Забытые герои Великой войны: Дмитрий Абациев

«Чингильский перевал. Выше, выше. Становится холоднее. Снега. Местами лошадь проваливается по брюхо. Слезаю, чтобы облегчить коня, кувыркаюсь в снегу… Спуски, подъемы, дикая горная природа, ни одного жилья, ни одной живой души… Вдруг голос: «Здравствуйте, сестра!» – У скалы, вправо от меня, группа казаков в папахах с белым верхом и черкесках держат лошадей. Среди них высокий, с правильными чертами лица, смуглый, в черкеске и папахе генерал: – «Здравствуйте, сестра!» Я осадила лошадь, стою, смотрю на него вопросительно. «Я генерал Абациев, женат на вашей троюродной сестре. Вы ведь Толстая?» Я никогда не встречалась с ним, но много о нем слышала. Он был одним из самых храбрых генералов, осетин, Георгиевский кавалер со всеми Георгиевскими крестами и Георгиевским оружием. Про него рассказывали, что он никогда, никого и ничего не боялся. Во время боя, стоя на горе во весь свой громадный рост, на виду у неприятеля, он командовал войсками.

Генерал Абациев очень хорошо ко мне относился и всегда старался помочь.
– Сестра, что я могу для вас сделать?
– Тяжелобольные у меня, Ваше Превосходительство. Кормить нечем. Если бы курочек достать, были бы для них и яйца, а то питание очень плохое…
– Хорошо, сестра, я сделаю, что могу.

И через несколько дней, смотрю, прискакали казаки.
– Так что их превосходительство курочек вам прислали.

Смотрю, к седлам головой вниз приторочены куры. Отвязали, а они на ногах не стоят… Отекли ноги. Я отыскала большой железный таз, устроила курам ножную горячую ванну. Молодежь издевалась надо мной, но постепенно ноги у моих пациентов отошли, и через несколько дней они занеслись.

Я радовалась, что мои больные получат яйца, а сестры завидовали и воровали у меня яйца прямо из-под кур для своих больных.

Генерал Абациев часто заходил к нам в отряд.
– Что еще я могу для вас сделать, сестра?
– Молока нет, Ваше Превосходительство. Может быть, можно коров достать?
Постоял, подумал. «Постараюсь, – говорит, – сестра». И через несколько дней смотрим, по дороге пыль столбом, казаки штук семь коров гонят.
Коров есть чем кормить. Травы много, да и пшеницы сколько угодно, только надо ее найти. Казаки ходят вокруг армянских домов, землю пиками нащупывают. Коли пика легко идет, начинают откапывать и находят спрятанное, засыпанное землей зерно.
А у меня новое занятие – коров доить. Коровы худые, маленькие, молока мало, но доить надо – больше некому.
Сижу на скамеечке, дою, руки болят с непривычки.
– Что это вы делаете, сестра?
Я и не заметила, как подошел генерал Абациев.
– Коров дою, Ваше Превосходительство.
Постоял, покачал головой, а вечером менонита прислал коров доить».
Так вспоминала сестра милосердия графиня Александра Львовна Толстая, дочь прославленного писателя, о генерале Дмитрии (Дзамболате) Константиновиче Абациеве…
Он родился 3 декабря 1857 г. в с. Кадгарон Терской области и происходил из осетин Терского казачьего войска. Получив домашнее образование, Дмитрий Константинович вступил в войска простым казаком и стал личным ординарцем при генерале Скобелеве.
«Это был юноша 22-23-х лет, высокий, стройный брюнет, очень красивый, — прикомандированный к конвою М.Д. Скобелева», — вспоминал А.В. Верещагин.

Абациев участвовал практически во всех сражениях Русско-турецкой войны 1877-78 гг. Он отличился при взятии приступом Ловчи, взятии Хирманлы, при атаке Зелёных гор, при блокаде г. Плевны, в боях близ города Бреславец, при взятии в плен армии Осман-паши, в переходе через Балканы в обход Шипки, походе к Адрианополю, к Эски-Загру, Тырново, Самейлы, Чорлу, Чаталджу и, наконец, к г. Сан-Стефано. За боевые отличия отважный сражатель был трижды награждён солдатским Георгиевским крестом. Полным георгиевским кавалером, то есть обладателем всех четырёх Знаков отличия Военного Ордена он не стал только из-за производства в офицеры.
«О его храбрости современники рассказывали легенды, — сообщает Г.Т. Дзагурова в книге «Под российскими знамёнами». — И даже генерал Скобелев, героизм и бесстрашие которого вошли в историю военного искусства России, был восхищён храбростью Дзамболата. Документы тех лет донесли до нас весьма примечательные факты, характеризующие Абациева. Как-то Скобелев под Плевной во время короткого отдыха у себя в палатке, куда собрались обедать все близкие ему офицеры, обратился к своему адъютанту с вопросом: «Скажите, Дзамболат, знаете ли вы, что такое страх?» Он не лукавил. Он был искренен, и об этом свидетельствует Н.М. Немирович-Данченко в своей книге «Год войны» (т. 1, с. 277): «Этот Абациев — преинтересная личность. Он злится, например, когда другие уходят из Зеленогорской траншеи по соединительным, что гораздо безопаснее. Сам Абациев такой чести турецким пулям не оказывает и идёт под ними прямиком»».

Вернувшись с войны в чине прапорщика, Дмитрий Константинович прошёл ускоренный курс и выдержал экзамен на подтверждение офицерского чина при Виленском пехотном юнкерском училище. Службу продолжил в 63-й пехотном Углицком полку. В его рядах Абациев участвовал в средне-азиатских кампаниях 1879-81 гг. При штурме Геок-Тепе в 1881 г. он был тяжело ранен и награждён Золотой шашкой с надписью «За храбрость».
В 1903 г. полковник Абациев был назначен командиром Собственного Его Императорского Величества конвоя. В этой должности он оставался вплоть до начала Русско-японской войны. В эту кампанию он командовал Уссурийским казачьим полком.

В дальнейшем служба Дмитрия Константиновича проходила на Кавказе. Великую войну он встретил в должности начальника 2-й Кавказской казачьей дивизии. В феврале 1916 г. дивизия взяла ночным штурмом стратегически важную крепость Битлис. Генерал Абациев лично участвовал в бою и был награжден орденом св. Георгия 4-й ст. «за то, что, состоя начальником отряда, действующего против города Битлис, взял со вверенными ему войсками 28 января г.Коп, а 29 января овладел штурмом Копскими воротами и затем Лиром, вслед за этим развивая успех и преследуя отступавшего на Битлис противника, несмотря на крайне тяжелые условия, пробился к Битлису и в ночь на 19 февраля начал штурм позиций этого города и, несмотря на превосходящие силы неприятеля, его отчаянное сопротивление на артиллерийских позициях и даже на улицах, неоднократно подвергая свою жизнь опасности, одержал полную победу, занял Битлис, захватив при этом всю турецкую артиллерию — 20 орудий, командира полка, 40 офицеров, 900 нижних чинов, знамя, артиллерийский склад, 5000 винтовок и много запасов продовольствия».
По свидетельству генерала П.Н. Шатилова, служившего под началом Дмитрия Константиновича, «генерал Абациев прекрасно знал войсковое хозяйство, обращал большое внимание на содержание в надлежащем порядке конского состава, был очень заботлив в отношении казаков… Он считался очень храбрым офицером и хорошим, строгим начальником».

В июне 1916 г. Дмитрий Константинович возглавил 6-й Кавказский корпус. В составе Кавказской армии он принимал участие в сражениях под Сарыкамышем, и штурме Эрзерума, в Алашкертской, Огнотской и других операциях. Последним местом его службы в годы Великой войны стал Кавказский туземный конный корпус, развёрнутый из Дикой дивизии.

Октябрьского переворота пожилой генерал не принял. В 1918 г. он вступил в Добровольческую армию и принимал участие в формировании горских частей.

Последние годы жизни Абациева прошли в Белграде. Приказом начальника 4-го отдела РОВС генерала Э. В. Экка он был назначен председателем суда совести и чести для генералов. Генерал-от-кавалерии Дмитрий Константинович Абациев скончался 4 июня 1936 г. и был похоронен на Новом кладбище.

Е. Фёдорова
для Русской Стратегии

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Забытые герои Великой войны: Константин Вакуловский

В 1915 г. во время масштабного отступления Русской Армии немцы окружили крепость Новогеоргиевскую. Её внутренние форты были захвачены, а ещё сопротивлявшаяся часть цитадели разрушалась осадными орудиями и авиацией. Самолётам, дислоцированным в ней, было приказано срочно её покинуть. Один из пилотов предложил вывезти на его аэроплане знамя и ордена и поклялся, что, если ему не удастся долететь до русских позиций, сделает всё, чтобы боевые реликвии не достались неприятелю. Храбрый лётчик вылетел из крепости на рассвете, под покровом тумана, надёжно скрывавшего самолёт от немцев. Этот полёт продолжался несколько часов – в отсутствии видимости из-за тумана, в отсутствии приборов. Самолёт летел над самой землёй, в досягаемости для ружейного огня неприятеля. Всё же пилоту удалось добраться до своих и посадить самолёт. Знамя и ордена гарнизона Новогеоргиевской были спасены, а сам герой получил орден Св. Георгия 4-й ст.

Константин Константинович Вакуловский родился 28 октября 1894 г. в Владикавказе в дворянской семье. Окончил Владикавказский кадетский корпус и Николаевское военно-инженерное училище. Из последнего молодой офицер был выпущен в чине подпоручика 2 августа 1914 г., на следующий день после объявления Германией войны России. Вакуловский был назначен адъютантом в минную роту гарнизона Новогеоргиевской крепости. Там же, при имевшемся в крепости авиационном отряде, прошёл лётные курсы и освоил профессию лётчика, и в этом качестве защищал Отечество с апреля 1915 г.

Новогеоргиевский отряд продолжил своё существование под названием 33-го корпусного авиаотряда. В его рядах Константин Константинович продолжал службу и в апреле 1916 г. за разведку важных районов расположения вражеских позиций под неприятельским огнём винтовок и артиллерийских орудий был награждён золотым Георгиевским оружием «За храбрость». В мае лётчик чудом пережил авиакатастрофу. Русские зенитчики приняли его машину за неприятельскую и сбили её. Самолёт упал на болото, но пилот отделался лёгкими травмами.
16 июля того же года Вакуловский был произведён в поручики и направлен в Витебск, где принял под командование 1-й истребительный авиаотряд. Свою боевую деятельность он начал на северном фронте в августе.
16 октября Константину Константиновичу пришлось четыре раза вступать в бой с неприятелем. В последней схватке ему удалось сбить «Альбатрос», но в это время другой вражеский самолёт пулемётной очередью в пяти местах пробил его аэроплан и расщепил винт. При вынужденной посадке машина разбилась, но Вакуловский вновь остался цел.
9 марта 1917 г. им был установлен настоящий рекорд – 16 воздушных боёв! В ходе них лётчик сбил два самолёта.
1 июля в ходе разведки разорвавшийся вблизи снаряд пробил бензопровод машины Вакуловского. Пилот спешно развернулся и стал планировать, стараясь дотянуть до русских позиций. На высоте 500 метров самолёт загорелся, но Константину Константиновичу удалось посадить полыхающий аэроплан. Посадка произошла рядом с германскими окопами, из которых немедленно был открыт яростный огонь. Русский ас был контужен, получил ожоги, но вновь уцелел.

Всего он одержал 8 побед и окончил войну в чине капитана. Октябрьский переворот застал его в Петрограде. Новую власть Константин Константинович не принял, был снят с должности командира отряда и арестован, но фортуна сохранила его, уберегла от расстрела. Эта своенравная дама изменила своему любимцу лишь годом позже. В 1918 г. капитан Вакуловский погиб в очередной авиакатастрофе.

Е. Фёдорова
для Русской Стратегии

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

Забытые герои Великой войны: Пером и мечом. Литераторы на фронте

Великая война прошла через судьбы многих и многих людей. Мало кто знает, как доблестно сражался в ней сын художника Валентина Серова Анатолий, военный лётчик, а впоследствии белоэмигрант. Лётчиком был и брат Сергея Рахманинова Николай, погибший в 1917 г. Полевым госпиталем заведовала дочь графа Льва Толстого Александра… Если бы не 100-летнее уничтожение русской памяти, мы непременно знали бы, как коснулась война наших семей, как сражались на её полях наши прадеды…

Война 1941-1945 гг. породила в отечественной литературе важнейшее для второй половины ХХ века направление – фронтовое. Лейтенантская проза, стихи поэтов-фронтовиков составляют огромный пласт нашей словесности. Но русские поэты и писатели и прежде не чуждались «величавого дела войны» (Н.С. Гумилёв). И во Второй Отечественной принимали участие многие наши литераторы.

Иванович Куприн в свои 44 года вступил в запасной полк. «Я совсем не ожидал, — говорил Куприн в интервью перед отъездом в армию, ‒ что меня взволнует и оживит простое, казалось бы, привычное дело — надеть мундир. Однако я пережил такое же волнение, как когда-то давно, перед производством в офицеры. Я вновь переживаю давно-давно прошедшее и чувствую себя бодрым и веселым». Позже Иванович занимался организацией лазарета для раненных воинов.

Поэт и писатель Сергей Антонович Клычков, замечательное литературное наследие которого ещё предстоит возвратить русскому читателю, был призван в армию и служил в 427-м Зубовском полку в Гельсингфорсе, в течение года прошел все унтер-офицерские звания и получил чин прапорщика, а в 1916 г. был переведен на Западный фронт, проходивший по Двине. Фронтовые впечатления нашли отражение в романе «Сахарный немец». Клычков был контужен, отравлен газами, год провел в «мокрых окопах» на берегу Двины вместе с солдатами. «С первого выстрела его не покидало странное роковое чувство душевной опустошенности, — писал сын поэта, — бессмысленности происходящей бойни, война ворвалась в его жизнь, как вор, отнявший непреходящие сокровища юности, богатство душевной легкости и внутренней свободы. Конфликт ясных грез в магическом единении с природой и железной кровавой реальности жизни стал с того времени главным в творчестве Клычкова».
Пётр Васильевич Орешин с 1914 г. сражался за Отечество рядовым маршевой роты и был отмечен за храбрость двумя Георгиевскими крестами.

Василий Фёдорович Наседкин отправился на фронт добровольцем, был тяжело контужен, попал в плен и сумел бежать из него.

Поэт Алексей Ганин, имевший квалификацию фельдшера, служил в военном госпитале. Санитарами подвизались такие разные стихотворцы как Сергей Есенин и Саша Чёрный, а также писатель Константин Паустовский.
«Крестьянские поэты» Клычков, Ганин, Орешин, Наседкин были расстреляны советской властью… Расстрелян ею был и ещё один поэт-воин, коего смерть щадила на поле боя, Николай Степанович Гумилёв. В 1914 г. он вступил вольноопределяющимся в Лейб-гвардии Уланский Её Величества полк. 19 ноября поэт принял боевое крещение. За ночную разведку перед сражением Николай Степанович был награждён Георгиевским крестом 4-й ст. и повышен в звании до ефрейтора. В 1915 г. Гумилёв воевал на Волыни. 6 июля началась масштабная атака противника. Была поставлена задача удерживать позиции до подхода пехоты. Операция была проведена успешно. При этом было спасено несколько пулемётов, один из которых нёс Гумилёв. За это поэт был удостоен второго Георгиевского креста. В 1916 г. Николай Степанович был произведён в прапорщики с переводом в 5-й Гусарский Александрийский полк.
Совсем не похожим на гумилёвское было творчество футуриста Бенедикта Лифшица. Но в окопах Первой Мировой сын одесского негоцианта также сражался доблестно. Бенедикт Константинович в 1914 г. принял православие и отправился на фронт. Он воевал в составе 146-го пехотного Царицынского полка. 25 августа 1914 г. Лившиц был ранен, контужен и потерял слух на одно ухо в одном из боёв во время наступления на Вислу под деревней Ходель Люблинской губернии. За этот бой поэт был награждён Георгиевским крестом за храбрость. Советская власть расправилась с ним так же, как с крестьянскими поэтами и Гумилёвым – расстреляла в 1937 г.
Иначе сложилась судьба Николая Семёновича Тихонова. В СССР ему суждено было стать одним из «генералов» советской литературы. А в 1914 г. он добровольцем ушёл на фронт, сражался в составе гусарского полка, был контужен…

Не успев окончить гимназию в родной Одессе, добровольцем ушел на фронт ещё один именитый советский писатель – Валентин Катаев. Выбрав службу в артиллерии в качестве вольноопределяющегося, он был дважды ранен, дважды попадал под газовую атаку, получил тяжелое отравление. 18-летний доброволец сражался столь доблестно, что получил к концу войны два Георгиевских креста, орден Св. Анны IV ст. с надписью «За храбрость», офицерский чин и личное дворянство.

Артиллеристом в годы Великой войны служил и прапорщик Виталий Бианки.
Отличился в сражениях Михаил Михайлович Зощенко. Окончив ускоренные курсы военного времени и произведенный в прапорщики с зачислением по армейской пехоте, он служил младшим офицером пулемётной команды, участвовал в обороне крепости Сморгонь. В 1915 г. писатель был ранен во время атаки на немецкие траншеи. Летом 1916 г. Михаил Михайлович получил сильное отравление в результате вражеской газовой атаки, но, несмотря на признание его «больным первой категории», отказался от службы в запасном полку и, немного оправившись, вернулся на фронт. За время службы Зощенко получил пять боевых орденов и чин штабс-капитана.
Уже в первые дни войны в составе одиннадцатого гренадерского Фанагорийского полка на фронт отбыл прапорщик, а позднее поручик Арсений Митропольский (Несмелов). Он попал на австрийский фронт, где провёл в окопах всю войну. В 1915 г. поэт был ранен и оказался в госпитале. Тогда в Москве массовым по тем временам тиражом в три тысячи экземпляров вышла его первая тоненькая книжка «Военные странички», в ней были собраны военные очерки и пять стихотворений на фронтовые темы. Вернувшись на фронт, Арсений Иванович получил должность начальника охраны (полицейской роты) штаба 25-го корпуса. Фронтовых впечатлений Несмелову хватило на всю оставшуюся жизнь, и небольшим своим офицерским чином он всегда гордился, никогда не забывая напомнить, что он — кадровый поручик, гренадер, ветеран окопной войны… Ветеран Великой войны, колчаковский офицер, белоэмигрант, выдающийся русский поэт, погиб Арсений Несмелов в советской тюрьме в 1945 г.

Поэт и издатель Сергей Алексеевич Кречетов с первым военным призывом ушел на фронт, участвовал в походах в Восточную Пруссию. В марте 1915 г. он был ранен, попал в плен, находился в лагере для военнопленных офицеров. В августе 1918 г. после освобождения Кречетов вернулся в Москву, откуда перебрался на юг России. В 1919-1920 гг. был редактором агитгазет Добровольческой армии. В зарубежье Сергей Алексеевич вел активную политическую жизнь, был основателем общества «Русская правда», редактировал национально-монархический орган этого общества, также называвшийся «Русская правда». О своих военных впечатлениях он рассказал в книге «С железом в руках, с крестом в сердце: Записки офицера». В предисловии к ней Кречетов писал: «Я не стратег и всего менее историк. Я – только поэт, и гляжу на то, что совершается глазами художника, человека от искусства. Великая война найдет себе много историков, которые сумеют зафиксировать и воссоздать ее подробно в ее фактических очертаниях.
Мои писания глубоко субъективны. Изображаю то, что говорит моему глазу. Пропускаю быть может многое важное. Примечаю, наверно, многое несущественное только потому, что оно красочно. Но если в этих страницах, которые я набрасывал беспорядочно и торопливо, на случайных ночлегах, на недолгих стоянках под грохот канонады, от которой жалобно звенели окна, читатель на мгновение ощутит странное и трудно определяемое чувство войны, вдохнет ее неуловимый воздух, то мне не нужно ничего другого, ибо я поэт.

Если же тот, кто прочтет мои страницы, заметит и еще одно: ясную веру в наш могучий народ, в нашу грядущую полную победу и в светлое будущее славянства, пусть не объясняет это моей патриотической настроенностью. Нимало! В этом я только похож на всех. Так верит вся армия, так верю и я, потому что я русский».

Е. Фёдорова
для Русской Стратегии

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных

В Воронеже открылась выставка о Первой мировой войне

Выставка «Первая мировая война. Подвиг забытых героев», посвященная 100-летию окончания Первой мировой войны, открылась в Воронежском областном краеведческом музее (улица Плехановская, 29) в пятницу, 14 декабря. На ней представлены документы, оружие, знамена, награды, фотографии. Многие материалы посвящены полкам, которые участвовали в Первой мировой войне и носили название уездных городов Воронежской губернии или формировались преимущественно из воронежцев. Это 124 Воронежский пехотный полк, 226 Землянский полк, который произвел знаменитую атаку мертвецов в крепости Осовец, и другие. «Недавние исследования показали, что среди выходцев из Воронежской губернии было 97 полных георгиевских кавалеров. Всего по России, согласно последним сведениям, их насчитывается около 40 тысяч», – рассказал куратор выставки, заместитель директора музея Александр Кулешов.

Информацию о каждом из георгиевских кавалеров – земляков посетители могут найти в электронном справочнике, которым оборудована выставка. В экспозиции представлены личные вещи уроженца Острогожского уезда, знаменитого военачальника Андрея Снесарева: бинокль, погоны, награды.

В числе не выставлявшихся ранее экспонатов – клинок германской винтовки 1898 года, на кожаном креплении которой видна надпись: «Взят в устье Нарвы, 1916 год». Солдатский клинок «бебут», которым были вооружены нижние чины пехотных и артиллерийских частей, нашли в 1967 году при разрушении дома на улице Кирова. Выставка будет открыта до конца 2019 года.

100 лет большевистского переворота.
ПРОТИВ КРАСНЫХ
https://противкрасных.рф
#против #красных