ЮВЕНАЛЬНЫЙ ФАШИЗМ… им нужны детские органы. Реанимирована инициатива Клишаса-Пушкиной по огосударствлению изъятых детей

Пока мы констатируем либеральный реванш по всех сферах внутренней политики Путина, законопроекты лоббистов ювенальной юстиции продолжают сыпаться как из рога изобилия.

На днях депутаты Госдумы достали из нафталина и приняли в первом чтении инициативу заслуженных лоббистов ювенальных технологий Оксаны Пушкиной, Ирины Родниной и сенаторов Андрея Клишаса и Лилии Гумеровой, позволяющую судебным приставам передавать изъятых по решению суда детей непосредственно органам опеки и помещать их в детские дома (социально-реабилитационные центры).

Сейчас судебные приставы обязаны согласовывать свои действия с судом – что на практике нередко уберегает ребенка от беспредела социальных служб, обеспечивая его передачу родственникам (второму родителю). В то же время ни для кого не секрет, что СРЦ существуют в условиях подушевого финансирования и всегда заинтересованы в увеличении своего «населения». Данный законопроект, в случае принятия, создаст благодатную почву для злоупотреблений чиновников, действующих по западным ювенальным методичкам.

Законопроект № 156687-7 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ (в части передачи судебными приставами-исполнителями обнаруженного ребенка, в отношении которого объявлен розыск в рамках исполнения требований исполнительных документов об отобрании и (или) о передаче ребенка, органам опеки и попечительства при невозможности немедленной передачи ребенка лицу, которому он по решению суда должен быть передан)» «болтается» в нижней палате парламента с апреля 2017 г.

После принятия документа в первом чтении в июне 2017 г. на «Катюше» был опубликован подробный аналитический материал с отзывом эксперта Общественного уполномоченного по защите семьи в Санкт-Петербурге и Ленобласти, к.ю.н. А.В. Швабауэр. Дабы не копировать объемный текст, рекомендуем всем заинтересованным лицам его перечитать.

Здесь же просто повторим ключевые выводы: «такие положения законопроекта, как возможность отобрания приставами ребенка в отсутствие лица, в пользу которого вынесено решение суда об отобрании, а также возможность временного помещения ребенка в специализированное учреждение по акту органов опеки (а не исключительно по определению суда, как это прописано в действующем законодательстве) явно не будут стимулировать судебных приставов-исполнителей к активному взаимодействию с лицом, которому ребенок должен быть передан по суду, то есть, не будут работать на исполнение решения суда путем передачи ребенка взыскателю. Тем более что понятие «невозможности незамедлительной передачи» ребенка взыскателю крайне растяжимо и доказать факт обратного («возможности незамедлительной передачи») заинтересованному лицу будет нереально.

В связи с этим судебному приставу на практике будет проще передать ребенка опеке и затем просто «проинформировать» лицо, которому ребенок должен быть передан о совершенных действиях (проект дополнений к части 1 статьи 109.3 ФЗ РФ от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»). Помимо простоты такого решения следует учесть возможность корыстного интереса судебного пристава в подобном «исполнении судебного акта» в случае коррумпированной договоренности с детозащитными структурами.

В результате внедрения описанного механизма исполнительных действий ребенок будет во всех ситуациях переживать двойной стресс: «первой передачи» — от лица, с которым он проживает, в специализированное учреждение, и «второй передачи» – из специализированного учреждения лицу, которому он подлежит передаче по суду».

Даже Правительство РФ в лице тогдашнего вице-премьера Сергея Приходько в 2017 г. в своем отзыве отмечало, что законопроект требует серьезной доработки в части гарантий передачи ребенка законному представителю, в частности – «представляется целесообразным также предусмотреть в законопроекте порядок закрепления юридического факта передачи ребенка, временно помещенного в организацию для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лицу, которому он по решению суда должен быть передан».

Однако данный порядок в последней редакции документа, принятой в феврале 2019 г., так и не был прописан. Как не прописана и форма информирования судебным приставом лица, которому должен быть передан ребенок, о местонахождении последнего. Зато появилось другое занимательное новшество – ребенок может находиться в реабилитационном учреждении не более месяца, после чего, если лицо, которому должен быть передан ребенок, не забирает его в данный срок – «орган опеки и попечительства решает вопрос об определении дальнейшей судьбы ребенка». То есть по прошествии 30 дней все права на распоряжение жизнью изъятого ребенка официально переходят к опеке. (прим.ред.3РМ — которая может на этом заработать огромные деньги, продавая детей черным трансплантологам и прочим охотникам до детских тел)

Исходя из текста документа, у органов опеки также нет ни одного обязательства, которое бы стимулировало их к скорейшей передаче ребенка взыскателю. Как и когда состоится передача ребенка из детского дома взыскателю, и состоится ли эта передача вообще – большой вопрос.

Дело в том, что по закону в исполнительном листе указываются сведения о должнике (пункт 5 части 1 статьи 13 ФЗ РФ от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»). Должником по исполнительному листу является лицо, которое обязано совершить определенные действия во исполнение судебного решения.

При передаче ребенка в детский дом (иное специализированное учреждение), фигура должника в исполнительном производстве по закону не меняется, однако ребенка у должника после передачи в детский дом уже нет. Соответственно, предъявлять к нему требования в рамках исполнительного производства более невозможно.

Детский дом (СРЦ) в свою очередь не является должником, то есть, лицом, которое обязано совершить действия, предусмотренные исполнительным листом. На него (как на лицо, которое не является должником) не распространяются правила законодательства о штрафах за неисполнение требований исполнительного листа, стимулирующие к исполнению судебного акта, и т.п. Очевидно, на этой почве возникнут многочисленные затруднения в практике, возможны препятствия в возвращении ребенка взыскателю по исполнительному листу со стороны представителей опеки, «положивших глаз» на того или иного ребенка.

Резюмируя все вышесказанное, еще раз сделаем акцент на сильнейшем двойном ударе по психике ребенка вследствие многочисленных изъятий и перемещений (недаром депутат Пушкина в ходе обсуждения законопроекта в Госдуме заверяла, что при отобрании обязательно будут присутствовать психологи, врачи, что все будет гуманно и т.д.). Остается только повторить по-прежнему актуальную позицию аппарата ОУЗС двухлетней давности:

«Предлагаем отклонить законопроект № 156687-7 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации (в части передачи судебными приставами-исполнителями обнаруженного ребенка, в отношении которого объявлен розыск в рамках исполнения требований исполнительных документов об отобрании и (или) о передаче ребенка, органам опеки и попечительства при невозможности немедленной передачи ребенка лицу, которому он по решению суда должен быть передан)».

Просим наших читателей и активистов направлять письма и телеграммы в адрес руководства Государственной Думы и Совета Федерации с требованием снять законопроект № 156687-7 с рассмотрения».

РИА Катюша

+РУССКАЯ ИМПЕРИЯ+
https://RusImperia.Org
#РусскаяИмперия

Детей из российских семей ювеналы изымают по западным методичкам (ВИДЕО)

И. Медведева о технологиях разрушения российских семей: ЗАПАДня

Ирина Медведева, директор Московского института демографической безопасности, вице-президент Межрегионального фонда социально-психологической помощи семье и ребёнку, сопредседатель Международного общества артпедагогов и арттерапевтов

Ювенальные технологии — это очень мощное оружие и для разрушения семей, и для расчеловечивания детей, потому что они не могут быть «вообще свободными». Если детей изымают у родителей, ими начинают руководить другие взрослые, мягко говоря, недружественные. Хотя обратите внимание, как часто сейчас звучит такое чисто ювенальное словосочетание «клиника, дружественная к детям», «город, дружественный к детям». Что, другие города к детям относятся как-то по-другому? А что такое «клиники, дружественные к детям»? Это место, где девочкам делают аборты, не рассказывая об этом родителям. Вот такая «дружба» с детьми там существует.

Я много бываю на Западе, но уже не туристом, а по необходимости, связанной с работой. Запад мне давно не интересен. Это, на мой взгляд, «комфортабельный фашизм». Всем известна история россиянки Натальи Захаровой, вышедшей замуж за француза. 15 лет назад у неё забрали трёхлетнюю дочь Машу с формулировкой «удушающая материнская любовь». Все эти годы Наталья безрезультатно билась за возвращение своего ребёнка. Девочка выросла в закрытом интернате. Матери запрещено с ней встречаться. Захарова долгими часами караулит, когда дочь проведут мимо. Маша грубо разговаривает с ней, когда её видит. Её уже воспитали по-другому.

Поначалу всё это выглядело вполне невинно. Нам было представлено, что под ювенальными технологиями подразумевалась только защита подростков в суде. Есть же у нас различные детские учреждения — школы, детские сады, больницы. Почему бы не иметь специальный суд для детей? Да и сейчас наши сторонники ювенальной юстиции утверждают, что у нас всё будет по-другому. Это ложь. Ничего другого они не придумали. Одни пилотные регионы, в которые входит и Пермский край, делают это по канадским программам, другие — по французским, третьи — по датским, четвёртые — по финским, получая за это большие деньги из-за границы. Кстати, на дискриминацию властей (так называемые оранжевые революции) и внедрение ювенальных технологий брошены равные по объёму средства.

Очень подробно об этом пишет Йохан Бекман, доцент Хельсинкского университета, возглавляющий Антифашистский комитет Финляндии. Детей, забранных из кровной семьи, отдают в так называемые фостерные семьи: по сути, это патронат, за который платят. И Бекман, и Наталья Захарова свидетельствуют, что среди фостерных родителей много гомосексуалистов, наркоманов, людей, которые отсидели в тюрьмах за различные преступления. Такие «родители» позволяют детям делать всё, что угодно: развратничать, употреблять наркотики и т. д. Это называется «свободная, недирективная педагогика». То есть нельзя давить на детей. Замечания, которые делают взрослые, запреты, когда детей не пускают в дурную компанию — это всё в ювенальной педагогике называется насилием над личностью. И дети пользуются этим. В одной известной мне пермской семье девочка, севшая на иглу, узнав в школе о правах ребёнка, заявила своему отцу, не разрешившему ей связываться с дурной компанией: «Отпусти, а то я скажу, что ты меня изнасиловал». Дети, воспитанные по ювенальным технологиям, делают всё, что им захочется. Именно из них потом получается массовка, а иногда и лидеры вот этих оранжевых революций. Они потом полетят наёмниками в очередную Ливию или Сирию, чтобы там разбомбить мирную жизнь людей.

На Западе, когда в любую семью могут безпрепятственно войти представители власти, открыть холодильник, платяной или книжный шкаф, порыться в белье, пошарить по столам, люди перестали рожать. В результате численность населения сокращается катастрофически. В СССР было 150 млн человек, сейчас в России — 142 млн. Восемь миллионов убыло практически за одно десятилетие!

11 лет назад я встречалась Линдоном Ларушем, известным экономистом, приезжавшим в Россию. Когда я задала ему аналогичный вопрос, он ответил: «Зачем вам знать логику Сатаны? Вам её всё равно не понять». Мировых правителей он называет стадом гадаринских свиней. Помните, по Библии, Иисус вселяет бесов в стадо свиней, которые от безумия бросаются в море и погибают в его волнах.

Считаю своим долгом помогать сохранению российской семьи. И как верующий человек хочу сказать: все мы — воины Христовы. Наше дело правое, мы победим тёмные силы в борьбе за добро!

Источник: Одигитрия. by

+РУССКАЯ ИМПЕРИЯ+
https://RusImperia.Org
#РусскаяИмперия