РУССКИМ О РОССИИ: ПОЛИТИКА РУСОЦИДА

«Славянские варвары – природные контрреволюционеры, особенные враги демократии». «Ближайшая мировая война сметёт с лица земли не только реакционные классы и династии, но и целые реакционные народы». «Необходима безжалостная борьба не на жизнь, а на смерть с предательским по отношению к революции славянством… – истребительная война и безудержный террор», — таков был завет коммунистического идеолога Фридриха Энгельса. Надо признать, что большевики исполняли его весьма точно.

Против русского народа была развязана война, имеющая целью не только духовное, но и физическое его истребление.

Русские дворяне, интеллигенция, офицеры, купцы и священство уничтожались в период Красного террора и позднее. «Под видом «зеленых» (мы потом на них и свалим) пройдем на 10 — 20 верст и перевешаем кулаков, попов, помещиков. Премии 100000 рублей за повешенного», — писал вождь мирового пролетариата в 20-м году. И вешали. Вырезали. Топили, следуя указанию вождя.

Русские города и веси выкашивал голод 20-х, коему бесстыдно радовался Ленин.

Деревни Великороссии и Малороссии вымирали в 30-х.

Русских и украинских крестьян раскулачивали и отправляли на север – часто на верную смерть.

Большая часть узников ГУЛАГа были русскими.

Сегодня в русофобской истерии некоторая часть украинской общественности пытается представить голодомор геноцидом исключительно украинского народа. Это ложь. Голодомор – трагедия всей России. Трагедия русских. И украинцы стали жертвой его, не как украинцы, а именно как русские, как часть единого русского народа. Достаточно сказать, что по проекту коллективизации предназначались для выселения из мест прежнего проживания — 2,3 млн. чел., и чётко указывалась разнарядка:

— доля РСФСР – 79%;

— доля Украины- 17%;

— доля Белоруссии – 4%.

«Раскулачили» таким образом почти 5% русских людей. Или одного из каждых 20 русских крестьян. Доля семей, состоявших из 8 и более человек — была 5%. Абсолютное большинство детей погибли от голода и лишений в ссылках в первый же год.

Проект высылки кулаков разработала «Комиссия ЦК ВКП(б) по переустройству деревни» под руководством наркома земледелия СССР Якова Эпштейна-Яковлева, прилежного ученика Троцкого, который еще на IX съезде РКП(б) очертил методы концепции мобилизации крестьян в трудовые армии, превращения их в «солдат труда», с наказанием за ослушание — вплоть до «заключения в концентрационные лагеря».

Осуществляло раскулачивание ОГПУ во главе с Генрихом Ягодой. Именно он стал автором директивы № 44.21 от 2 февраля 1930 года об аресте 60 тыс. кулаков. Уже к 15 февраля 1930 года «были выведены из строя» по терминологии ОГПУ 64500 человек. «План-заказ» на 60 тыс. кулаков был перевыполнен.

В общей сложности раскулачиванию было подвергнуто 2,15 млн. русских крестьян. России это большевистское преступление обошлось минимум в миллион русских жизней… Для наглядности приведём лишь один пример. В справках Отдела по спецпереселенцам ГУЛАГа ОГПУ «Сведения о выселенном кулачестве в 1930-1933 гг.» находим:

— отправлено в Северный край — 282 тыс. чел.

— состоит на учете на 1 января 1934 года — 79,5 тыс.

То есть в местах высылки «кулаков» оказалось – в 4 раза меньше, чем было отправлено. Куда же пропали 200 из 282 тыс., отправленных в Северный край?

Ещё в 1918 году большевики ввели закон против антисемитизма. Расстрелять по нему могли и за неосторожное слово, и за хранение запретной литературы. Например, Нилуса. Впоследствии закон был заменён до боли узнаваемым сегодня эквивалентом: статьёй 59-7 Уголовного Кодекса («Пропаганда или агитация, направленные к возбуждению национальной или религиозной вражды или розни»).

Именно на заре большевизма и период расцвета его, слово «русский» впервые было поставлено вне закона. «Русский» — значит, патриот, националист, антисемит – враг, которому нет места в стране торжествующего Интернационала.

Одной из иллюстраций этого процесса служит травля поэтов крестьянского направления в начале 20-х годов. В 1923 году за «разжигание национальной вражды» предстали перед судом Сергей Есенин, Сергей Клычков, Петр Орешин и Алексей Ганин. «Разжигание» заключалось в том, что в столовой на Мясницкой неизвестный обозвал их антисемитами, дебоширами, пьяницами и русскими хамами, за что тут же был ответно обруган Есениным «жидовской мордой». Будь «морда» иной, поэта бы, наверное, простили, но… «Пострадавший» Марк Роткин немедленно привёл милицию, и Есенина с друзьями задержали. «Русские мужики – хамы!» — бросил Роткин им вслед. Разумеется, называть русских хамами «разжиганием» не было, а, вот, «морда» — дело совсем иного рода. В тот же день вечером в Литературном институте были отменены все лекции и объявлен экстренный митинг по случаю «антисемитского буйства группы поэтов». Руководил митингом Борис Фридман. Страницы московских газет тех дней пестрели «мнениями народа», и «политическими оценками»… «Поэтов под народный суд!», «Им нет места в нашей семье!», — требовала пресса от имени «народа»…

В этот период Алексей Алексеевич Ганин написал свой знаменитый манифест, в котором с беспощадной точностью определил существо большевистской, антинациональной системы:

«В лице господствующей в России РКП мы имеем не столько политическую партию, сколько воинствующую секту изуверов-человеконенавистников, напоминающую если не по форме своих ритуалов, то по сути своей этики и губительной деятельности средневековые секты сатанистов и дьяволопоклонников. За всеми словами о коммунизме, о свободе, о равенстве и братстве народов — таятся смерть и разрушения, разрушения и смерть».

Для нас теперь нет никакого сомнения, что та злая воля, которая положена в основу современного советского строя, заинтересована в гибели не только России, как одной из нынешних христианских держав, но всего христианского мира.

Всякий, кто умеет честно, по-человечески мыслить, тот из всего существующего положения в России ясно увидит, к чему на самом деле стремится эта изуверская секта.

Завладев Россией, она вместо свободы несет неслыханный деспотизм и рабство под так называемым «государственным капитализмом». Вместо законности — дикий произвол Чека и Ревтрибуналов; вместо хозяйственно-культурного строительства — разгром культуры и всей хозяйственной жизни страны; вместо справедливости — неслыханное взяточничество, подкупы, клевета, канцелярские издевательства и казнокрадство. Вместо охраны труда — труд государственных бесправных рабов. Три пятых школ, существовавших в деревенской России, закрыты. Врачебной помощи почти нет, потому что все народные больницы и врачебные пункты за отсутствием средств и медикаментов влачат жалкое существование. Высшие учебные заведения терроризированы и задавлены как наиболее враждебные существующей глупости».

13 ноября 1924 года чекисты открыли «Дело «Ордена русских фашистов»». По нему в качестве «главаря» был арестован великий русский поэт Алексей Ганин и ещё 13 человек, большей частью, также поэты. Ганин и несколько его «однодельцев» были расстреляны без суда, остальные сосланы на Соловки, откуда вернулись лишь двое.

Литературовед Лидия Гинзбург в 1926 году записала в дневнике: «У нас сейчас допускаются всяческие национальные чувства, за исключением великороссийских. Даже еврейский национализм, разбитый революцией в лице сионистов и еврейских меньшевиков, начинает теперь возрождаться… Это имеет свой хоть и не логический, но исторический смысл: великорусский национализм слишком связан с идеологией контрреволюции (патриотизм), но это жестоко оскорбляет нас в нашей преданности русской культуре».

В 1930 году на XVI съезде ВКП(б) в качестве главных угроз социалистическому строительству отмечались опасность национализма, «великодержавный уклон», «стремление отживающих классов ранее великорусской нации вернуть себе утраченные привилегии».

После убийства Алексея Ганина до конца 30-х годов плеяда крестьянских поэтов, как носителей русской идентичности, была уничтожена полностью. Особенно ярок в этом смысле пример поэта Павла Васильева. «Певец кондового казачества», «осколок кулачья», «мнимый талант», «хулиган фашистского пошиба» — это всё он, Павел Васильев… Главный удар по нему был нанесён Максимом Горьким. Одновременно две центральные и две «литературные» газеты опубликовали 14 июня 1934 года первую часть его статьи, в которой говорилось:

«Жалуются, что поэт Павел Васильев хулиганит хуже, чем хулиганил Сергей Есенин. Но в то время, как одни порицают хулигана, — другие восхищаются его даровитостью, «широтой натуры», его «кондовой мужицкой силищей» и т.д. Но порицающие ничего не делают для того, чтоб обеззаразить свою среду от присутствия в ней хулигана, хотя ясно, что, если он действительно является заразным началом, его следует как-то изолировать. А те, которые восхищаются талантом П. Васильева, не делают никаких попыток, чтоб перевоспитать его. Вывод отсюда ясен: и те и другие одинаково социально пассивны, и те и другие по существу своему равнодушно «взирают» на порчу литературных нравов, на отравление молодёжи хулиганством, хотя от хулиганства до фашизма расстояние «короче воробьиного носа».

Вскоре после этого Васильев подрался с поэтом Джеком Алтаузеном, оскорбившим грубым словом его спутницу. 24 мая 1935 года в «Правде» появилось открытое письмо, гласившее: «Павел Васильев устроил отвратительный дебош в писательском доме по проезду Художественного театра, где он избил поэта Алтаузена, сопровождая дебош гнусными антисемисткими и антисоветскими выкриками и угрозами расправы по адресу Асеева и других советских поэтов. Этот факт подтверждает, что Васильев уже давно прошел расстояние, отделяющее хулиганство от фашизма…»

В недрах НКВД было сфабриковано «дело террористической группы среди писателей, связанной с контрреволюционной организацией правых», целью которой была подготовка террористического акта в отношении лично товарища Сталина и других видных партийцев. Согласно версии «следствия», убить Вождя должен был никто иной, как Павел Васильев…

15 июля 1937 года, в закрытом судебном заседании Военной коллегии Верховного суда СССР под председательством Ульриха, «без участия обвинения и защиты и без вызова свидетелей», состоялось скорое разбирательство дела. На другой день поэт Павел Васильев был расстрелян в Лефортовской тюрьме и похоронен в общей могиле «невостребованных прахов» на новом кладбище Донского монастыря в Москве. Вместе с ним был расстрелян и сын Сергея Есенина Юра, ещё подросток…

Великодержавный шовинизм в те годы приписывали многим неугодным писателям и поэтам. Удостоился обвинения в нём даже Владимир Арсеньев, автор «Дерсу Узала». Арсеньеву повезло: он умер раньше, чем набиравшая обороты кампания травли обернулась для него арестом. Зато его вдова свой срок получила…

Следствием национальной политики большевиков стали и новые границы, произвольно проведённые ими. Особенно пострадали при этом русские казаки, чьи земли были подарены горцам, казахам, украинцам. Огромную часть территории нынешнего Казахстана составляют казачьи земли, исторически не имевшие никакого отношения к этой республике. Также для подавления казачества отдавались в руки горцев казачьи станицы на юге России. Впоследствии ленинский почин был развит его наследниками: Сталиным, подарившим родной Грузии земли Осетии и Абхазии, и Хрущёвым, присоединившим Украине Крым, а Чечне – ещё уцелевшие тёрские казачьи станицы. О том, как эти меры осуществлялись в отношении последних, недвусмысленно свидетельствуют следующие выдержки из документов 1920 г.:

«По вопросу аграрному признать необходимым возвращение горцам Северного Кавказа земель, отнятых у них великорусами, за счет кулацкой части казачьего населения и поручить СНК немедленно подготовить соответствующее постановление».

Владимир Ленин

«Выселено в военном порядке пять станиц. Недавнее восстание казаков дало подходящий повод и облегчило выселение, земля поступила в распоряжение чеченцев. Положение на Северном Кавказе можно считать несомненно устойчивым…».

Из телеграммы Сталина Ленину

«Выселение станиц идет успешно… Сегодня у меня происходило совещание с чеченцами — представителями аулов. Настроение чеченцев превосходное, они рады до бесконечности и заявляют, что наш акт для них великое историческое событие».

Из телеграммы члена Реввоенсовета Кавказской трудовой армии Врачева Орджоникидзе и Сталину.

«Ст. Калиновскую сжечь; станицы Ермоловская, Закан-Юртовская, Самашкинская, Михайловская — отдать беднейшему безземельному населению и в первую очередь всегда бывшим преданным Соввласти нагорным чеченцам: для чего все мужское население вышеозначенных станиц от 18 до 50 лет погрузить в эшелоны и под конвоем отправить на Север, для тяжелых принудительных работ; стариков, женщин и детей выселить из станиц, разрешив им переселиться в хутора или станицы на Север; лошадей, коров, овец и прочий скот, а также пригодное для военцели имущество передать Кавтрудармии — ее соответствующим органам, причем лошадей распределить по указаниям Штаба фронта».

Приказ временно исполнявшего обязанности командующего Кавказской трудовой армией Медведева

В 1946 году на Нюрнбергском трибунале был осуждён нацизм… Человеконенавистническая идеология, следуя которой нация избранная сочла себя вправе уничтожать другие нации, зачисленные в неполноценные. А как назвать систему, при которой одна-единственная нация, нация, составляющая большую часть населения государства, де-факто оказывается в положении «неполноценной» и подвергается нескончаемому моральному и физическому террору? И какого приговора достойна она?

Миллионы русских, погибших во Второй Мировой войне, защищая свою землю, проклянут тех, кто станет оправдывать и прославлять нацизм. Миллионы русских, уничтоженных большевиками, проклинают оправдание коммунистического режима и прославление своих палачей.

Россию невозможно возродить на фундаменте нескончаемого кощунства подобных оправданий и прославлений. Россия может быть возрождена лишь на фундаменте Православия и Русскости. Лишь прекратив кощунство, лишь восстановив в себе русскость, мы сможем восстановить и наше Отечество, являющееся по слову последнего Императора, государством русского народа, в котором живут и другие народы.

Русская Стратегия

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

ПРАВДУ НАДО ЗНАТЬ! Комиссар смерти

Коммунисты выдвинули в рамках конкурса «Великие имена России» палача Ивана Папанина, лично убившего огромное число русских людей

Как сообщалось, в рамках конкурса «Великие имена России» проходит голосование за переименование аэропортов городов страны.

«В Мурманске один из вариантов — Император Николай II, а другой кандидат — участник красного террора в Крыму — Иван Папанин, — написал на редакционную почту «Русской народной линии» неравнодушный читатель Виктор Александрович Онищенко. — Важен каждый голос. Предлагаю присоединиться и поддержать голосование. Распространить информацию. Ссылка на проект».

«Мы столкнулись с очень сильным сопротивлением коммунистов, — отметил он. — За последние сутки Папанин получил 7000 голосов и почти догнал Государя. Истерика комми поднялась до небес. Они готовы буквально на все, только чтобы аэропорт не был назван в честь Императора. Авторизоваться можно через соц. сети или номер телефона. Так сделано, чтобы не было накрутки голосов и каждый выбор был однозначно привязан за человеком. Хотя, как стало известно позже, система не сопоставляет разные виды авторизации. Есть возможность 3 раза проголосовать — через номер телефона, ВК и Одноклассники».

На историко-публицистическом форуме автор Альберт Максимов написал заметку о «кровавом» Иване Папанине: «Этот добрый и веселый человек сразу же после освобождения Крыма от армии Врангеля был комендантом Крымской ЧК. Комендантов ЧК еще называли «комиссарами смерти», ведь именно в их обязанности входило исполнение смертных приговоров и руководство расстрелами. А в те месяцы, когда самоотверженно «трудился» Папанин, в Крыму было уничтожено более ста тысяч человек. Простите, оговорился, согласно утверждению Ивана Дмитриевича многие уничтоженные чекистами люди людьми не были — это были «звери, по недоразумению называвшиеся людьми». А раз так, то уничтожение этих двуногих существ (офицеров, чиновников, гимназистов, а также членов их семей — а разве дети зверей люди?) дело нужное и крайне важное.

Впрочем, не всех попавших в ЧК расстреливали. Некоторых топили или заживо закапывали. Любимая начальница Папанина, его ангел-хранитель (так ее назвал сам Папанин) Розалия Самойловна Землячка (Залкинд) говорила: «Жалко на них тратить патроны, топить их в море». Вот и грузили мужчин, женщин, стариков, детей на баржи и топили в море, а для гарантии привязывали камень к ногам или на шею. Долго еще после этого у крымских берегов сквозь чистую морскую воду можно было видеть сотни стоячих мертвецов. Кто смотрел фильм «Мы из Кронштадта», наверное, помнят сцену такой вот казни матросов и мальчика-юнги. Только на самом деле все было совсем наоборот, не белые топили красных, а чекисты под командованием землячек и прочих комендантов ЧК изощренно убивали людей. Зверей, по ихнему.

А Землячка, говорят, устав от бумажной работы, любила сама приводить казни в исполнение, сидя за пулеметом. Папанин же, по его утверждению, был для нее «вроде крестника». Уважал он ее, очень и очень. Писал впоследствии, что Землячка была «на редкость чуткой, отзывчивой женщиной». Да, «удивительным человеком была Землячка. Она не успевала заботиться о людях»».

Этот «»совестливый и гуманный человек» не только видел и знал, что творилось в застенках ЧК, — говорится далее в материале, — но и сам возглавлял машину смерти, машину массового геноцида. Во-вторых, о событиях своего кровавого участия в массовых убийствах невинных людей мог написать, ведь времена уже менялись. Ни в какую «лагерную пыль» знаменитого Папанина в брежневские времена не превратили бы. А в-третьих, он и не молчал: в 1977 году написал книгу воспоминаний «Лед и пламень», где с большим пафосом рассказал о своей работе комендантом ЧК. И расхваливал на разные лады Землячку-Залкинд, по сравнению с которой отъявленные каратели-эсэсовцы выглядят просто ангелочками. Откуда же взялся на земле этот человечек?»

+РУССКАЯ ИМПЕРИЯ+
https://RusImperia.Org
#РусскаяИмперия