ПРИВАТИЗАЦИЯ 90-Х – НЕ ФУНДАМЕНТ НАШЕЙ ЖИЗНИ И ЭКОНОМИКИ, А ТРЕЩИНА В НЕМ

На днях Центр стратегических разработок (ЦСР, председатель совета – Алексей Кудрин) выпустил очередной доклад «Жилищно-коммунальный комплекс: между политикой и экономикой». Доклад получился яркий – в нём полно красочных графиков, цветных разных таблиц, карт, диаграмм. Пестрит «инновациями», «модернизациями», «оптимизациями», «альтернативами», а также ссылками на передовой европейский опыт (куда без них).

Но хотя в докладе сто пятнадцать страниц (не считая оглавления, благодарностей и обложки), пресса безошибочно вычленила главное. А именно: предложение обязать всех владельцев квартир в многоквартирных домах сначала становиться членами ТСЖ (товариществ собственников жилья), а затем нести солидарную ответственность по долгам.

То есть если ваш сосед не платит взносы на содержание общей собственности, это за него делаете вы и другие члены ТСЖ. После чего сами взыскиваете с нерадивого соседа долги через суд. Такая коллективная финансовая порука, оказывается, самый передовой европейский опыт. Его либерастам срочно надо внедрять.

Само собой, сразу последовали опровержения. Первый зампред комитета Госдумы по жилищной политике и ЖКХ Александр Сидякин заявил, что предложение ЦСР противоречит российскому законодательству и никаких подобных предложений в саму Госдуму пока не поступало. А представитель Минстроя сказал по этому поводу следующее: «Состояние гражданского общества в России ещё не достигло такого уровня, чтобы все жители многоквартирного дома согласились нести ответственность за соседа».

Словом, нашему обществу далековато до Европы, и, казалось бы, можно выдохнуть. Но тут ведь какое дело. Вчера общество не дозрело до идеи выходить на пенсию в шестьдесят пять лет, а этим летом взяло и скоротечно дозрело на солнышке. Несмотря на то, что члены «ЕР» ещё в начале марта делали круглые глаза, опровергали досадные слухи о пенсионной реформе.

Вчера, глядишь, не внесено, а сегодня – внесено и принято уже в трёх чтениях. Вчера предложение ЦСР противоречило российскому законодательству, а завтра, глядь, российское законодательство противоречит предложению, и законодательство надо изменить единодушным голосованием ведущей фракции.

Цена слова депутата от «ЕР» приблизительно такая же, какой оказалась цена обещания Бориса Ельцина лечь «поперек рельс».

К тому же доклад ЦСР лежит в русле всех последний действий нашего правительства, направленных на то, чтобы все права оставить властям, а все обязанности переложить на население.

Мало ли что человек годами отчислял деньги в пенсионный фонд! Если такому человеку («предпенсионеру» на нынешнем волапюке) станет нечего есть в его шестьдесят, он может подать в суд на своих детей и обязать их платить алименты. Что может быть лучше, чем натравить родителей на детей, а детей – на родителей? И здесь предлагают такую же схему: натравить соседей друг на друга. Авось они (то есть мы с вами) начнут разбираться с должниками не совсем законными методами. Зато эффективными. И должников прижучим, и тех, кто применял методы – тоже.

Удобно, изящно. По-европейски.

Новое в докладе ЦСР только то, что вопрос касается собственников квартир. Это на самом деле важно. Потому что касается такого щекотливого вопроса, как приватизация жилья в девяностые.

Стоит кому-либо где-либо поднять вопрос о пересмотре итогов приватизации, комментаторы сразу же выкладывают совершенно убойный, на их взгляд, аргумент: «Помилуйте, вы хотите, чтобы у людей отобрали их квартиры?»

Аргумент лукавый и довольно подлый. Высокопоставленные господа из девяностых приватизацией квартир как бы замазали всё общество, приобщили всех к своим преступным деяниям.

По-бандитски эдак. «Вы тоже взяли, чем вы лучше нас, чего теперь, забудем, проехали».

Что тут не так? Ведь на самом деле взяли, разве нет?

Однако же для общества вопрос приватизации девяностых, залоговых аукционов и многого другого – это вопрос о справедливости. В конечном счете – о том фундаменте, на котором базируется современное российское государство.

Он мало касается общественного строя, при котором мы сегодня живём, разных «измов» и политических теорий, хотя нас и убеждают в обратном. Что справа, что слева.

«Вы хотели капитализма, вот вам ваш капитализм, кушайте, не обляпайтесь». Так говорят господа либералы – со знаком плюс. Не подозревая, похоже, что это может вызвать желание вновь изменить строй, отправив либералов восвояси.

Так говорят и товарищи коммунисты, не подозревая, что никто не забыл, в какой партии когда-то состояли те самые приватизаторы, оформившие на себя под шумок много всего вкусного.

Между приватизацией квартир в девяностых и приватизацией тогда же «заводов, газет, пароходов» общее только одно – слово «приватизация». Больше ничего общего нет, да и быть не может.

В советской школе доходчиво объясняли разницу между личной и частной собственностью. Частная – это собственность на средства производства, на чём можно зарабатывать деньги, прибавочную стоимость. В СССР были не только государственными, но и кооперативными. Были частные дома. Но всё это не позволяло зарабатывать. Только из-под полы, сдавая квартиры в аренду. Серый и довольно сомнительный рынок. Домовладельцев – людей, которые собирают деньги с жильцов и владеют не двумя-тремя лишними квартирами, а целыми зданиями – у нас практически не появилось.

Для большинства рядовых граждан смена формы собственности их квартир с муниципальной в 1988 году на личную к 2018 ничего не поменяла. Наследство? В СССР это осуществлялось с помощью прописки. Легче стал обмен с помощью купли-продажи, но легче стал и отъем квартир всякими «черными риэлторами».

Вдобавок сама приватизация квартир была проведена торопливо, грязно, несправедливо. Тот, кто получил квартиру в центре столицы, стал со временем долларовым миллионером. Кто получил такую же в далёком северном поселке, стал бомжем, потому что посёлок был покинут – и кому ты эту квартиру продашь? Тот, кто успел получить от государства жилье по числу членов своей семьи, приватизировал трехкомнатную. Кто не успел, так и оставался сидеть в однокомнатной со всей семьёй.

Лотерея. Игра. Музыка замолкает, все садятся на стульчики, а кому стульчика не досталось – выбывает.

Если ещё упомянуть о том, что жилой фонд являлся для государства обременением, волноваться за то, что ваши квартиры вновь «национализируют», глупо. Кто ж будет вешать себе на шею гирю? Вас могут заставить платить за соседей – это да. Вам могут поднять налог на владение недвижимостью – это запросто. Вас со временем могут даже обязать за свой счет сносить аварийные дома, а далее идти на все четыре стороны. Но забрать? Куда там.

Ситуация здесь похожа на ситуацию с социальными объектами при предприятиях. Всякие профилактории, санатории, пионерские лагеря, – это себе только Сбербанк может нынче позволить. Форсу ради.

И как же тот факт, что государство элегантно сбросило со своей шеи жилой фонд, может оправдывать то, что творилось на залоговых аукционах?

Этим летом власть сама разорвала общественный договор, о чем так и было сказано. Депутатом Исаевым, к примеру. Наше государство поступило с нашим обществом приблизительно так, как США поступает на международной арене. Когда договор не нравится, его разрывают, чтобы заключить другой.

Судя по результатам выборов, по социологическим опросам и многим другим вещам, общество никакого нового договора заключать с властью не спешит. Да и зачем его заключать с теми, кто его вновь порвёт в любой момент?

Многие обнаружили, что трещина в фундаменте нашего общего дома никуда не делась. Она только разрастается. Без оценок девяностым далее следовать бессмысленно. Нельзя поносить девяностые по телевизору и одновременно строить Ельцин-центры. От этого фундамент ещё больше расползается. Нельзя в основе государства иметь грабёж. Более того, грабеж узаконенный.

Так завершилась и судьба СССР (при всех его несомненных достоинствах). Внуки первых комиссаров взяли да и поделили всё, только на сей раз между собой, закрепив победу 1917 именно таким образом.

Так что новый общественный договор, буде он возникнет, может быть связан только с оценкой девяностых. А в свете этой оценки – и с пониманием последующих лет.

Но оценка – это не «бла-бла-шоу» по телевизору. Это юридическая оценка. Документальная. Окончательная. Броня – с прохождением через Думу и Совет Федерации. Возможно, что и через референдум.

Нам говорят, что пересматривать итоги приватизации нельзя – это де приведет к большой крови. Однако пересматривать пенсионный возраст можно. Пересматривать историю можно (у нас уже и немцы под Севастополем – воины). Всё, что угодно. Только не итоги приватизации.

Однако посадка самого борзого приватизатора Ходорковского нам намекает, что небо в ряде случаев на землю не падает. Да и кто говорит о посадках. Пока говорят об оценках. О том, что так нельзя. Так неправильно. На этом ничего толком не построишь.

По-библейски: человек безрассудный построил дом на песке, и пошёл дождь, и разлились реки, и подули ветры, и налегли на дом тот, и он упал, и было падение его великое.

Разрыв общественного договора может завести даже не в тупик, а в пустоту. А там, где пустота, там и матрос Железняк с Чапаевым.

+РУССКАЯ ИМПЕРИЯ+
https://RusImperia.Org
#РусскаяИмперия

На еще один «Ельцин-центр», уже в Москве, – деньги есть?

Засмердило «святыми девяностыми». Как открылся «Ельцин-центр» в Екатеринбурге, так он сразу начал попадать в скандальные материалы СМИ – в президентском учреждении рассуждали об «эстетике фашизма», показывали «порно» детям, говорили на тему отделения Чечни от России, и даже один из сотрудников «ЕЦ» предлагал поразмышлять над реабилитацией власовцев.

… Волна скандалов заставила обратить внимание на работу «ЕЦ» режиссера Никиту Михалкова, в передаче «Бесогон ТВ» он «разносил» музей, говоря, что внутри люди получают «инъекции яда, разрушающего национальное самосознание».

В любом случае основной вопрос остался – правильно ли было выделять бюджетные 7 млрд руб. (а всего около 13 млрд) на строительство и 150 млн руб. ежегодно на содержание. Держа этот вопрос в уме, народу представляют новый проект – еще один «Ельцин-центр», только теперь уже в Москве. Прямо по карьерному пути самого Ельцина. Кроме шуток, Правительство выбивает из населения последние деньги за счет повышения НДС, пенсионного возраста и новых налогов, говоря, что денег нет, но тут же находит средства для строительства музеев имени одного из самых непопулярных руководителей страны.

По официальным заявлениям, 7 млрд бюджетных денег ушло на екатеринбургский музей и теперь еще около 1,35 млрд руб. на московский. И что там будет?

И что там будет? Да, в общем-то, то же самое – кафе, ресторан, каток, ну и музей где-то затеряется?

По предварительным данным, для еще одного президентского центра имени Ельцина в конце 2019 года закончится реконструкция и ввод в эксплуатацию усадьбы Долгоруковых-Бобринских.

Активисты и архитекторы уже негодуют – здание было одним из лучших образцов дворянских усадеб второй половины 18 века.

Внутри полностью сохранялись лестницы, колонны, лепнина, арочные ниши и вся внутренняя планировка здания. В ходе «одемокрачивания» часть исторической застройки будет демонтирована.

РУССКАЯ ИМПЕРИЯ
https://RusImperia.Org
#РусскаяИмперия

ПРИВАТИЗАЦИЯ 90-Х – НЕ ФУНДАМЕНТ НАШЕЙ ЖИЗНИ И ЭКОНОМИКИ, А ТРЕЩИНА В НЕМ

На днях Центр стратегических разработок (ЦСР, председатель совета – Алексей Кудрин) выпустил очередной доклад «Жилищно-коммунальный комплекс: между политикой и экономикой». Доклад получился яркий – в нём полно красочных графиков, цветных разных таблиц, карт, диаграмм. Пестрит «инновациями», «модернизациями», «оптимизациями», «альтернативами», а также ссылками на передовой европейский опыт (куда без них).

Но хотя в докладе сто пятнадцать страниц (не считая оглавления, благодарностей и обложки), пресса безошибочно вычленила главное. А именно: предложение обязать всех владельцев квартир в многоквартирных домах сначала становиться членами ТСЖ (товариществ собственников жилья), а затем нести солидарную ответственность по долгам.

То есть если ваш сосед не платит взносы на содержание общей собственности, это за него делаете вы и другие члены ТСЖ. После чего сами взыскиваете с нерадивого соседа долги через суд. Такая коллективная финансовая порука, оказывается, самый передовой европейский опыт. Его либерастам срочно надо внедрять.

Само собой, сразу последовали опровержения. Первый зампред комитета Госдумы по жилищной политике и ЖКХ Александр Сидякин заявил, что предложение ЦСР противоречит российскому законодательству и никаких подобных предложений в саму Госдуму пока не поступало. А представитель Минстроя сказал по этому поводу следующее: «Состояние гражданского общества в России ещё не достигло такого уровня, чтобы все жители многоквартирного дома согласились нести ответственность за соседа».

Словом, нашему обществу далековато до Европы, и, казалось бы, можно выдохнуть. Но тут ведь какое дело. Вчера общество не дозрело до идеи выходить на пенсию в шестьдесят пять лет, а этим летом взяло и скоротечно дозрело на солнышке. Несмотря на то, что члены «ЕР» ещё в начале марта делали круглые глаза, опровергали досадные слухи о пенсионной реформе.

Вчера, глядишь, не внесено, а сегодня – внесено и принято уже в трёх чтениях. Вчера предложение ЦСР противоречило российскому законодательству, а завтра, глядь, российское законодательство противоречит предложению, и законодательство надо изменить единодушным голосованием ведущей фракции.

Цена слова депутата от «ЕР» приблизительно такая же, какой оказалась цена обещания Бориса Ельцина лечь «поперек рельс».

К тому же доклад ЦСР лежит в русле всех последний действий нашего правительства, направленных на то, чтобы все права оставить властям, а все обязанности переложить на население.

Мало ли что человек годами отчислял деньги в пенсионный фонд! Если такому человеку («предпенсионеру» на нынешнем волапюке) станет нечего есть в его шестьдесят, он может подать в суд на своих детей и обязать их платить алименты. Что может быть лучше, чем натравить родителей на детей, а детей – на родителей? И здесь предлагают такую же схему: натравить соседей друг на друга. Авось они (то есть мы с вами) начнут разбираться с должниками не совсем законными методами. Зато эффективными. И должников прижучим, и тех, кто применял методы – тоже.

Удобно, изящно. По-европейски.

Новое в докладе ЦСР только то, что вопрос касается собственников квартир. Это на самом деле важно. Потому что касается такого щекотливого вопроса, как приватизация жилья в девяностые.

Стоит кому-либо где-либо поднять вопрос о пересмотре итогов приватизации, комментаторы сразу же выкладывают совершенно убойный, на их взгляд, аргумент: «Помилуйте, вы хотите, чтобы у людей отобрали их квартиры?»

Аргумент лукавый и довольно подлый. Высокопоставленные господа из девяностых приватизацией квартир как бы замазали всё общество, приобщили всех к своим преступным деяниям.

По-бандитски эдак. «Вы тоже взяли, чем вы лучше нас, чего теперь, забудем, проехали».

Что тут не так? Ведь на самом деле взяли, разве нет?

Однако же для общества вопрос приватизации девяностых, залоговых аукционов и многого другого – это вопрос о справедливости. В конечном счете – о том фундаменте, на котором базируется современное российское государство.

Он мало касается общественного строя, при котором мы сегодня живём, разных «измов» и политических теорий, хотя нас и убеждают в обратном. Что справа, что слева.

«Вы хотели капитализма, вот вам ваш капитализм, кушайте, не обляпайтесь». Так говорят господа либералы – со знаком плюс. Не подозревая, похоже, что это может вызвать желание вновь изменить строй, отправив либералов восвояси.

Так говорят и товарищи коммунисты, не подозревая, что никто не забыл, в какой партии когда-то состояли те самые приватизаторы, оформившие на себя под шумок много всего вкусного.

Между приватизацией квартир в девяностых и приватизацией тогда же «заводов, газет, пароходов» общее только одно – слово «приватизация». Больше ничего общего нет, да и быть не может.

В советской школе доходчиво объясняли разницу между личной и частной собственностью. Частная – это собственность на средства производства, на чём можно зарабатывать деньги, прибавочную стоимость. В СССР были не только государственными, но и кооперативными. Были частные дома. Но всё это не позволяло зарабатывать. Только из-под полы, сдавая квартиры в аренду. Серый и довольно сомнительный рынок. Домовладельцев – людей, которые собирают деньги с жильцов и владеют не двумя-тремя лишними квартирами, а целыми зданиями – у нас практически не появилось.

Для большинства рядовых граждан смена формы собственности их квартир с муниципальной в 1988 году на личную к 2018 ничего не поменяла. Наследство? В СССР это осуществлялось с помощью прописки. Легче стал обмен с помощью купли-продажи, но легче стал и отъем квартир всякими «черными риэлторами».

Вдобавок сама приватизация квартир была проведена торопливо, грязно, несправедливо. Тот, кто получил квартиру в центре столицы, стал со временем долларовым миллионером. Кто получил такую же в далёком северном поселке, стал бомжем, потому что посёлок был покинут – и кому ты эту квартиру продашь? Тот, кто успел получить от государства жилье по числу членов своей семьи, приватизировал трехкомнатную. Кто не успел, так и оставался сидеть в однокомнатной со всей семьёй.

Лотерея. Игра. Музыка замолкает, все садятся на стульчики, а кому стульчика не досталось – выбывает.

Если ещё упомянуть о том, что жилой фонд являлся для государства обременением, волноваться за то, что ваши квартиры вновь «национализируют», глупо. Кто ж будет вешать себе на шею гирю? Вас могут заставить платить за соседей – это да. Вам могут поднять налог на владение недвижимостью – это запросто. Вас со временем могут даже обязать за свой счет сносить аварийные дома, а далее идти на все четыре стороны. Но забрать? Куда там.

Ситуация здесь похожа на ситуацию с социальными объектами при предприятиях. Всякие профилактории, санатории, пионерские лагеря, – это себе только Сбербанк может нынче позволить. Форсу ради.

И как же тот факт, что государство элегантно сбросило со своей шеи жилой фонд, может оправдывать то, что творилось на залоговых аукционах?

Этим летом власть сама разорвала общественный договор, о чем так и было сказано. Депутатом Исаевым, к примеру. Наше государство поступило с нашим обществом приблизительно так, как США поступает на международной арене. Когда договор не нравится, его разрывают, чтобы заключить другой.

Судя по результатам выборов, по социологическим опросам и многим другим вещам, общество никакого нового договора заключать с властью не спешит. Да и зачем его заключать с теми, кто его вновь порвёт в любой момент?

Многие обнаружили, что трещина в фундаменте нашего общего дома никуда не делась. Она только разрастается. Без оценок девяностым далее следовать бессмысленно. Нельзя поносить девяностые по телевизору и одновременно строить Ельцин-центры. От этого фундамент ещё больше расползается. Нельзя в основе государства иметь грабёж. Более того, грабеж узаконенный.

Так завершилась и судьба СССР (при всех его несомненных достоинствах). Внуки первых комиссаров взяли да и поделили всё, только на сей раз между собой, закрепив победу 1917 именно таким образом.

Так что новый общественный договор, буде он возникнет, может быть связан только с оценкой девяностых. А в свете этой оценки – и с пониманием последующих лет.

Но оценка – это не «бла-бла-шоу» по телевизору. Это юридическая оценка. Документальная. Окончательная. Броня – с прохождением через Думу и Совет Федерации. Возможно, что и через референдум.

Нам говорят, что пересматривать итоги приватизации нельзя – это де приведет к большой крови. Однако пересматривать пенсионный возраст можно. Пересматривать историю можно (у нас уже и немцы под Севастополем – воины). Всё, что угодно. Только не итоги приватизации.

Однако посадка самого борзого приватизатора Ходорковского нам намекает, что небо в ряде случаев на землю не падает. Да и кто говорит о посадках. Пока говорят об оценках. О том, что так нельзя. Так неправильно. На этом ничего толком не построишь.

По-библейски: человек безрассудный построил дом на песке, и пошёл дождь, и разлились реки, и подули ветры, и налегли на дом тот, и он упал, и было падение его великое.

Разрыв общественного договора может завести даже не в тупик, а в пустоту. А там, где пустота, там и матрос Железняк с Чапаевым.

+РУССКАЯ ИМПЕРИЯ+
https://RusImperia.Org
#РусскаяИмперия

 

Приватизация ГАИ: зачем на дорогах столько частных камер

Появившиеся по обочинам Крыма частные камеры на треногах на материке – не просто обыденность, их сотни. Но стоят они не там, где нужны, а там, где «клюет». Это следствие приватизации государственных функций, считает журналист Константин Семин, власть скукоживается, становясь лишь посредником между барыгой и его кормовой базой – народом.

За лето количество писем счастья (штрафов и взысканий за нарушение ПДД) волшебным образом выросло в два раза, пишет на своей странице в facebook журналист Константин Семин. И дело не в том, что водить начал неаккуратно, и даже не в том, что на каждом столбе распустились новые камеры. В наших краях появились дорожные откупщики — частные охотники за нарушителями. Они выставляют перед своей замызганной машиной арендованный у ГИБДД прибор (с грозным предупреждением насчет порчи госимущества).

Происходит это в наиболее провокационных местах — на склонах, резких поворотах, на территории слившихся с трассой умерших деревень: жителей нет, но висит знак «40». В общем, везде, где клюет. Как устроен бизнес, сколько стоит «охотбилет», сказать трудно, но работа непыльная — целые сутки мутнолицый штрафосборщик спит на откинутом сидении. А служба идет.

И все бы ничего, но когда на участке в 5 км в прямой видимости друг у друга прописываются 3-4 таких рыбака с треногами, начинает казаться, что участвуешь в каком-то сафари.

С другой стороны, почему бы не приватизировать и это важное государственное дело? Вполне в духе времени. Оштрафованным быть не очень приятно, но вдвойне неприятно понимать, что тебя теперь даже пасут и стригут… по доверенности.

В России продолжается приватизация государственных функций, означающая подмену цели. Задачей становится не предупреждение правонарушения, а извлечение прибыли. Поэтому на безлюдной дороге будет стоять частный надзиратель, а перед школой не окажется поста ДПС.

Точно так же с приватизацией книгоиздательского дела Министерством образования. Задачей допущенных к конкурсу компаний становится не выпуск хороших учебников, а постоянное обновление их линеек. И так во всем: от здравоохранения до захоронения.

Государство скукоживается, становясь лишь посредником между барыгой и его кормовой базой — вами. Появление же 3 камер на 5 км говорит о том, что состояние местных бюджетов — критическое, и последний клок пытаются содрать даже с паршивых овец (все колхозы, все мало-мальски серьезные производства в нашей местности убиты).

Наконец, разговоры о кровавой мясорубке на дорогах – тоже свидетельство неумения различать причины и следствия. Безобразное поведение водителей обусловлено безобразной, животной средой их воспитания и обитания, атмосферой, в которой мы живем, миром, где каждый сам за себя, а люди делятся на успешных героев и терпил. В таком обществе ничья жизнь не имеет ценности. Влиять на это приватизацией камерного хозяйства так же абсурдно, как устанавливать камеры в зоопарке. Люди — не животные.

И еще: за 20 000 погибших надо в первую очередь благодарить ничтожные объемы дорожного строительства. Основная причина трагедий — обгон по встречной, там, где никакой другой просто нет.

+РУССКАЯ ИМПЕРИЯ+
https://RusImperia.Org
#РусскаяИмперия