставили на полу, решив, что она мертва. А женщина еще жила день или два, слышала, как по дому ходили чужие люди, как резали тут же овец и жарили мясо… Лишь через несколько дней соседи решились заглянуть в разграбленный дом и только тогда похоронили старушку.

Остальных членов семьи погрузили в вагоны для перевозки скота, и транспортировали на Север»[39].

Значительное количество спецпереселенцев погибло по пути к месту ссылки. Нередкими были случаи, когда от голода, холода и болезней вымирал весь этап. Тех раскулаченных, кто все же добирался живым до места поселения, размещали в неприспособленных для жизни бараках, а то и вовсе выгружали из поезда прямиком в тундру, без пищи и теплой одежды, по сути, обрекая их на верную смерть.

«У нашей мамы всего детей было шестеро, — вспоминала спустя много лет одна из дочерей Никифоровых, Галина, — а выжили только мы, три девочки: Валя родилась в 1931-м, четыре года спустя я, еще через два года Марина. Как мы уцелели, сейчас понять трудно. Болели цингой, рахитом, от голода отекали — были похожи на стеклянные бутылки. Родители работали, но ссыльным денег практически не давали, только небольшой паек, который нужно было растянуть на месяц. В 1941 г. от туберкулеза умерла мама, ей было только 29 лет, отец остался с тремя маленькими детьми на руках»[40].

Насилие и репрессии, разгул беззакония и произвола при проведении коллективизации и раскулачивания вызвали мас­совое недовольство и сопротивление крестьян.

Только в Крыму и только за 1929 г. органы ОГПУ зафиксировали 37 террористических актов в деревне, 9 антисоветских выступлений[41]. В следующем, 1930 г., противодействие политике коллективизации на территории полуострова приобретает все больший размах. Только за первые 10 месяцев 1930 г. — с января по октябрь – было совершено 60 террористических актов против колхозного актива, 104 антисоветских выступления[42]. Сопротивляясь коллективизации, крестьяне убили комсомольца Петра Вербовского в деревне Зуя и колхозника-активиста Ивана Щелкунова в деревне Булганак Керченского района (убит ударом лома по голове)[43]. В Карасубазарском районе в марте 1930 г. был жестоко избит делегат IV пленума обкома от совхоза «Новострой», видный активист Серебринов[44]. Выжив, он прибыл на пленум и рассказал о произошедшем. Там же обсуждались и другие подобные случаи. Впоследствии они займут важное место в советской пропаганде, и сыграют важную роль в формировании образа классового врага.

Не желая отдавать имущество и скот в колхозы, и опасаясь преследований, крестьяне сокращали посевы, прятали зерно и резали скот. Так, в Карасубазарском рай­оне в селе Ускут ныне — с. Приветное Алуштинского района) в течение двух-трех дней было уничтожено не­сколько сотен овец. Массовый убой скота привел к резкому па­дению его поголовья в Карасубазарском районе. Если в 1927 г. там было 9309 лошадей, то в 1930 г. их осталось 4835. Если в 1927 г. овец было 65 тыс., то в 1930 г. их число сократилось до 26 тыс. Были отмечены случаи заражения лошадей сапом. Так, в деревне Карай, Севастопольского района, 6 лошадей, подлежащих обобществлению, пришлось пристрелить, так как они были заражены этой болезнью[45].

Также велась антисоветская агитация. Характерный случай был зафиксирован в селе Сабачино Евпаторийского района. В здании сельсовета один крестьянин заявил: «Большевики чувству­ют конец своей власти. В 1931 году их власть должна лоп­нуть, коммуна существовать не будет». В Керченском районе, в деревне Алексеевка, осенью 1929 г. крестьяне выдвинули следующие требования: «Мы примем постановление о сдаче излишков при условии — если будут повышены цены на хлеб, если партячейки и Советская власть откажутся от помощи бедноте, если рабочим и служащим города будет снижена зарплата на 50 процентов и будет прекращено деление деревни на классы». Точно такие же требования выставлялись в селах Симферопольского и Феодосийского районов[46].

Наиболее серьезное сопротивление сталинской политике коллективизации оказали крестьяне Южного берега Крыма, в особенности, жители деревни Ускут. Первый всплеск недовольства случился здесь еще в 1928 г. в связи с хлебозаготовками. Весной население деревни начинает активно вооружаться. На имя правительства Крымской АССР и ВЦИК ускутские крестьяне подготовили около 300 заявлений с требованием немедленной отмены коллективизации как меры, противоречащей шариату. Наряду с этим, планировалось отправить делегацию к турецкому послу в Москву с жалобой на притеснение мусульман. Высказывались намерения о переходе в турецкое подданство, и эта инициатива нашла поддержку среди жителей других деревень.

Параллельно крестьяне разрабатывали планы ухода в горы, вели переговоры с турками-яличниками (перевозчиками на яликах) о возможном отплытии в Турцию.

Об этих настроениях стало известно чекистам. В ночь с 26 на 27 января 1930 г. ОГПУ совершило налет на Ускут и арестовывало около 100 заговорщиков во время проведения ими нелегального собрания. Некоторым крестьянам удалось бежать в горы, однако, месяц спустя, и они были схвачены. В ходе завязавшейся перестрелки двое ускутцев были ранены, впоследствии один из них скончался от потери крови[47].

Писавший об этом выступлении советский корреспондент ни словом не обмолвился о его подавлении, но записал, что местные жители оскорбляли солдат и даже закидывали их камнями. Один из бойцов, под впечатлением от увиденного, даже покончил с собой[48].

Аналогичными трудностями чекистские мероприятия сопровождались в соседних с Ускут деревнях – Шелен (ныне — с. Громовка), Арпат (ныне – с. Зеленогорье), Ай-Серез (ныне – с. Междуречье). Здешние жители сумели отбить арестованных односельчан, так что добиться успеха сотрудники «органов» смогли лишь со второго-третьего раза.

Всего в южнобережных деревнях были арестованы 254 человека. Из них 61 человека приговорили к расстрелу, остальные получили различные сроки лишения свободы или были высланы из Крыма. Важно при этом отметить, что статус «проблемных» сохранялся за некоторыми из этих сел и в дальнейшем. Так, в деревне Ускут, где к 1937 г. насчитывалось 17 членов ВКП (б) и 14 сочувствующих, верховенство на протяжении многих лет сохранялось за местным 80-летним муллой, беспрепятственно совершавшим отправление исламских религиозных обрядов (в том числе обрезание)[49].

Помимо террористических актов и попыток восстания, сопротивление крестьян коллективизации находило свое выражение и в форме т.н. «бабьих бунтов» — массовых выступлений, в которых принимали участие исключительно женщины. Летом и осенью 1930 г. такие выступления произошли в Феодосийском, Керченском, Судакском и Симферопольском районах.

8 августа 1930 г. восстали жительницы деревни Сеит-Эли Феодосийского района. Поводом к выступлению послужило прибытие накануне уполномоченного из бюро принудительных работ, который распорядился направить 13 мужчин-жителей села для отправки на работу в Феодосию, Керчь, Симферополь и Харьков. В разгар деревенской страды это решение вызвало взрыв возмущения. Потребовав немедленного возвращения высланных «кулаков» и лишенцев, обеспечения деревни товарами первой необходимости, сокращения хлебозаготовок и приостановления отправки мужчин на принудительные работы, деревенские женщины избили (и едва не подняли на вилы) председателя сельсовета Якова Рака и секретаря партячейки Ломанова. Удары тяжелыми предметами получили и прибывшие в деревню сотрудники ОГПУ. Особенно досталось уполномоченному по хлебозаготовкам Погребельскому.

Итог этой истории был трагичен. Зачинщицы бунта, крестьянки Аксинья Матышева, Матрёна Григорьева, Дарья Денисова — были приговорены, соответственно к 8, 3 и 5 годам лагерей. Кроме того, к расстрелу приговорили вернувшегося накануне из ссылки крестьянина Петра Свидлова, чьи изобилующие животрепещущими подробностями рассказы о быте спецпереселенцев произвели на сельчан неизгладимое впечатление, и подготовили хорошую почву для взрыва народного возмущения.

Аналогичный «бабий бунт» прошёл 25 августа 1930 г. в деревне Кият (ныне – с.Светлое Керченского района). В октябре 1930 г. все организаторы, подстрекатели и зачинщики мятежа были арестованы и приговорены к длительным тюремным и лагерным срокам заключения[50].

В целом по стране в 1930 г. ОГПУ зафиксировало 13 756 массовых выступлений в деревне, в которых приняли участие 3,4 млн. человек[51].

Испуганное ростом крестьянских волнений, готовых обернуться новой масштабной гражданской войной, руководство страны прибегло к маневру: 2 марта 1930 г. вышла статья Сталина «Головокружение от успехов», в которой лидер большевиков взвалил всю вину за творившийся произвол на местных работников и декларировал добровольный характер колхозов.

После этого готовая разразиться крестьянская война затухла. Начался массовый выход крестьян из колхозов, а некоторые наспех организованные колхозы вовсе распадались. Только в апреле 1930 г. из колхозов вышло 13 358 человек. Число колхозов сократилось в полтора раза. К лету 1930 г. уро­вень коллективизации в стране снизился более чем вдвое — с 56 до 23,6%.[52]Но это было стратегическим отступлением, и уже к концу июня в Крыму было коллективизировано 45,4% хозяйств[53]. К ноябрю 1930 г. в Крыму было коллективизировано 52% хозяйств. На 14 ноября насчитывалось 1008 колхозов. Таким образом, если в 1929 г. на один колхоз в Кры­му приходилось всего лишь 13,3 хозяйства, то в 1930 г. — уже 49,9 хозяйства[54].

Весной 1931 г. коллективизация в Крыму была в основном завершена. К концу 1931 г. колхозы объединяли 85% крестьянских хозяйств и занимали 94% площадей зерновых культур, 98 % площадей табака, 95,5% садов, 98% огородов и 86% виноградников[55]. К концу 1932 года вне колхозов осталось только 15% дворов[56].

Во время коллективизации Крым потерял тысячи трудоспособных хозяев, расстрелянных, сосланных или отправленных в лагеря. Те же крестьяне, которые не попали под раскулачивание, превратились в наемных работников государства. Лишенные элементарных прав и возможностей, колхозники не могли покинуть деревню без разрешения председателя и за исключением нескольких строго очерченных обстоятельств, таких как призыв в армию, по спецнабору на стройки или выезд на учебу. Кроме того, над колхозниками постоянно нависала угроза репрессий за невыполнение плана по хлебозаготовкам или невыработку трудодней.

Такова была страшная цена, которую крымское крестьянство заставили заплатить в процессе социалистического переустройства деревни.

Надо сказать, что рецидивы сопротивления крестьян политике советской власти в деревне имели место и в дальнейшем. Оно приобрело преимущественно скрытые формы.

В результате коллективизации был разрушен традиционный крестьянский уклад. Отныне крестьяне не могли принимать самостоятельные решения, и как следствие – перестали проявлять интерес к самому процессу труда, что неизбежно привело к снижению объемов производства продукции.

В результате заметно ухудшилось продовольственное снабжение городов полуострова. Особенно тяжелая ситуация сложилась в Феодосии и Керчи. Так, в одном из писем в Крымский обком ВКП (б) руководство керченского партийного комитета с тревогой сообщало, что в городе резко уменьшилось количество завозимых товаров, что «создает благоприятную почву для всякого рода антисоветской агитации и, несомненно, в значительной степени влияет на интенсивность труда».

Эти опасения были отнюдь не беспочвенными, поскольку в июне 1930 г. в городе уже имели место волнения. Стихийные проявления народного недовольства наблюдались и в других городах Крыма. Так, 10 июня 1930 г. в Феодосии в центре города состоялся несанкционированный митинг, в котором приняло участие более 100 горожан. Из толпы выкрикивали: «Наши дети с голоду помирают, требуем увеличения пайка», «Зачем нам индустриализация через 5 лет, если мы сейчас голодные»[57].

На следующий день на улицы вышли уже до 900 человек.

Надо отдать властям должное, в данном случае они сумели вовремя сориентироваться и не допустили кровопролития, придав выступлению форму собрания. Примечательно, что никто из участников этих выступлений не был впоследствии арестован.

Стремясь наладить продовольственное снабжение городов, государство осуществляло проведение массовых реквизиций в деревне, в ходе которых изымалось не только зерно, но и вообще все продукты питания. И если в Крыму проведение этой политики в жизнь осуществлялось отнюдь не столь бескомпромиссно и жестко, то в других районах СССР дела обстояли иначе.

Как следствие, в 1932 г. в стране начался очередной массовый голод, стремительно охвативший обширную территорию: Юг России, Кубань, Украину, Белоруссию и Казахстан.

По разным оценкам, за период 1932-1933 гг. голодной смертью умерло не менее 5-7 млн. человек.

И хотя Крым эта трагедия обошла стороной, никакого изобилия здесь не было и в помине. Население полуострова, в большинстве своем, жило впроголодь, что совершено естественно вызывало озлобление и недовольство режимом.

На стенах домов стали появляться антисоветские надписи; многие крымчане в этот период совершенно открыто высказывали свое негативное отношение к политике партии и правительства, и лично к Сталину.

Так, Иосиф Холодков, шкипер судна «Красный Перекоп», оказался за решеткой из-за того, что среди окружающих не только рассказывал о том, что на Украине свирепствует голод, причем винил в этом Сталина и Кагановича, считая их неспособными руководить страной. Виновным на себя не признал, было осужден на 5 лет и 3 года поражения в правах. Велиль Бєлялов, крестьянин-единоличник из Карасубазарского района связывал голод с появлением колхозов, за что также получил 5 лет лишения свободы. Севастопольский моторист Антон Назаренко был арестован за то, что после возвращения из отпуска рассказывал сослуживцам, что на Украине люди умирают от голода[58]. В Керчи по обвинению в антисоветской агитации чекистами была арестована безработная Варвара Лола, в очереди у магазина сказавшая следующее: «они сволочи, сами нажрались, а на людей пухнущих от голода, внимания не обращают»[59].

7 апреля 1933 г. председатель Ивановского сельсовета сигнализировал чекистам о нелояльном поведении одного из крестьян, Емельяна Шаина, который был исключен из колхоза, имел связь с раскулаченными родителями и всячески дезорганизовывал работу, настраивая односельчан против власти. В частности, говорил, что «она неправильно руководит, людей голодом морит» и жаловался, что сам голодает. Затем отрезал кусок с павшей лошади и стал ходить по селу, показывая его и говоря: «смотрите, как нас Советская Власть кормит»[60].

Несмотря на высокий уровень недовольства, властям удалось удержать ситуацию под контролем. К концу 1933 г. социально-экономическая ситуация в регионе стабилизировалась. Следующий, 1934 г., охарактеризовался заметным смягчением репрессивной политики и некоторым улучшением качества жизни. Выросло производство товаров народного потребления, наладилось продовольственное снабжение. Сократилось число репрессированных за антисоветскую деятельность. Часть ранее высланных вернулась домой.

В общественной жизни Крыма наступил недолгий период затишья. Но это было затишье перед новой бурей.

[1] Пятнадцатый съезд ВКП (б). Москва. 2-19 декабря 1927 г. // КПСС в резолюциях и решениях съездов конференций и пленумов ЦК. Часть II. 1925-1953. — М.: Государственное издательство политической литературы, 1953. – С.318

[2] Трагедия советской деревни. Коллективизация и раскулачивание. 1927—1939. Документы и материалы. В 5-ти тт. / Т. 1. Май 1927 — ноябрь 1929 // Под ред. В.Данилова, Р.Маннинг, Л.Виолы. — М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 1999. – С.147

[3] О хлебозаготовках текущего года и об организации хлебозаготовительной кампании на 1928/29 г. Резолюция объединенного пленума ЦК и ЦКК ВКП (б) от 11 апреля 1928 г. // КПСС в резолюциях и решениях съездов конференций и пленумов ЦК. Часть II. 1925-1953. — М.: Государственное издательство политической литературы, 1953. – С.374

[4] Брошеван В.М. Симферополь: белые и темные страницы истории (1918-1945 гг.) Историко-документальный хронологический справочник. – Симферополь: ЧП ГУК, 2009. — С.123

[5] Сталин И.В. О хлебозаготовках и перспективах развития сельского хозяйства. Из выступлений в различных районах Сибири в январе 1928 г. (Краткая запись) // Сочинения. Т.11, М.: Государственное издательство политической литературы, 1949. – С.4

[6] Брошеван В.М. Раскулачивание в Крыму (История в документах и материалах о выселении из Крымской АССР в 20-40-х годах XX столетия бывших помещиков-дворян и крупных землевладельцев, кулаков, ликвидированных как класс, в числе которых оказались и иностранноподданные.) – Симферополь, 1999. – С.7

[7] Там же. – С.28

[8] Сталин И.В. О правом уклоне в ВКП (б). Речь на пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) в апреле 1929 г. (Стенограмма) // Сочинения. Т.12, М.: Государственное издательство политической литературы, 1949. – С.40

[9] Сталин И.В. К вопросам аграрной политики в СССР. Речь на конференции аграрников-марксистов 27 декабря 1929 г. // Сочинения. Т.12, М.: Государственное издательство политической литературы, 1949. – С.167-168

[10] Сталин И.В. К вопросу о политике ликвидации кулачества, как класса // Сочинения. Т.12, М.: Государственное издательство политической литературы, 1949. – С.183

[11] Солженицын А.И. Архипелаг ГУЛАГ, 1918-1956: Опыт художественного исследования, Ч. VI // Солженицын А.И. Архипелаг ГУЛАГ, 1918-1956: Опыт художественного исследования, Ч. V-VII Екатеринбург: У-Фактория, 2008. — C.315

[12] Трагедия советской деревни. Коллективизация и раскулачивание. 1927—1939. Документы и материалы. В 5-ти тт. / Т. 2. Ноябрь 1929 — декабрь 1930 // Под ред. В.Данилова, Р.Маннинг, Л.Виолы. — М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2000. – С.126

[13]Очерки истории Крымской областной партийной организации. — Симферополь: Таврия, 1981. – С.129

[14] Там же. – С.132

[15] Очерки по истории Крыма. Ч. III: Крым в период социалистического строительства (1921–1941 гг.) / под общ. ред. д.и.н. И.С. Чирвы. Симферополь: Крым, 1964.– С.86

[16] Там же – С.93

[17] Брошеван В.М. Симферополь: белые и темные страницы истории (1918-1945 гг.) – С.134

[18] Хазанов Г.И. Партийная организация Крыма в борьбе за победу колхозного строя // Борьба большевиков за упрочение Советской власти, восстановление и развитие народного хозяйства Крыма. — Симферополь, Крымиздат, 1958. – С.222

[19] Очерки по истории Крыма. Ч. III – С.90

[20]Маяк коммуны, №6 (2664), 6 января 1930.

[21] Маяк коммуны, № 4 (2662), 4 января 1930.

[22] Маяк коммуны, №6 (2664), 6 января 1930.

[23] Там же.

[24] Зарубин А.Г. Сопротивление «чрезвычайщине» в Крыму (1928 — 1931 гг.), или о последнем открытом проявлении недовольства сталинской политикой // Известия Крымского республиканского краеведческого музея, № 4. — Симферополь, 1993. — С.44−45

[25] Брошеван В.М. Раскулачивание в Крыму — С.91−92

[26] Очерки по истории Крыма. Ч. III – С.93

[27] Очерки по истории Крыма. Ч. III – С.94

[28] История Крыма. Т.2. – М.: Кучково поле, 2018. — С.497

[29] Очерки по истории Крыма. Ч. III — С.94

[30] Алтабаева Е.Б. Марш энтузиастов: Севастополь в 20−30 годы. — Севастополь: «Телескоп», 2008. — С. 249

[31] Омельчук Д.В., Акулов М.Р., Вакатова Л.П., Шевцова Н.Н., Юрченко С.В. Политические репрессии в Крыму (1920−1940 годы). — Симферополь, 2003. — С.39

[32] Пащеня В.Н. Развитие сталинской системы государственного управления в России и в Крыму в 1930-х годах: монография. 2-е изд. – Симферополь: ИП Зуева Т.В., 2018. — С.177

[33] Ивницкий Н.А. Судьба раскулаченных в СССР. — М.: Собрание, 2004 — С.17

[34] Брошеван В.М. Раскулачивание в Крыму — С.12

[35] Омельчук Д.В., Акулов М.Р., Вакатова Л.П., Шевцова Н.Н., Юрченко С.В. Указ. соч.

[36] Фирсов П.П. Форос глазами Николая Ундольского. — Севастополь: «Арт-принт», 2008. — С.142

[37] Островская И.В. К вопросу о работе советского концентрационного лагеря на территории Георгиевского монастыря в феврале – марте 1930 г. // Материалы Научной конференции «Ломоносовские чтения» 2013 года и Международной научной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов-2013» / Под ред. М.Э. Соколова, Г.А. Голубева, В.А. Иванова, Н.Н. Миленко, В.В. Хапаева. — Севастополь: ООО «Экспресс — печать», 2013. – С.85

[38] Политбюро и крестьянство: Высылка, спецпоселение. 1930—1940 гг. Книга I. М.: РОССПЭН, 2005 — С. 102-103

[39] Дремова Н. Ссыльные от рождения: три сестры-крымчанки отбывали срок на Соловках // Первая Крымская, № 202, 30 ноября/6 декабря 2007.

[40] Там же.

[41] История городов и сел Украинской ССР. Крымская область. — Киев, 1974. — С.43

[42] Последняя рукопись Сабри Айвазова. Дело партии «Милли Фирка». Документы свидетельствуют. Из серии «Рассекреченная память». Крымский выпуск. Том 1./ Под общ. ред. В.В.Пшеничного, Р.Н.Лесюка, С.В.Лунина, И.И.Полякова — Симферополь: издательство «ДОЛЯ», 2009. — С.5

[43] Очерки истории Крымской областной партийной организации – С.135; Хазанов Г.И. Указ. соч. – С.220

[44] Хазанов Г.И. Указ. соч. – С.219

[45] Там же. – С. 216

[46] Там же. – С.217

[47] Омельчук Д.В., Акулов М.Р., Вакатова Л.П., Шевцова Н.Н., Юрченко С.В. Указ. соч. — С.41

[48] Виола Л. Крестьянский бунт в эпоху Сталина: Коллективизация и культура крестьянского сопротивления. — М.: РОССПЭН; Фонд Первого Президента России Б. Н. Ельцина, 2010. — С.173

[49] Пащеня В.Н. Этнонациональное развитие в Крыму в первой половине XX века (1900−1945 гг.): Монография. — Симферополь, 2008. — С.51

[50] Ильина Л. Бабьи бунты в крымских селах // http://crimeanblog.blogspot.com/2010/07/babiy-bunt-v-krymu.html