Планы Путина хороши, если смотреть только телевизор. Валентин Катасонов

Тема национальных проектов продолжает будоражить умы наших чиновников-бюрократов. Толчок этому умственному возбуждению дал указ президента Российской Федерации «О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года» от 7 мая 2018 года (далее «майский указ»). В нем сформулированы девять национальных целей развития России и двенадцать национальных проектов.

Пусть теперь замолчат недруги и недоброжелатели России, упрекающие президента и правительство в том, что, мол, страна отдана на волю экономической и политической стихии, лишена парусов и руля, а, главное, не знает, куда держит курс. У России теперь куча разных документов, в названиях которых фигурируют слова «стратегия», «стратегический», «долгосрочный», «перспективный», «национальные цели».

Майский указ — ярчайшее тому подтверждение. Майский указ — даже «круче», чем постановления партии и правительства в советское время, ибо тогда смотрели вперед лишь на расстояние в пять лет («пятилетки»), а майский указ говорит о перспективе на шесть лет. Недаром на рабочем уровне в государственном аппарате национальные проекты называют «шестилетками».

Майский указ — вершина всего бесконечного многообразия «стратегических» документов, которые вышли и продолжают выходить из недр правительства. При президенте РФ был даже создан Совет по стратегическому развитию и национальным проектам (председатель — В.В. Путин, зам. председателя — Д.А. Медведев и еще 37 важных чиновников из правительства, Государственной думы и других государственных и около-государственных организаций).

Сегодня чиновники обещают нам, что в России благодаря национальным проектам произойдет «чудо». С разных трибун звучат пафосные слова о «рывке», о «гравитации» (мол, Россия станет центром притяжения в мировой экономике), об «ускорении» (реанимация лозунга времен М. Горбачева) и т.п. Но меня (да я думаю, что и миллионы моих сограждан) эти призывы и обещания почему-то не трогают.

И дело даже не в том, что не найдется в полном объеме тех денег, которые нужны для полноценной реализации национальных проектов. Правительство подсчитало, что на шестилетний период нужно 26 трлн. руб., что эквивалентно полутора-двум годовым бюджетам Российской Федерации. Боюсь, что даже если такие деньги будут найдены, то, скорее всего, они будут банально «распилены», появятся новые явные и тайные миллионеры и миллиардеры. А народ станет еще беднее. Ведь деньги изыскиваются за счет дополнительного налогообложения рядового россиянина. А также за счет урезания даже тех скромных социальных программ, которые были заложены в бюджет 2018−2020 гг. (был принят Государственной думой в конце 2017 года).

В основе моего пессимизма — две причины еще более фундаментального характера.

Одна из них — безответственность чиновников. Они уже «освоили» гигантские деньги для реализации решений 11 указов президента, изданных в мае 2012 года. «Шестилетка», заданная теми майскими указами, провалена. Просто этот провал власти и подконтрольные им СМИ не афишируют. Никто из чиновников не уволен и не наказан (за исключением нескольких лиц, кто уж совсем нагло и в особо крупных масштабах занимался «освоением» бюджетных денег). Значит, можно предполагать, что чиновники окончательно обнаглеют, в период 2019—2024 гг. мы можем уже стать свидетелями «безответственности в квадрате».

Но есть еще вторая причина, о которой говорят крайне редко. Суть ее в том, что у майского указа 2018 года нет «головы», под которой я разумею главную цель. Помилуйте, — могут мне возразить сторонники указа, — ведь в пункте 1 документа перечислены все главные цели развития страны на период до 2024 года. Их там аж девять! Но как не может быть в одной организации девять начальников, в одной стране девять президентов, в одном городе девять мэров, так и в стратегии государства не может быть девять главных целей.

Главная цель всегда одна. Это азбучная истина, известная любому грамотному управленцу. Сформулировав главную, стратегическую цель, далее можно уже формулировать цели второго и более низкого порядков. Это называется программно-целевым методом управления, который применялся в Советском Союзе еще с 1930-х годов, и в странах Запада — с 1960-х годов.

А наши нынешние власти озвучить самую главную цель или не могут (по каким-то соображениям), или она в их головах просто отсутствует. Забавная вещь: многие чиновники для себя из девяти целей президентского указа уже успели выбрать самую главную. Это цель под номером пять, а именно: «вхождение Российской Федерации в число пяти крупнейших экономик мира, обеспечение темпов экономического роста выше мировых при сохранении макроэкономической стабильности, в том числе инфляции на уровне, не превышающем 4 процентов».

Остальные цели, по их мнению, носят социально-пропагандистский характер, являются своеобразным пиаром власти, пытающейся представить себя как социально-ориентированную, озабоченную насущными проблемами простого человека (естественно, что о таком понимании майского указа у чиновников принято говорить лишь в кулуарах).

Если посмотреть на последние выступления наших руководителей, то они делают акцент именно на ускорении темпов экономического роста, повышение места России в рейтинге мировых экономик, превращении России в «локомотив» мировой экономики и «центр гравитации» (выражение Д.А. Медведева из его выступления на Российском инвестиционном форуме в Сочи в феврале 2019 года). Мол, если будет экономический рост, то остальные национальные цели будут чуть ли не автоматически реализованы (рост народонаселения, снижение бедности, повышение продолжительности жизни, улучшение жилищных условий граждан и др.).

Для справки скажу: по состоянию на данный момент Россия в рейтинге стран по величине номинального валового внутреннего продукта (ВВП) занимает лишь 12−13-е место. Не вдаваясь в тонкости расчетов ВВП и международных расчетов, скажу, что Россия в настоящее время по величине ВВП находится на уровне таких стран, как Канада, Австралия, Южная Корея, Мексика. Подняться с 12 места на пятое за шесть лет — круто, но не реально.

И даже не потому, что разрыв очень большой, а потому, что в предыдущие годы позиции России в мире не только не укреплялись (как этого требовали майские указы президента 2012 года), а, наоборот, ослабевали. Так, по данным МВФ, в 2012 году доля России в мировом ВВП (при расчетах на основе паритета покупательной способности рубля) была равна 3,68%, а в 2017 году она сократилась до 3,16%. Никаким «рывком», которого кто-то у нас ожидал в 2012 году, не пахнет. Наблюдается медленное погружение российского «Титаника» в небытие.

Сегодня, судя по всему, главным оппонентом правительства в вопросах реализации майского указа и национальных проектов будет Алексей Кудрин как новый руководитель Счетной палаты РФ. Он уже несколько раз публично озвучивал критические замечания на этот счет. Примечательно, что Кудрин также воспринимает в качестве главной цели майского указа ускорение экономического роста, а остальные национальные цели, по его мнению, занимают подчиненное по отношению к экономическому росту место.

Он записал в своем Twitter: «Потребуются реформа госуправления, реальная защита собственников, улучшение позиций России на мировых рынках». По его мнению, для серьезных перемен необходимо больше воли. Роль правительства в достижении национальных целей Кудрин видит в анализе объективных тенденций и факторов роста, контроле результатов и ответственности, а также разработке предложений по ключевым вопросам развития.

На недавнем Гайдаровском форуме Кудрин вновь говорил о том, что все задачи, например добиться 3% роста в год, одними нацпроектами не решаются, и предлагал обсудить дополнительные меры политики, которые создадут экономический рост. Что ж, редкий случай, когда могу согласиться с Кудриным: действительно, сами по себе нацпроекты «рывок» не обеспечат.

Но я не согласен ни с авторами майского указа, ушедшими от определения высшей национальной цели, ни с теми, кто подобно Кудрину полагают, что цель, значащаяся в указе под номером пять, — ускорение экономического роста — по умолчанию следует считать самой главной, или высшей. Экономический рост может и должен быть средством по отношению к какой-то более высокой цели.

Той цели, которую я считаю самой приоритетной, высшей (на данном отрезке исторического развития), к сожалению, нет в списке девяти национальных целей указа. Ее нет даже в содержащемся в указе описании национальных проектов. Формулирую эту высшую, стратегическую цель: достижение Россией истинного национального суверенитета, в том числе национальной экономической независимости. Это то самое главное звено, ухватившись за которое мы сможем вытянуть всю цепь проблем, с которыми сталкивается сегодня наша страна как внутри, так и вовне.

Президент В. Путин, видимо, понимает, что у России с экономическим суверенитетом, мягко выражаясь, неважно. Так, на пленарном заседании Госдумы 8 мая 2018 года (на следующий день после подписания майского указа) президент осторожно заметил: «Нам нужно повышать уровень своего экономического суверенитета, но это не линейное решение». При этом он отметил, что в предыдущие десятилетия был допущен ряд наивных шагов, например, вера в принципы свободной мировой торговли и Всемирной торговой организации. «Мы вели себя несколько наивно, а теперь мы видим, что и правила ВТО сплошь и рядом нарушаются, ограничения идут по политическим соображениям, которые называют санкциями», — сказал Путин.

Давайте на минуту представим, что темпы экономического роста повышаются, валовой внутренний продукт страны увеличивается, но страна лишена экономического суверенитета. Это означает, что все плоды экономического роста достаются не народу данной страны, а иностранному капиталу, контролирующему экономику страны. Я не буду сейчас раскрывать, каковы механизмы этого контроля и эксплуатация применительно к российской экономике, но контроль и эксплуатация налицо. И значительная часть плодов экономической деятельности уходит за пределы России. Подсчитать масштабы ограбления России можно с помощью платежного баланса РФ, составляемого Банком России.

Основная статья утечки плодов экономической деятельности в денежной форме — чистый отток капитала из страны (превышения вывоза над ввозом). В статистике платежного баланса это называется «сальдо финансового счета».

Другая, не менее важная статья — чистое сальдо инвестиционных доходов (как разница между доходами, выводимыми иностранными инвесторами из России, и доходами, получаемыми российскими экспортерами капитала из-за границы). У России это сальдо с большим хроническим минусом.

Наконец, третья важная статья — прирост международных валютных резервов РФ (своеобразная форма вывоза капитала денежными властями страны).

Уже имеются оценочные данные Банка России по платежному балансу за весь прошлый год (млрд. долл.): сальдо финансового счета — 76,8; сальдо инвестиционных доходов — 38,9; прирост валютных резервов РФ — 38,2. Итого получается чистый отток денежных средств из России за 2018 год — 153,9 млрд долл.

И это, не считая возможных «утечек» по некоторым другим статьям платежного баланса. И что особенно важно отметить, приведенная оценка является крайне неполной, т.к. не учитывает «утечки» капитала из страны по каналам контрабанды (такие операции вообще не находят отражения в платежном балансе). Но даже если взять полученный итог (153,9 млрд долл.), то это колоссальная сумма.

Она примерно в полтора раза превышает среднегодовые масштабы утечек за десятилетний период 2008—2017 гг. (мною такие расчеты были проделаны и представлены в ряде предыдущих публикаций). О каких «рывках» и «ускорениях» российской экономики можно говорить при таких «протечках»?

Чтобы читатель лучше понимал, что представляет собой полученная итоговая величина утечек за 2018 год, скажу, что это при среднем валютном курсе рубля в прошлом году эквивалентно 10 трлн. руб.

Что для России означает получение истинного экономического суверенитета? Ликвидацию всех тех «протечек», о которых я сказал выше. И не надо никаких невротических «рывков». Страна получила бы мощнейший дополнительный ресурс, эквивалентный примерно половине нынешнего российского бюджета. Это гигантский ресурс, с помощью которого можно было бы немедленно приступать к решению тех социальных и демографических проблем, которые были сформулированы в президентском указе от 7 мая 2018 года.

Алгоритмы выхода России из нынешнего кризисного состояния в самом общем виде понятны и очевидны. Самым главным препятствием для такого выхода является российский чиновник. Можно достаточно быстро подготовить другой, правильный указ президента. Но вот что нам делать с российскими чиновниками? Почему-то вспомнилась крылатая фраза железного канцлера Отто Бисмарка: «С плохими законами и хорошими чиновниками вполне можно править страной. Но если чиновники плохи, не помогут и самые лучшие законы».
РУССКАЯ ИМПЕРИЯ
https://RusImperia.Org
#РусскаяИмперия