НУЖНО ЛЮБИТЬ РОССИЮ. Н.В. Гоголь

(Из письма к гр. А. П. Т…..му)

Без любви к Богу никому не спастись, а любви к Богу у вас нет. В монастыре ее не найдете; в монастырь идут одни, которых уже позвал туда сам Бог. Без воли Бога нельзя и полюбить его. Да и как полюбить того, которого никто не видал? Какими молитвами и усильями вымолить у него эту любовь? Смотрите, сколько есть теперь на свете добрых и прекрасных людей, которые добиваются жарко этой любви и слышат одну только черствость да холодную пустоту в душах.

Трудно полюбить того, кого никто не видал. Один Христос принес и возвестил нам тайну, что в любви к братьям получаем любовь к Богу. Стоит только полюбить их так, как приказал Христос, и сама собой выйдет в итоге любовь к богу самому. Идите же в мир и приобретите прежде любовь к братьям.

Но как полюбить братьев, как полюбить людей? Душа хочет любить одно прекрасное, а бедные люди так несовершенны, и так в них мало прекрасного! Как же сделать это? Поблагодарите Бога прежде всего за то, что вы русской. Для русского теперь открывается этот путь, и этот путь есть сама Россия. Если только возлюбит русский Россию, возлюбит и всё, что ни есть в России. К этой любви нас ведет теперь сам Бог. Без болезней и страданий, которые в таком множестве накопились внутри ее и которых виною мы сами, не почувствовал бы никто из нас к ней состраданья. А состраданье есть уже начало любви.

Уже крики на бесчинства, неправды и взятки — не просто негодованье благородных на бесчестных, но вопль всей земли, послышавшей, что чужеземные враги вторгнулись в бесчисленном множестве, рассыпались по домам и наложили тяжелое ярмо на каждого человека; уже и те, которые приняли добровольно к себе в домы этих страшных врагов душевных, хотят от них освободиться сами и не знают, как это сделать, и всё сливается в один потрясающий вопль, уже и бесчувственные подвигаются. Но прямой любви еще не слышно ни в ком, — ее нет также и у вас.

Вы еще не любите Россию: вы умеете только печалиться да раздражаться слухами обо всем дурном, что в ней ни делается, в вас всё это производит только одну черствую досаду да уныние. Нет, это еще не любовь, далеко вам до любви, это разве только одно слишком еще отдаленное ее предвестие.

Нет, если вы действительно полюбите Россию, у вас пропадет тогда сама собой та близорукая мысль, которая зародилась теперь у многих честных и даже весьма умных людей, то есть, будто в теперешнее время они уже ничего не могут сделать для России, и будто они ей уже не нужны совсем; напротив, тогда только во всей силе вы почувствуете, что любовь всемогуща и что с ней возможно всё сделать.

Нет, если вы действительно полюбите Россию, вы будете рваться служить ей; не в губернаторы, но в капитан-исправники пойдете, — последнее место, какое ни отыщется в ней, возьмете, предпочитая одну крупицу деятельности на нем всей вашей нынешней бездейственной и праздной жизни. Нет, вы еще не любите России.

А не полюбивши России, не полюбить вам своих братьев, а не полюбивши своих братьев, не возгореться вам любовью к Богу, а не возгоревшись любовью к Богу, не спастись вам.

+РУССКАЯ ИМПЕРИЯ+
https://RusImperia.Org
#РусскаяИмперия

Письмо святителя Николая Сербского «Русскому К. Т., о русской трагедии»

Святитель Николай Сербский очень любил Россию. По сути, он считал ее своей второй родиной. Об этом свидетельствуют многие моменты его биографии. По благословению митрополита Сербского Димитрия Николай Велимирович в 1910 году был направлен учиться в Россию, в Санкт-Петербургскую духовную академию. Напомню, что к тому времени он уже был иеромонахом и имел блестящее европейское образование (прошел обучение в Швейцарии, Германии, Англии). Иеромонах Николай поразил своими знаниями и искусством проповеди не только студентов академии, но также преподавателей, в том числе ректора митрополита Антония (Вадковского). Последний испросил у Императора Николая II для талантливого слушателя право на бесплатное путешествие по всей России. Николай посетил многие исторические места и святыни России, и с тех она вошла в его сердце.

В период между двумя мировыми войнами святитель активно общался со многими деятелями русской эмиграции, продолжая лучше узнавать Россию, а также постигая причины русской катастрофы 1917 года. Кстати, далеко не всегда и не во всем он с российскими эмигрантами соглашался.

В 1920-е годы, уже будучи епископом, он первым в мире заговорил о необходимости почитания памяти последнего русского Императора и всей Царской Семьи. Тогда среди русских эмигрантов в Сербии шли разговоры о «нерешительности» и «безволии» Николая II. А также о том, что главной причиной революции 1917 года был «жидо-масонский заговор». Николай Сербский, однако, увидел иные черты характера Императора Николая II и иной смысл предреволюционных лет русской истории.

«Долг, которым Россия обязала сербский народ в 1914 году, настолько огромен, что его не могут возвратить ни веки, ни поколения, — писал владыка Николай в 1932 году. — Это долг любви, которая с завязанными глазами идет на смерть, спасая ближнего своего…. Русский Царь и русский народ, неподготовленными вступая в войну за оборону Сербии, не могли не знать, что идут на смерть. Но любовь русских к братьям своим не отступила пред опасностью и не убоялась смерти. Посмеем ли мы когда-нибудь забыть, что русский Царь с детьми своими и с миллионами собратьев своих пошел на смерть за правду сербского народа? Посмеем ли умолчать пред небом и землей, что наша свобода и государственность стоят России больше, чем нам? Мораль мировой войны — неясная, сомнительная, и с разных сторон оспариваемая, являет себя в русской жертве за сербов в евангельской ясности, несомненности и неоспоримости…»[1]

После Второй мировой войны, находясь в вынужденной заокеанской эмиграции, святитель тяготел к русской среде, преподавал в Академии святого Владимира в Нью-Йорке, Святой Троицы в Джорданвилле, святителя Тихона в Пенсильвании. В русском монастыре святителя Тихона прошли и последние дни его земной жизни. Там Николай Сербский отошел ко Господу во время келейной молитвы 18 марта 1956 года.

Из русских, оказавшихся за пределами России, святитель с особой теплотой относился к Силуану Афонскому, впоследствии прославленному как преподобный. С ним Николай Сербский не раз общался, посещая Святую Гору. Вот слова святителя об этом афонском монахе из России:

«И мне отец Силуан очень много духовно помогал. Я чувствовал, что он молится за меня. Всякий раз, когда бывал я на Святой Горе, спешил повидаться с ним. В монастыре он нес трудное послушание. Он заведовал складом, и в его ведении находились ящики, сундуки, мешки и все то, чем был наполнен магазин. Говорили мы с ним о том, что русские монахи очень возмущаются против тирании, которую учинили большевики над Церковью Божией в России. И вот что он сказал: «И я сам вначале возмущался этим, но после долгой молитвы пришли ко мне такие мысли: Господь всех безмерно любит. В Его ведении все времена и причины всего. Ради какого-то будущего блага Он допустил это страдание русского народа. Я не могу этого понять и не могу остановить. Мне остается только любовь и молитва. Так я буду говорить и с возмущенной братией. Вы можете помочь России только любовью и молитвой. А возмущение и злоба на безбожников не поправят дела»[2].

И мы чувствуем, что под влиянием Силуана Афонского скорректировал свою оценку и событий 1917 года, и той политики, которую Советский Союз проводил накануне Второй мировой войны. В этом отношении интересна небольшая статья святителя, которая называется «Россия за чужой работой»[3]. Даты написания ее я не нашел, но думаю, что она родилась в начале 1940-х годов (может быть, даже после вторжения Гитлера в нашу страну).

В ней святитель говорит о «технической революции в России». Вероятно, под ней он имеет в виду социалистическую индустриализацию:

«Горизонты человечества особенно омрачены технической революцией в России. Наши братья в западном полушарии, давно придавленные идолом техники, с жаждой и упованием ждали от России какого-то яркого света, какого-то спасительного наставления, какой-то более задушевной и жизненной программы, одним словом, чаяли этики, а не техники. Однако на поверхность вышло нечто совершенно противоположное всем надеждам Запада».

Святитель в приведенном выше отрывке признает, что многие народы с упованием ждали от России после 1917 года какого-то нравственного обновления, рассчитывали, что вслед за политической революцией последует революция духовная. Однако вместо духовной революции последовала революция техническая, которая возвела материализм на еще большую высоту, чем это удалось Западу:

«Западническо-семитские заговорщики разрушили пророческо-этическую Россию, чтобы на ее руинах поставить идола техники, гораздо более громоздкого и страшного в высоту и в ширину, чем западный. Последствия западного техницизма они довели до конечного предела между бытием и небытием. Пока двоедушный Запад колебался на полпути, они пошли до конца, остановившись лишь у самой кромки мрачной пропасти».

На место Христа советская Россия поставила идола под названием «техника»:

«Они отвергли Бога и Христа. Перечеркнули этику великодушия и милости. Отвергли и бытие самой души. Отреклись от всего человеческого прошлого, поправ все духовные и нравственные ценности. И с исламским фанатизмом заповедали новый Символ Веры, гласящий: техника — Бог, и нет другого Бога, кроме техники!»

Таким образом, Россия по части материализма переплюнула Запад и вызвала глубокое разочарование у тех, кто ждал от России революции нравственной и духовной:

«И вот уже 20 лет огнем и мечом воплощают они в жизнь это свое экстремальное техническое западничество, это свое кредо отрицания. Россия за чужой работой и с чужими идолами на протяжении 20 лет подтверждает древний опыт человеческого рода, что любое идолопоклонство низвергает людей в бездны разврата и преступлений. Двадцать лет на сердце сонливого Востока и преданного технике Запада начертывается глубокое разочарование Россией».

Техническую революцию в России Николай Сербский называет «чужим трудом», полагая, что она (Россия) занялась тем, чем Богом попущено заниматься Западу. Между тем святитель полагает, что за этими, на первый взгляд, негативными (можно сказать, катастрофическими) изменениями в России имеется глубокий смысл. Это спасительный и для России, и для всего человечества замысел Бога, который сразу рассмотреть нельзя было:

«Обескураженный Восток мог бы сказать о современной России: это триумф материализма, т.е. того, что я больше всего ненавижу; а очнувшийся Запад мог бы воскликнуть: это — я в смирительной рубашке! И все-таки следует признать, что и за чужим трудом Россия не осталась бесполезной для человечества».

Так в чем же спасительный смысл для человечества, который стал понятен святителю лишь через два десятилетия после начавшихся в России технических преобразований? Он пишет, что Россия встряхнула другие народы и их правителей. Последние не могли уже игнорировать экономические успехи Советского Союза и вынуждены были смягчать антисоциальную политику своих государств:

«Страх московский стал причиной того, что положение рабочего сословия во всем мире, кроме России, улучшилось. Страх московский отсек ненужный жир у мирового капитализма. Страх московский подобно лютому морозу разбудил вождей и правителей наций по всей земле и заставил их исследовать и лечить язвы неправды, нанесенные малым людям в их собственных народах и государствах».

Вместе с тем духовно зрячие люди во всем мире увидели наглядно на примере России, к каким страданиям и скорбям может привести отказ общества от Христа. Многие увидели в большевистском режиме образ сатаны. Соответственно, советская Россия дала толчок оживлению и возрождению в других странах духа христианства, который там стал остывать:

«С другой стороны, опять-таки страх перед московским духом отрицания и нигилизма повлиял на разумных людей и на целые народы, поощрив их еще теснее сплотиться под знаменем Христа Спасителя и с еще более неутолимой жаждой поспешить на источники Его животворных вод. Западническо-семитские насильники в России явили сатану на деле, на практике, в полной власти — яснее, чем когда, где и кто-либо в памяти человеческого рода. И люди — даже те, которые до страха московского были равнодушны ко Христу, — напуганные ужасным и отвратительным ликом сатаны, начали стремиться ко Христу и во Христе искать спасение».

Но и сама Россия стала приходить в себя, она прошла через полосу испытаний, которые ей нужны были как горькое лекарство. Святитель уверен, что Россия советская опять преобразится в Святую Русь:

«Эксперимент тем самым завершен, и Россия, исполнив чужую работу, волей-неволей должна возвращаться к своим делам и к собственной миссии. Двадцатилетний мороз взрыхлил и возделал русскую землю, так что весна новой России, Христовой Руси, начинает заявлять о себе первой зеленью и цветами. Россия вступает в свою миссию. Россия, без которой нельзя существовать ни Востоку, ни Западу, постепенно выходит на свет. Происходит смена действующих лиц: Россия-зверь уступает место Агнцу Божию. Россия-грешница поднимается из грязи и крови, как покаявшаяся душа, очищенная страданиями и слезами. Россия вульгарная вытесняется Святой Русью. Россия западническая затмевается Россией русской, святой и православной Россией, которая подобно «красному солнышку» согреет застывшее сердце мира милостью и добротой. Непостижимая и недомыслимая вселенная в одно мгновение обращает розы и лилии в брение, а в другой раз — производит из того же брения опять-таки розы и лилии. Нива современной России не показывает пока никаких всходов, но лишь черную унавоженную почву, раскорчеванную и вспаханную лемехами эксперимента, неслыханного по своей свирепой жестокости от Ноева потопа и вплоть до сего дня. Новая Россия ознаменует собой благородное и обильное Христово сеяние и Христову жатву».

В конце своей жизни святитель написал книгу «Жатвы Господни» (1952). В ней говорится о том, что главный смысл любых исторических событий следует искать в замысле Бога о построении Царства Небесного. Его он сравнивает с Житницами, которые Господь пополняет «пшеницей», собираемой в ходе Жатв. И с высоты своего жизненного и духовного опыта святитель говорит, что и те два десятилетия «социалистического строительства» имели большой смысл. Они дали Господу великую жатву в виде такой отборной «пшеницы» как новомученики и исповедники земли российской ХХ века. На сегодняшний день их список насчитывает более 1700 имен[4]. А кроме того, миллионы зерен «пшеницы», имена которых пока еще не известны (а, может быть, никогда не будут известны нам, но они все до последнего зернышка известны Господу). Плюс к этому миллионы также зерен, которые поступили в Житницу с российской нивы в годы Второй мировой войны.

Говоря о том, что нива России накануне войны представляла собой «черную унавоженную почву, раскорчеванную и вспаханную лемехами эксперимента», святитель еще не знал об обильной Жатве с этой нивы во Второй мировой войне. И он в очередной раз проявил прозорливость, сказав, что Жатва будет и при том обильной.

О смысле революции 1917 года, истории России первой половины ХХ века, о ее будущем святитель немало размышлял в своих письмах, вошедших в сборник «Миссионерские письма». Многие из корреспондентов святителя — русские, оказавшиеся в эмиграции.

Вот, например, начало письма «Русскому ветерану, оплакивающему свою распятую родину»: «Утешься, братик дорогой. Христос Воскресе! Не спрашивай, за что Господь испытывает Россию, ибо написано: Господь кого любит, того наказывает. И бьет. Именно так написано, что милостивый Бог бьет того, кого любит. Бьет в царстве земном, чтобы прославить в Царстве Небесном. Бьет, чтобы не прилепился к тленности земной, к мирским кумирам, к обманчивым идолам человеческой ловкости и богатства, к преходящим теням и нездоровым соблазнам…»

А в письме «Русскому К. Т., о русской трагедии» святитель останавливается на роли русской интеллигенции в подготовке революции 1917 года.

Приведу начало письма: «Вам известно, что русский народ выбрал Царство Небесное, еще когда принимал крещение от святого князя Владимира Киевского. И выбора своего он доныне не менял. Но русская интеллигенция поколебалась и изменила основополагающим жизненным понятиям, и то не вся интеллигенция, а некоторая ее часть. Еще во времена легковерной царицы Екатерины русская интеллигенция стала раскалываться на два лагеря. В одном лагере были те, кто вместе с народом хотел, чтобы Россия навсегда осталась Святой Русью, сохранила идеалы христианской святости в каждом человеке и во всем народе. В другом лагере те, кто хотел, чтобы Россия восприняла идеал земного владычества и земной культуры…»

Описывая двухвековую историю борьбы двух лагерей интеллигенции, Николай Сербский пишет об исходе этого противостояния: «Около двух веков велась борьба между двумя лагерями русской интеллигенции — и в политике, и в литературе, и в искусстве. Наконец, антинародная русская интеллигенция с земными умом и сердцем возобладала над народной интеллигенцией с небесными сердцем и умом…»

А вот письмо «Русскому изгнаннику, о единственно непостыдном». В ней в очень немногих словах святитель объясняет, почему русский народ вверг себя в революцию и хаос: потому что он перестал следовать за Христом, Спасителем, а пошел за политиками, которые самозванно провозгласили себя «спасителями России».

Вот первые строки письма: «Вы почти в отчаянии. Отчего? Оттого, что Вам стыдно за тех людей, от которых Вы ожидали спасения России. Но отчего не прилепитесь Вы к Тому, Которым не посрамился никто в истории русского народа? Я говорю о Том, с Кем венчалась душа русского народа тысячу лет назад, и всякий, верующий в Него, не постыдится (Рим. 9, 33)». А завершается письмо следующими словами: «Святая Русь всегда ожидала спасения не от твари, а от Творца».

Слова утешения и ободрения приходилось святителю находить и для некоторых русских священников, которые после 1917 года стали сомневаться в истинности христианства и непоколебимости Церкви. Вот, например, письмо «Русскому священнику Н. С., о беспокойстве за Церковь». Приведу вторую половину письма: «Святитель Григорий Двоеслов, описывая состояние Церкви своего времени, сравнивает ее со старым, разбитым бурями кораблем, в который со всех сторон заливается вода, ибо доски его прогнили и расшатались от волн, бьющихся об него каждый день. Это были времена тяжких испытаний — голод, эпидемии, смятение, отчаяние, войны, которые привели в упадок земледелие, люди не хотели создавать семьи, потому что думали, что наступает конец мира. Вот в каком состоянии находилась Церковь двенадцать веков назад. Но конец мира не наступил, положение поправилось, Церковь утвердилась. Если бы кормчим Церкви был человек, она погибла бы от бурь, но Кормчий ее и тогда, и теперь — всемогущий Дух Божий»[5].
РУССКАЯ ИМПЕРИЯ
https://RusImperia.Org
#РусскаяИмперия

ЛЮБИТЕ РОССИЮ, ГОСПОДА!

Наша обширная Святая Родина — это не просто место жительства, не просто кусок земли на карте мира, не просто название. Родина — это один из главенствующих священных смыслов для каждого патриота. Родина — это место нашего душевного и духовного спокойствия, то место, где мы ощущаем себя дома, где каждая травинка говорит : «Я — Русь!». Наша Родина — это живой организм, наша Великая Мать, впитавшая в себя веками дух и кровь наших предков. Наша любовь к Родине является той движущей энергией и тем предметом, который позволяет нам целесообразно в созидании проживать жизнь.

«Я остаюсь тем, кто я есть; я буду любить то, что привязало мое сер­дце; и я буду действовать так, пока моя грудь будет под­ниматься от дыхания жизни». — Иван Александрович Ильин.

ЛЮБИТЕ РОССИЮ, ГОСПОДА! Русские

Цель жизни каждого русского патриота это прежде всего служение Всевышнему Богу и своему Отечеству. Отечество для русского — это и народ, и земля, и поля и леса, и семья, и дома, — это все, что любит его сердце и чем дорожит. Богу и Отчизне русский патриот обязан быть верен до конца веков. Чтобы быть верным этим двум истинам нашего мира, патриот обязан любить их. Ибо нельзя быть верным тому, что не любишь, и чем не дорожишь. Кто ничего не любит, тот, неприкаянный, порхает, ничему не верный, всепре­дающий. Кто действительно любит, тот «не может ина­че»: в нем властвует внутренний закон, святая необходи­мость. Эта необходи­мость есть не тягость для патриота, но есть нечто избранное им и желанное, она для него легка и естественна, и он несет и свою вер­ность, как единственную и естественную возможность своей жизни. А так как Родина не что иное как мать, даровавшая ему жизнь, то как нельзя не любить родную мать, родившую и вскормившую тебя?

Родина, однако, кроме всего сказанного, еще и великий духовный и культурный клад. Для русских правых патриотов Родина — это один из главных, если не главный столп традиционализма. Традиции, которые впитала в себя наша Родина являются предметом нашего восхищения и стремления. Традиционные понятия о любви, о верности, о службе и служении, о взаимоотношениях, о воспитании детей, обычаи и даже предрассудки — все это важно для нас, как одно из важнейших составляющих нашего национального духа — души нашего народа.

ЛЮБИТЕ РОССИЮ, ГОСПОДА! Русские

Любовь к своей родной земле есть нечто сакральное, необъяснимое и необъятное. Любовь к Родине — та самая движущая сила, которая дает силу человеку на великие дела и великие подвиги. Каждый русский должен помнить и не только всем своим сознанием, но и всей своей душой понимать, что он обязан прежде всего своей Родине. И за эту родную мать он готов пойти на любые подвиги, выйти один против тысячи или десяти тысяч и погибнуть, но погибнуть не за что-то, а за свою Мать, за свою Родину, за свою Веру и свой народ, за все то, что мило ему на этом свете.

Да, не все прекрасно в нашей стране, а некоторые явления просто ужасают. И люди начинают презирать и проклинать землю своих предков, причем чаще всего приходят от сожаления о ее «отсталости» от «просвещенного» мира к откровенной русофобии, становясь космополитами, гражданами мира, которым, якобы, все равно где жить. Нередко это явление и среди сторонников умеренных и правых взглядов в нашей стране (о левых и крайних либералах-русофобах и говорить не надо), что считают себя патриотами, но называют Россию страной, которая уже не может спастись, а народ ее окончательно прогнил. Это же отчаяние, как говорилось выше, выливается в русофобию, русский народ всячески принижается, Россия так же, чуть ли не мировое зло, «страна рабов, застывшая в N-м веке». Разве те, кто утратил веру в Россию и русский народ могут называться патриотами?

Какая бы Россия ни была, но это наша Родина. Разве она заслуживает презрения из-за того, что ее уровень развития не впереди планеты всей? Да и можно ли говорить о стандартах жизни США и стран западной Европы как о шаблоне, на который должны равняться все остальные народы? Общество потребление, взращенное американской политикой совсем не лучший пример стремления. Философия утилитаризма, распространяющаяся на весь мир в последнее время из США не может быть применима одинаково ко всем странам и народам, так же как и государственное устройство. Народы обладают разным менталитетом, разными духовными стремлениями, разной историей, географией, религией и т.д. Поэтому что плохого в том, что каждое государство идет своим индивидуальным путем, как и человек. Разве Россия плоха тем, что она Россия, а не США или Германия? Да, безусловно, в чем-то есть отставание, в чем-то есть огромные минусы, связанные с технологиями, системой производства и делопроизводста и многим другим. Но тем не менее Россия и ее народ отличаются от американцев и западных европейцев восприятием действительного. Для русского человека духовное всегда будет преобладать над материальным, возможно поэтому он и не будет бежать впереди планеты всей создавая все новые и новые приспособления (хотя это спорный вопрос). Суть в этом очень простая, люди, что видят Россию и русских как «отсталых» людей, просто напросто хотят видеть в них не русских, а каких-то других людей, англичан ли, немцев, французов или американцев — не важно, главное то, что они подгоняют русских под рамки других национальностей и стран. Такие «подгонятели», что бы они не говорили, никогда не будут русскими патриотами. Россию надо любить и принимать такой какая она есть, стремиться сделать ее лучше, но лучше не в смысле «подгона» ее под какую-то страну Европы или Америки, а развивать в ее самобытном русском национальном русле. Вот что должен делать всякий русский патриот, который действительно любит Россию.

Автор статьи: Павел Кузнецов

+РУССКАЯ ИМПЕРИЯ+
https://RusImperia.Org
#РусскаяИмперия

ЛЮБИТЕ РОССИЮ, ГОСПОДА!

Наша обширная Святая Родина — это не просто место жительства, не просто кусок земли на карте мира, не просто название. Родина — это один из главенствующих священных смыслов для каждого патриота. Родина — это место нашего душевного и духовного спокойствия, то место, где мы ощущаем себя дома, где каждая травинка говорит : «Я — Русь!». Наша Родина — это живой организм, наша Великая Мать, впитавшая в себя веками дух и кровь наших предков. Наша любовь к Родине является той движущей энергией и тем предметом, который позволяет нам целесообразно в созидании проживать жизнь.

«Я остаюсь тем, кто я есть; я буду любить то, что привязало мое сер­дце; и я буду действовать так, пока моя грудь будет под­ниматься от дыхания жизни». — Иван Александрович Ильин.

ЛЮБИТЕ РОССИЮ, ГОСПОДА! Русские

Цель жизни каждого русского патриота это прежде всего служение Всевышнему Богу и своему Отечеству. Отечество для русского — это и народ, и земля, и поля и леса, и семья, и дома, — это все, что любит его сердце и чем дорожит. Богу и Отчизне русский патриот обязан быть верен до конца веков. Чтобы быть верным этим двум истинам нашего мира, патриот обязан любить их. Ибо нельзя быть верным тому, что не любишь, и чем не дорожишь. Кто ничего не любит, тот, неприкаянный, порхает, ничему не верный, всепре­дающий. Кто действительно любит, тот «не может ина­че»: в нем властвует внутренний закон, святая необходи­мость. Эта необходи­мость есть не тягость для патриота, но есть нечто избранное им и желанное, она для него легка и естественна, и он несет и свою вер­ность, как единственную и естественную возможность своей жизни. А так как Родина не что иное как мать, даровавшая ему жизнь, то как нельзя не любить родную мать, родившую и вскормившую тебя?

Родина, однако, кроме всего сказанного, еще и великий духовный и культурный клад. Для русских правых патриотов Родина — это один из главных, если не главный столп традиционализма. Традиции, которые впитала в себя наша Родина являются предметом нашего восхищения и стремления. Традиционные понятия о любви, о верности, о службе и служении, о взаимоотношениях, о воспитании детей, обычаи и даже предрассудки — все это важно для нас, как одно из важнейших составляющих нашего национального духа — души нашего народа.

ЛЮБИТЕ РОССИЮ, ГОСПОДА! Русские

Любовь к своей родной земле есть нечто сакральное, необъяснимое и необъятное. Любовь к Родине — та самая движущая сила, которая дает силу человеку на великие дела и великие подвиги. Каждый русский должен помнить и не только всем своим сознанием, но и всей своей душой понимать, что он обязан прежде всего своей Родине. И за эту родную мать он готов пойти на любые подвиги, выйти один против тысячи или десяти тысяч и погибнуть, но погибнуть не за что-то, а за свою Мать, за свою Родину, за свою Веру и свой народ, за все то, что мило ему на этом свете.

Да, не все прекрасно в нашей стране, а некоторые явления просто ужасают. И люди начинают презирать и проклинать землю своих предков, причем чаще всего приходят от сожаления о ее «отсталости» от «просвещенного» мира к откровенной русофобии, становясь космополитами, гражданами мира, которым, якобы, все равно где жить. Нередко это явление и среди сторонников умеренных и правых взглядов в нашей стране (о левых и крайних либералах-русофобах и говорить не надо), что считают себя патриотами, но называют Россию страной, которая уже не может спастись, а народ ее окончательно прогнил. Это же отчаяние, как говорилось выше, выливается в русофобию, русский народ всячески принижается, Россия так же, чуть ли не мировое зло, «страна рабов, застывшая в N-м веке». Разве те, кто утратил веру в Россию и русский народ могут называться патриотами?

Какая бы Россия ни была, но это наша Родина. Разве она заслуживает презрения из-за того, что ее уровень развития не впереди планеты всей? Да и можно ли говорить о стандартах жизни США и стран западной Европы как о шаблоне, на который должны равняться все остальные народы? Общество потребление, взращенное американской политикой совсем не лучший пример стремления. Философия утилитаризма, распространяющаяся на весь мир в последнее время из США не может быть применима одинаково ко всем странам и народам, так же как и государственное устройство. Народы обладают разным менталитетом, разными духовными стремлениями, разной историей, географией, религией и т.д. Поэтому что плохого в том, что каждое государство идет своим индивидуальным путем, как и человек. Разве Россия плоха тем, что она Россия, а не США или Германия? Да, безусловно, в чем-то есть отставание, в чем-то есть огромные минусы, связанные с технологиями, системой производства и делопроизводста и многим другим. Но тем не менее Россия и ее народ отличаются от американцев и западных европейцев восприятием действительного. Для русского человека духовное всегда будет преобладать над материальным, возможно поэтому он и не будет бежать впереди планеты всей создавая все новые и новые приспособления (хотя это спорный вопрос). Суть в этом очень простая, люди, что видят Россию и русских как «отсталых» людей, просто напросто хотят видеть в них не русских, а каких-то других людей, англичан ли, немцев, французов или американцев — не важно, главное то, что они подгоняют русских под рамки других национальностей и стран. Такие «подгонятели», что бы они не говорили, никогда не будут русскими патриотами. Россию надо любить и принимать такой какая она есть, стремиться сделать ее лучше, но лучше не в смысле «подгона» ее под какую-то страну Европы или Америки, а развивать в ее самобытном русском национальном русле. Вот что должен делать всякий русский патриот, который действительно любит Россию.

Автор статьи: Павел Кузнецов

+РУССКАЯ ИМПЕРИЯ+
https://RusImperia.Org
#РусскаяИмперия